Для меня казалось странностью отказываться от добровольно предложенных средств. Думал, все, кого не поманишь рублём, побегут как миленькие за золотой монеткой. Как выяснилось, это не так. Местные вообще частенько выбивались из привычного мне уклада. Заставляли пересматривать взгляды на жизнь и человечество в принципе.

— А узнать не хочешь, сколько Ветер платит? - Влез в наш странный диалог Алексей.

— Это их дело. - Отозвалась, будто закрывшись ото всех, Лера. Гневно посмотрел в сторону выскочки. Тому хоть бы хны, ничего не меняется, в общем-то. - Сугубо личное.

— Ну-ну. - Хитро блеснул глазами приятель. Поднял что-то с земли. Отряхнул какой-то камень от пыли и резко повернулся ко мне. - Её дедушка не переносит вид любых татуировок. Что-то с прошлым связано.

Лера фыркнула и аккуратно продвинулась вдоль изученной ей ранее стены. Что-то снова фотографировала и щупала. Больная фантазия снова шалит. Встряхнулся, откликаясь на щелчок пальцами безрассудного идиота.

— Моя теория, что из-за матери Леры, то есть из-за кукушки, пардон.

Лёхин шёпот оказался вовсе не приглушённым, а очень даже оглушительным. Какой был смысл на него переходить — непонятно. Показушник добивался высунутого языка от своей подружки. Забавное зрелище.

— Семейная тайна, которую тебе никогда не узнать. Ме-е-е!

Стоило одной вредине отвернуться, как кладезь сомнительного рода информации продолжил:

— Сбежала, оставив дите, так ещё и с полностью татуированным приезжим.

Над ухом раздалось громогласное:

— Это все безосновательные слухи.

Вот же ж зараза. Только что где-то носом рыла извёстку, а отвернувшись на секунду уже стояла позади. И ведь не поленилась, скопировала ту же технику, что и Лёха минутой ранее. Заорала шёпотом, заставив вздрогнуть.

— И то, что папочка твой — бандит и олигарх тоже? - Вот у кого язык как помело даже в стрессовой ситуации не затыкается.

— Кто бы говорил, мажор. - Закатила глаза малявка, спрыгивая с огромного короба. Хотела было опереться на плечо своего придурковатого дружка, как уже оказалась на ногах перед нами.

— Н-не поднимай м-меня больше.

Промычал для виду какую-то околесицу и спросил уже серьёзней, не заостряя взгляд на покрасневших щеках москвички:

— А если тату не видно, что тогда делать?

— У тебя есть татуировка? - Сильно удивилась стесняшка.

— Неверный вопрос. - Прохрипел Лёха весело, как чёртов искуситель. - Спроси — где она у него.

— Пф, бесишь. - Выставила ладонь перед лицом друга, раздражённо фырча.

Тот всего лишь растянул губы недоделанный Джокер. Ещё подмигнул в конце точно припадочный. И добил, растягивая слова, как привидение из старых фильмов, зажав нос для искажения звука:

— Под трусы-ы-ы-то тво-о-ой старик не загля-я-я-ядывает.

Одновременно с Лерой ударили себя по лицу. Переглянулись, улыбнулись. Искренняя улыбка идёт её миловидному личику с острыми уголками.

— Мой дедушка не такой полоумный. - Отмахнулась от актёришки Рудник. - Диму же впустил.

— Об этом никто не знает и считает твоего родича слегка поехавшим.

Алексей вернулся к уже всем привычному амплуа развязного мажора. Вскинул руку, покрутив пальцем у виска. Несмотря на всю эту показушность, глаза у товарища оставались серьёзными.

— Так, он и поехал. - Кивнула москвичка, вновь отворачиваясь к рисункам на стенах. - Только осталось понять куда.

Странный шорох доносился со стороны, откуда мы пришли. Будто с десяток ног бежит по гравию.

— Ой, всё. - Мажор не унимался и не замечал ничего странного в отличие от напрягшейся подруги. - С тобой невозможно разговаривать.

— Зря ты про якобы моего бандита и олигарха ляпнул…

Глава 24

Глава 24

— Молчать, отбросы!

Эхом разносился грубый мужской бас. Шакальи смешки и звуки плевков. Вадим стоял ближе всех к шайке, показавшейся из темноты.

Не местные.

Это первое, что пронеслось в голове со скоростью света. Толика облегчения оглушающе обрушилась на мгновенье, перекрывая слух и размывая зрение. Потом уже дошёл стук чего-то металлического об стены, балки и деревянные коробы на пути маргиналов.

Цзинь.

Показательно разбили окно. Осколки неприятно хрустели под ногами.

— Значит, от этого ты не вздрагиваешь…

Мурашки пробежались по шее. Тёплое дыхание заставляло замирать на каждом его вдохе. О чём он вообще думает, когда здесь нападение происходит?!

Бам.

Повалили бочку, в которой иногда мы разводили костры. Вокруг огня рассаживались кто куда и пели под гитару, жарили зефир с печеньками.

Захват на талии стал крепче. Спину обжигала его прижатая ко мне вплотную грудь. Вместо соблазнительного шёпота этот ненормальный искуситель перешёл на рык:

— Мне быть жёстче, чтобы ты не провалила наш договор?…

Тук.

Был бы по башке, да друг быстрее всех очнулся, точнее, Лёшин язык:

— Это кто? Петух закукарекал? Не рановато?

Лёшик странно переглянуться с Ветровым, не теряя амплуа задиристого мажора. Мы потихоньку мелкими шагами продвигались в сторону всеми забытого амбара.

— Ты у меня сейчас сам петушарой станешь, Яшин. - Пророкотал один из головорезов, размахивая пушкой. Яркий шрам красовался на лице толстяка. Зубы даже в темноте отблескивали. - Твой папочка ещё за твою тушку нам немерено бабла отсыпет.

Почувствовала мимолётное изменение за спиной. Как будто напряжение переменило форму из боевой стойки в текучую крепкую лозу. Живучую до безобразия.

— Бежим на счёт три. - Вадим для нас едва слышно прошептал, заглушив звук моими волосами. Главное, что Лёша понял и едва заметно кивнул.

Бандюганы явно что-то заподозрили, и один из них кинул клич:

— Окружайте их!

— Три!

Одновременно сорвались с места и побежали вбок. Резко послышались выстрелы, как я наивно полагала в воздух, дабы припугнуть. Но мы не останавливались. Моя рука лишь сильнее впивалась ногтями в ладонь Вадима. Он и не думал отпускать, сам же вцепился, не вырвешь.

Перепрыгивали в темноте покосившиеся балки, не вывезенные когда-то станки. Завернули за большой контейнер, скрываясь в дыре. Вад на минуту оторвался, впихивая меня в руки Лёши, всё только чтобы закрыть за нами проход. Он сбросил огромный шкаф, заполненный вёдрами с краской или ещё с чем-то. Грохот стоял неимоверный.

Так и представила, как гармошкой друг за дружкой падают все стеллажи, жаль не перемотать и не посмотреть на это зрелище сверху. Захотелось выстроить цепочку из домино.

Как куклу передавали из рук в руки. В какой-то момент перестала замечать окружающий нас пейзаж. Главное было как можно дальше оказаться от вооружённых и настроенных враждебно против нас людей.

Спустились с пригорка, всё ещё держась за руки с Вадимом. Я невольно засмотрелась на его обтягивающую мышцы футболку. Чёрный моему фиктивному парню к лицу. А скулы какие и челюсть, м-м-м…

Что эти гады распылили на том пустыре? Откуда такая жажда? И разве там был какой-то дым или смог?

Только рядом с машиной поняла, что наконец можно передохнуть и постараться не выплюнуть свои лёгкие.

— Оторвались? - Закашлявшись еле ворочала языком. Сесть, согнувшись в три погибели на корточки мне не позволили. Вад кивнул и молча с кирпичом вместо лица усадил на капот меня и моего хохочущего до икоты друга.

— Ты что ржёшь, ополоумный? - С трудом смогла просипеть, недоумённо переводя взгляд с недо-жертвы на недо-парня. Последний лишь пожал плечами и продолжил зорко отслеживать ближайшую территорию на наличие врага. С этим всё ясно, а вот Лёша не внушал доверия.

— Они батька на деньги нагреть хотели за счёт моей тушки. Ха-ха, вот уроды.

— Если хочешь пореветь, так и скажи. - Впервые, как мы остановились, заговорил Вадим. Даже не запыхался! - Мы отвернёмся.

— Нет. - Брезгливо поморщился друг и вроде бы взял себя в руки, вмиг растеряв всё веселье. - Куда там дальше нам идти?