— Но позвольте. - Не унимался оскорблённый всем, чем только можно и нельзя Антон. - Я на минуточку почти жених.

Вот это поворот.

Глава 51

Глава 51

— А я почти жина презыдента! - Импульсивно передразнивая сквозь неплотно прикрытую дверь медсестра, насмехаясь над Антоном.

Так и представила себе красного как помидор Федосеева с выпученными глазами и дрожащей верхней губой. Процедурами «сохрани молодость» не пренебрегал и далеко не брезговал, как и большинство мужчин в его окружении. Лоб остался неподвижным, зуб Ветрова даю.

Ветров. Вадим. Вадик...

Сейчас-то понимаю, насколько столица изменила мои изначальные представления о «прекрасном». Разве настолько я была одинока, чтобы повестись на «это»? Когда вдруг стала приверженицей мужчин постарше с сомнительным багажом предыдущего опыта?

— Мы заявление в загс ещё не подавали, но предложение было!

Если, конечно, сказанное в ответ на претензию неопределённости взаимоотношений можно считать предложением руки и сердца в истинном его проявлении. Вспомнила своё состояние и аж перекреститься захотелось — дёрнулась и поняла, что на мгновенье совсем забыла о своей конспирации. Благо скрип открывшейся двери заглушил мои жалкие трепыхания на кровати:

— Било-било, тфу! Бить тебя нада било. Ремнём.

Над ухом раздалось удивлённое:

— А последнее слово правильно выговорила…

Доктор незаметно для ругающихся поправил на мне одеяло и практически безболезненно сделал укол. Сознание слегка отделилось от происходящего дурдома, затягивая в воспоминания, перемешенные с внутренними ощущениями, с того времени.

Что-то не помню особого рвения к подтверждению официальных статусов. По версии Антона, я уехала вымаливать благословение у своего единственного родственника. Видите ли, Федосеевы не примут грязи до брака.

Ага, сто раз.

Истинная же моя цель поездки на Родину была другой — наконец разобраться в себе и собственных желаниях. Так ли оно мне надо было, всё, чего достигла в столице. Скромное съёмное жильё, работа со сверхурочными и редкие встречи с любовником. Взять паузу в отношениях и отпуск было самым здравым моим решением за последние пять лет.

Учиться мне нравилось, работать поначалу тоже. Да вот только как-то незаметно для себя обязанности, приносящие удовольствие, вдруг стали докучать. Повлияли ли на ощущение тяжести просьбы коллег или нет сказать трудно. Что точно перестало радовать, так это встречи с вечно недовольным мужиком, который даже не мне муж, оказывается.

Да вот так живёшь и не знаешь, какой по счёту приходишься своему близкому партнёру.

— Кхм... Кхм… - Исправился и прикрикнул врач, отнимая прохладную ватку от места укола. - Фарида!

Шарканье тапочек о полы заставило едва заметно поморщиться. В ушах стоял гул, который не торопился рассеиваться. Мне послышалось или взаправду так сказала медсестра, но глаза открывать я не торопилась:

— Ушёл.

— И вправду давайте не доставлять проблем персоналу. - Подсуетился доктор по звуку, тесня Антона к двери. - Прошу вас покинуть нас, больной требуется покой.

Главное, что не упокой, а остальное подождёт. Пусть.

— Я опекун! - На удивление прокричал Федосеев, чем мысленно заставил меня засмеяться.

Что бы сказала его маменька на такое поведение сыночка? Как же интеллигенция в энном поколении и невоспитанность равняется к греху?

— Увы, по документам «почти жених» не имеет право голоса. - Осторожно осадил моего настойчивого посетителя врач. - И так вам сделали одолжение, пустив в палату.

Тоже интересный момент. Если бы был Лёша или Вадим настороже, тогда бы ноги Антона у моей кровати не было. Уж Яшин знает, как отвалить дураков.

— Я за неё заплатил?! - Огорошил своим заявлением москвич. Вот это новость. Откуда такой аттракцион невиданной щедрости?

— Вот если бы вы были зарегистрированы, тогда да, вопросов не возникло бы. - Продолжал монотонным ровным тоном выпроваживать настойчивого гостя медик. - Пойдёмте, прошу вас.

— Где у вас здесь в этом Задрипинске есть книга жалоб?

Любимое «название»-обзывание всех городов и населённых пунктов, которые не начинаются на «м» и не заканчиваются на «осква». Культурные, воспитанные люди, а выражаются слишком неуважительно. Аж голова разболелась за свой родимый край.

— Может подсказать кабинет заведующего? - Решил зайти с другой стороны находчивый лекарь.

Пауза затянулась. Доктор попал в цель. Всё же не зря у медиков развито эвристическое мышление. Моё уважение.

— Ещё лучше. - Воодушевился Антон приказывая. - Ведите.

Я ждала какой-то подвох и оказалась в принципе права. Очередной крик, заставляющий услышать мини-гром:

— Фарида!

Семенящие шаги слишком уж быстро отозвались на зов участкового.

— Ай? - Певучий голосок отозвался в невинно-удивлённой манере.

Захотелось зловеще посмеяться в лицо Федосееву. Выкуси, малыш, пойдёшь с сопровождением гром-бабы, попрактикуешь иностранные языки, которые с завидной регулярностью учил в разных странах как минимум по месяцу раз в полугод.

— Проводи молодого человека до Щукиной. - Попросил любезно свою коллегу доктор и добавил с нажимом и явным намёком в конце волшебное слово. - Пожалуйста.

Что дальше ответила Фарида, я не услышала — провалилась в беспокойную дрему. А когда снова проснулась вся в поту, над головой раздалось ласковое:

— Можете открывать глаза, Лерочка.

— Что произошло? Где Вадик?

Глава 52

Глава 52

— В нашем возрасте уже нельзя есть мясо каждый день.

Третий день в больнице окончательно довёл до ручки. Сбежала из-под присмотра врачей, с трудом сдержалась и не хлопнула дверью палаты. Теперь брожу по больнице, подслушивая разговоры других больных.

Уехать к себе домой не представлялось возможным. Лёша передал сообщение через любезную Фариду. Дословно это прозвучало так:

«— Вадик всё норм. Сидить, приеду».

Не верить другу причин не нашлось, но и ожидание просто убивало. Особенно невыносимо стало притворяться спящей каждый раз, когда на этаж наведывался Антон. Ко мне он больше не заходил, видимо, провели беседу. В любом случае само присутствие и попытки поговорить через гипсокартон не вызывали восторга.

В целом палата не отличалась какой-то роскошью. Обычные серые стены, когда-то имеющие оттенок бирюзы. Выцветшая картина озера и тумбочка с графином. Стакан гранённый кто-то себе забрал — сувенир или отличное напоминание об «отдыхе».

Особо рассматривать узор на шторах или точку сбора мух на подоконнике не горела желанием, поэтому скиталась по коридорам, избегая уже знакомых сотрудников и главных врачей.

Присела на подоконник, невольно подслушивая пыхтящих бабушек на лестнице. Пролёт выше негласно считался курилкой — культурным местом отдыха. Единственным, если верить документации. С открытым окном мне было не страшно пассивное курение, а уши погреть хоть какое-то развлечение в этой слишком спокойной дыре.

— Ещё чего. - Фыркнула неверяще бабка. - Не смеши, Натка.

Дружный выдох и вдох сопровождался треском тлеющих сигарет.

На улице выглянуло солнце. Тучи расселились, открывая вид на удивительной широте радугу. Жаль, телефона нет, чтобы сфотографировать. Да и пожилых леди хотелось щёлкнуть на память. Сюрреалистичность зашкаливала.

— Два раза в день, да-да. - Натка продолжала нести в массы свою идею. Пока безуспешно. - Либо полностью вегетарианские дни устраивать себе на неделе.

Всего лишь ага. Попробуй прокормиться травой и листком укропа. Два дня в неделю. Не в целом в принципе за год или всю жизнь хотя бы, а за не-де-лю. Аж захотелось сбежать на несколько минуточек от взрослых и проворачивать свои таинственные секреты по поеданию колбасы с сосисками в столовой на нулевом. Добрые тётечки подкармливают сиротинушку взамен на страшно огромные корзины с фруктами и цветами. Можно было клумб облагородить с таким исходником, но нет, приходится делиться. Хранить в своей палате всё равно не где, а докторам и персоналу приятно. Антон пытается замолить очередной косяк, да только правил так до конца и не понял.