Я резко поднялся из-за стола, на ходу подхватывая со спинки стула запасной повседневный сюртук.

Мой дракон внутри мгновенно оскалился. Кто-то трогал мою вещь. Кто-то находился слишком близко к Тайрин. Чужак.

Через минуту я уже шел по коридору студенческого общежития, и встречные адепты, едва взглянув на мое лицо, испуганно прижимались к стенам. Моя ревность не просто спала, она караулила у дверей комнаты Радклиф. И судя по доносившимся оттуда крикам, пришел я как раз вовремя.

Глава 8

Тайрин

Если бы в Академии Четырех Стихий давали премию за самую идиотскую инсценировку года, я бы взяла гран-при.

— Убери от меня эту черную гадость! Она меня душит! — хрипел Кристиан, катаясь по полу коридора и отчаянно пытаясь выпутаться из рукавов ректорского мундира.

Мундир, подпитанный моим чересчур щедрым бытовым заклинанием, сдаваться не желал. Он обвил плечи Кристиана мертвой хваткой, словно сам высший инквизитор лично решил провести удушающий прием. Маскировочный туман рассеялся, и теперь эта эпическая битва боевого мага с предметом гардероба происходила при полном параде.

— Кристиан, не дергайся! Ты только усугубляешь сцепление! — в панике закричала я, выбегая в коридор с волшебной палочкой наперевес. — Лили, держи его за ноги!

— Сама держи его за ноги, он брыкается! — донесся испуганный писк подруги из комнаты.

Я наставила палочку на воротник, лихорадочно соображая, какое контрзаклинание отменит левитацию.—Фините инкантатем! Или нет…Авария деструкто! Тьфу, это для чистки унитазов!

— Радклиф, ты издеваешься?! — взвыл Кристиан, наконец умудрившись сесть на полу. Мундир теперь сидел на нем шиворот-навыворот, завязавшись рукавами у него под подбородком в элегантный, но крайне тугой бант. — Откуда у тебя в комнате вообще шмотки нового ректора?! Ты что…

Договорить он не успел.

Коридор общежития внезапно погрузился в такую звенящую, леденящую тишину, что стало слышно, как на улице трещит от мороза ветка. Шаги, донесшиеся с лестницы, были негромкими, но от их четкого, размеренного ритма у меня внутри все окончательно похолодело.

Из-за поворота вышел Брандон Вейл.

Он был в простом черном повседневном сюртуке, без регалий, но его аура сейчас занимала примерно все свободное пространство коридора. Вокруг его пальцев явственно вился морозный пар. Серебряные глаза дракона медленно опустились вниз — туда, где на полу сидел Кристиан, нелепо замотанный в его личный парадный мундир, а над ним с палочкой в руках застыла я.

— Доброе утро, адепты, — негромко произнес Беккер. От его бархатного голоса по стенам побежали тонкие стрелы настоящего инея. — Я вижу, утренний досуг на факультете бытовой магии отличается особым… разнообразием.

— Господин ректор! — Кристиан попытался вскочить, но запутался в поле мундира и едва снова не шлепнулся. — Это не я! Это Радклиф! Она натравила на меня вашу одежду! Она украла её!

Брандон сделал один плавный шаг вперед. Воздух между ним и моим бывшим парнем словно сгустился, превращаясь в невидимый пресс.

— Адепт Грейвс, — обманчиво мягко процедил ректор, наклоняясь к нему. В глубине его зрачков вертикальное драконье пламя вспыхнуло с такой силой, что Кристиан мгновенно прикусил язык. — На моем мундире стоят охранные печати Высшего Совета Инквизиции. Тот факт, что вы посмели его надеть — пусть и в столь извращенной форме, — карается тремя неделями карцера за оскорбление министерского чина.

— Но я не надевал! Оно само на меня прыгнуло! — запричитал Грейвс, стремительно теряя весь свой столичный лоск.

— Вон, — просто сказал Брандон.

Его драконья магия коротко хлестнула по воздуху. Мое заклинание левитации лопнуло с сухим щелчком, мундир послушно соскользнул с плеч Кристиана и ровной стопочкой взлетел прямо в руки ректору. Кристиан, освободившись, подскочил, бросил на меня испуганный и одновременно злой взгляд и припустил по коридору так быстро, словно за ним гналась стая голодных василисков.

Я осталась стоять посреди коридора, сиротливо сжимая палочку. Из дверей нашей комнаты осторожно высунулся нос Лили, но, оценив масштаб катастрофы, подруга тихонько задвинула щеколду обратно. Предательница.

— Ну… — я попыталась выдавить самую невинную из своих улыбок. — Зато мундир цел. И почти не помялся. Хотите мандаринку, господин ректор?

Брандон

Мой дракон внутри требовал не просто выгнать мальчишку Грейвса, а выкинуть его в окно прямо в сугроб. Вид этого сопляка, запутавшегося в вещах, которые еще вчера пахли земляничным парфюмом моей истинной пары, вызвал во мне такую лавину чистой, первобытной ревности, что я едва удержал барьеры.

Но когда Грейвс с позором сбежал, а в коридоре осталась только Тайрин — взъерошенная, в забавной домашней пижаме с какими-то пушистыми тапочками на ногах, — моя ярость улетучилась, сменяясь собственническим азартом.

Я перекинул мундир через руку, подошел к ней вплотную и запер дверь в ее коридорный отсек простым беззвучным заклинанием приватности. Теперь нас никто не слышал.

— Адептка Радклиф, — я наклонился к ее лицу, заставляя ее отступить на шаг назад, пока она снова не уперлась спиной в косяк собственной двери. Излюбленная, как я погляжу, у нас траектория. — Вы обещали вернуть вещь незаметно. Скажите, наматывание моего мундира на шею вашего бывшего парня входит в кодекс идеального бытового мага?

— Это была техническая неполадка! — Тайрин возмущенно раздула ноздри, гордо вскидывая подбородок. — Кристиан просто шел мимо. Заклинание левитации дало сбой из-за сквозняка! И вообще, почему вы сразу думаете на меня?

— Потому что в радиусе пяти миль только одна ведьма способна превратить элитное инквизиторское снаряжение в орудие удушения, — хрипло усмехнулся я.

Я протянул руку и аккуратно заправил непослушную каштановую прядь ей за ушко. Мои пальцы коснулись теплой, нежной кожи, и Тайрин судорожно вздохнула, замирая. Ее язвительный настрой мгновенно испарился, уступая место тому самому обжигающему напряжению, от которого у меня самого внутри все плавилось. Карие глаза заблестели, глядя на мои губы.

— Вы сводите меня с ума, Тайрин, — тихо признался я, наклоняясь еще ближе, так что наши дыхания смешались. — Я пришел сказать, что Министерство утвердило списки зимней практики. Через два дня ваш курс отправляется на перевал Кроу-Тор. Закрытие ледяных разломов.

— И… кто едет куратором? Профессор Грейвс? — пискнула она, явно пытаясь вернуть разговор в рабочее русло.

— Нет. Профессор Грейвс внезапно заболел, — я позволил себе хищную, чисто драконью улыбку, коснувшись губами угла ее чувствительного ушка. — Куратором еду я. Так что собирайте вещи, маленькая обманщица. В горах у нас будет очень много времени, чтобы завершить… неоконченные допросы.

Тайрин шумно сглотнула, а ее пальцы инстинктивно вцепились в лацканы моего повседневного сюртука. Наша новогодняя сказка стремительно переносилась в заснеженные и опасные горы.

Глава 9

багровея от злости и бессилия, но мне было плевать на него.

Когда мы вошли в теплую, пахнущую сухими травами и деревом гостиную кураторского корпуса, я захлопнул тяжелую дверь и повернулся к Тайрин. Она стояла посреди комнаты, укутанная в свою огромную мантию, похожая на маленького испуганного пингвина, и сердито сопела.

— Вейл, вы невыносимы! — выпалила она, сбрасывая капюшон. — Вся академия теперь будет шептаться, что я ваша фаворитка! Зачем вы это сделали?

— Затем, что я не намерен делить тебя ни с одним боевиком в этом лагере, — хрипло ответил я, снимая плащ и делая шаг к ней. Желание, которое я сдерживал всю дорогу, вспыхнуло с новой силой. — И потому что в этом корпусе... всего одна спальня, Радклиф. И одна кровать. Бытовые чары умеешь накладывать? Нам предстоит очень холодная ночь.

Глава 10