— Я попытаюсь, — улыбнулась я, думая про себя о том, что пытаться мне и не нужно.

За меня это сделает Целесте.

***

У нас с Талирой существовал сигнал на отключение и включение Целесте, понятный без слов — три коротких звонка, именно так я деактивировала её, когда находилась в комнатах допроса. Именно к Талире я обратилась первой, понимая, что по-хорошему у меня и Лойда нет совершенно никаких козырей по сравнению с высокоразвитой группой землян.

Единственное, что шло нам сейчас в плюс, — это то, что правительство и люди расслабились, никто не пытался изменить порядок вещей много сотен лет. Они не догадываются, что я знаю о преобразователе вязи, и уж точно, как я надеялась, им не придёт в голову мысль, что я могла бы хотеть этот самый преобразователь уничтожить.

Жаль, они не водят к нему экскурсии…

Талира оказалась неожиданным кладезем информации и сразу же отметила тот факт, о котором я даже не задумывалась.

У каждой группы землян был свой собственный искусственный интеллект, но никакая другая Целесте не управляла Доминионом. А это значит, что, скорее всего, курс землян и их решения не поддерживались их собственными технологиями.

— Если у них был доступ к протоколу, который ты использовала, я удивлена, что они не применили его раньше и сами не стали дракаррами. Земляне уничтожили свою планету, и, судя по твоим словам, направление их развития здесь показалось искусственному интеллекту слишком агрессивным, потенциально деструктивным.

— Ты говоришь почти как Целесте, — усмехнулась я. — Откуда ты всё это знаешь?

— Я получила доступ к огромному пласту информации… Думаю, что первые колонизаторы тоже получили эти сведения при основании города, именно поэтому они были так успешны.

— И что ты думаешь?

— Нужно убедиться, что настройки Целесте направлены именно на долгосрочное выживание человеческой популяции на этой планете, тогда её решения смогут идти вразрез с тем, чего хочет правительство Доминиона. Нужно вновь повысить порог её уверенности, тогда она будет действовать более радикально, но это больший риск.

— Спасибо… Давай попробуем. Талира… почему ты помогаешь мне? — я не могла представить, как настолько занятая женщина может тратить столько времени на меня и мои эксперименты. К тому же она всегда была на связи.

— Я глубоко беременна, почти не могу ходить от усталости и этого огромного живота, так что ты моё единственное развлечение, — честно ответила девушка. — Ты не представляешь, что земляне натворили на моей планете, и, судя по всему, они точно так же нарушили баланс всего, чего только можно, на твоей. Кроме того, время у вас течёт по-другому… Чуть быстрее. Только… Фран?

— Да?

— Рано или поздно Целесте догадается, что ты постоянно меняешь её настройки под собственные нужды. Она перехватит контроль над твоим телом и больше не вступит в диалог.

***

Мир с Целесте наступил неожиданно быстро — достаточно было пары смен настроек и включений-отключений с помощью ключа обхода. Искусственный интеллект признала, что преобразователь вязи приведёт к разрушительным последствиям для планеты, поскольку эта энергия пронизывает всё живое. Что, если рано или поздно земляне научатся извлекать её из деревьев и почвы, а не только через печати?

Последнего Целесте, конечно, не произносила, она никогда не попыталась бы сама настраивать меня против землян и наверняка остановила бы любую попытку навредить им лично.

Зато её помощь оказалась по-настоящему неоценимой — как и всегда. Она не только видела, слышала и замечала больше остальных, но и могла воздействовать на людей, подбирая именно те слова, которые они хотели услышать.

— Ты задумчива сегодня, — произнёс Рауль, не отрывая от меня взгляда.

— Просто думаю о том, что смысла находиться здесь нет. Какая разница, жить здесь или в Астралисе… Наверное, нам с Лойдом нужно возвращаться, — отвечала вместо меня Целесте, даже не притрагиваясь к чашечке кофе и кусочку шоколада. — Там, по крайней мере, у меня есть успешная работа.

Недавно она объяснила мне, что каждое её действие в общении с Раулем имеет смысл. По его реакциям легко можно было изучить, чего именно он ожидал, и действовать соответственно — подыгрывая его ожиданиям или, наоборот, разрушая их. Она также говорила, что её поведение не слишком отличается от моего, она использовала точно такие же короткие ответы или попросту молчала, но…

На самом деле Целесте обладала куда большим контролем, она не умела злиться, радоваться или вообще чувствовать эмоции вообще.

Вот и сейчас Рауль сразу же нахмурился. Несмотря на то, что он знал меня всего ничего, ему явно не нравилось, что я совершенно не рассматриваю его в качестве любовника, а вместо этого думаю о другом. И я не скрывала своих настоящих чувств и желаний, не пытаясь смягчить ответ.

— Ты и здесь найдёшь работу, — ответил он почти раздражённо. — Бруно рассказал мне, что вы прошли базовые тесты, причём с отличием. Вы готовы к встрече с девятью разными видами нежити и нормально оцениваете свои шансы, хотя ваша психологическая устойчивость оставляет желать лучшего, да и физическая подготовка сильно отстаёт от нашей.

В этот момент я подумала о том, что все они не шли ни в какое сравнение с Лойдом — тем Лойдом, который когда-то покинул Астралис, а не его нынешней тощей копией. И Целесте почему-то решила озвучить эту мысль, несмотря на то, что не могла читать мои мысли:

— Ты не знаешь, каким был Лойд до того, как его почти сгнобили в тюрьме, — ответила Целесте в моём облике. — Он был сильнее вас, намного, и быстрее, и ему не требовались все эти технологии, чтобы сражаться с нечистью. И его физическая сила — это даже не половина всех его достоинств.

Рауль, услышав это, блеснул глазами, будто не верил, что я на самом деле это произношу.

— Ты влюблена в него? Ты вообще слышишь себя?

— А что, для того чтобы восхищаться человеком, нужно обязательно быть в него влюблённой или хотеть его? Ты понятия не имеешь, через какие ситуации Лойд протащил нас, через сколько конфликтов, через сколько смертей.

— А я? Ты восхищаешься мной хотя бы наполовину так же?

— Почему тебя это интересует? — Целесте наконец-то отпила из кружки кофе, но к шоколадке даже не притронулась. И это почему-то очень задевало Рауля, который постоянно ждал, что я попрошу о чём-то большем. — В тот первый день ты сказал, что твой интерес ко мне связан только с тем, что я жена дракарра, так какое тебе дело до того, восхищаюсь я тобой или нет?

Этот прямой вопрос зацепил что-то внутри Рауля. Он наклонился, не сводя с меня тёмных, почти чёрных глаз.

— Ты права, я сам не знаю, зачем это делаю. И сегодня не собирался приходить, и позавчера, но, видимо, твой отказ сильно ранит моё эго и заставляет пробовать вновь и вновь. Ты отказала мне, но при этом продолжаешь со мной общаться, и это сводит меня с ума, мне кажется, всё это — твоя жестокая игра.

Сама я ни за что не продолжила бы с ним общаться именно потому, что верила, что это даёт ложные надежды. И его открытое предложение мне не было интересно, даже в качестве эксперимента.

— Чего ты хочешь? Хочешь, я организую для вас встречу с Бруно? Он может взять вас в пробный выезд за вуаль, тогда у вас появится шанс проявить себя и доказать, что вам не нужны годы на то, чтобы получить разрешение. Зарплата участников разведгруппы очень высока, и вам понравится жить здесь, поверь, деньги многое меняют.

«Начальник безопасности — Матео Кастелланос, он родной брат Бруно, командира нашей разведгруппы», — промелькнуло у меня в голове.

Целесте только хмыкнула моими губами.

— И зачем это тебе?

Хорошо, что Целесте не умеет показывать эмоции. Точнее, она показывает только то, что хочет показать.

— Не знаю, может, хочу, чтобы ты и мной восхищалась? Ты ведь толком не видела, на что я способен, — заговорщически произнёс Рауль.