Выходит, мне просто стоит оставаться начеку. Не подпускать его слишком близко, чтобы потом не стало больно, когда он со мной наиграется.

Но разве я не планирую оттолкнуть его и сбежать? Как обычно.

Ведь это было бы куда безопасней и разумней для меня.

Но кажется этот проклятый спортивный интерес заразен. Мне интересно, чего он на самом деле хочет от меня.

В конце концов, я ведь взрослая женщина и могу позволить себе принять его игру?

А когда настанет момент, что ему надоест, я буду готова к этому. Брошу его первая! И забуду как звали!

Хотя, судя по тому, что его нет в комнате после того, что случилось ночью, вполне может быть, что меня все же уже бросили первой.

А кстати… что было? В том смысле, что я помню, как на меня обвалился небосвод, а потом… провал.

Я что… просто уснула?

Блин. Точно уснула.

Так может он обиделся? Хотя в духе Руслана скорее разозлиться.

Должно быть он сейчас зол как сам дьявол. Потому и ушел. Может даже напивается где-нибудь. Или нашел себе уже другую бабу, раз со мной не вышло.

При таком раскладе я даже рада, что неосознанно обломала его. Вот тогда пусть идет и трахает шлюз своих. В конце концов мне ведь и без него прекрасно жилось.

Повинуясь скорее привычке лезть на рожон, нежели здравому смыслу откидываю одеяло, и спускаю ноги с кровати, желая найти этого мерзавца, заполонившего все мои мысли, и наконец расставить все точки над ё. Так сказать прояснить правила игры!

Но вместо того, чтобы побежать на поиски Руслана, я несколько долгих секунд смотрю на своего крохотного сыночка.

Интересно, когда кроватка успела перекочевать в спальню? Ведь я точно помню ее в зале.

Неужели Руслан среди ночи в одиночку перетащил ее? Еще и возился с нашим мальчиком…

В голову лезут неуместные мысли о том, что Руслан слишком тепло относится к нашему сыночку, чтобы не рассказать ему о нем.

Ладно. Пожалуй я обязана сказать ему, что Даня его сын.

Но сначала я хочу прояснить наши собственные отношения.

Что значили все его вчерашние слова? И действия в том числе?

Он хочет меня. Это я поняла.

Но в качестве кого? Шлюхи? Любовницы?

Я ведь не стану как дура фантазировать о большем? Но и согласится на эти унизительные роли не смогу…

Меня просто разрывает от переполняющих противоречивых эмоций.

Я хочу. Хочу побыть с ним хоть немного…

И не хочу одновременно.

Ведь я знаю, что ничем хорошим это для меня не закончится. Он бабник и мерзавец каких поискать. А у меня глупое сердце, которое всякий раз замирает в его присутствии…

Обнаруживаю свою одежду аккуратной стопочкой сложенную на кресле рядом с кроватью. А сверху записка.

Почему-то нервничаю, пока тянусь за ней. Вдруг он решил вот так скупо отшить меня, через записку.

«Даня поел в восемь.

Твой завтрак на столе. Но можешь найти в холодильнике пасту. Вчера на нее так и не нашлось времени».

Вот же дьявол! Он меня даже через записку смутить умудряется!

Прикладываю прохладные пальцы к горящей щеке и продолжаю читать:

«Поешь и не спеши сбегать. Я скоро вернусь.

П.С. Доброе утро, Василёк. Ты очень красивая, когда спишь».

Ну вот.

У меня опять сердце заходится.

А может он все же серьезен на мой счет? А может я значу для него хоть немного больше, чем все его шлюхи?

Он ведь вчера ясно дал понять, что не проявляет заботу о каждой встречной. Не готовит для них есть. Не зажигает свечи.

Неужели это возможно? Но почему?

Прежде чем я успеваю найти ответ на этот вопрос, из коридора доносится мелодия дверного звонка…

Наспех одеваюсь и спешу выскочить в коридор, пока звонок не разбудил малыша. Почему-то в голове мысль, что это Руслан вернулся. Правда зачем звонит? Может забыл ключ?..

Но я так сильно хочу его увидеть, что не долго раздумывая открываю входную дверь и так и обмираю.

— Ой, — выдыхаю шокировано, обнаружив в проходе свою бывшую свекровь. — Здрасте.

— Вот уж точно «ой», — язвительно отвечает она, оглядывая меня с головы до ног. — Уж кого-кого, а тебя-то я точно не ожидала тут встретить, — цокает она недовольно. — Какими судьбами?

Она по хозяйски входит в дом, а я хаотично пытаюсь вспомнить причину, почему я в квартире Руслана.

Это ж хорошо, что я хоть одеться успела. Иначе была бы еще более унизительная встреча.

— Кое-что случилось… Он мне помог, — бормочу невнятно. — И привел к себе. Вот и все…

— Значит одного моего сыночка подоила, а теперь за второго решила взяться? — фыркает она неприязненно.

— Вовсе нет! — протестую я, обнимая себя руками за плечи, будто надеясь так спрятаться от нападок.

Я кажется уже успела и забыть, в какой ад мою жизнь превращала эта мегера. Но теперь она напоминает:

— Какая бесполезная девка. Даже врать нормально не умеешь. Тьфу.

— Не вру я! — собираю всю свою гордость в кулак. — Да мне даром ваши сыночки не сдались! Что еще врать из-за них!

— Как же, — не унимается она, — мне тут птичка на хвосте принесла, что Руслану какую-то мебель заносили. Я вот решила заехать узнать для чего? Или для кого, — опять меня взглядом прожигает. — Не для тебя ли часом?

— Чего? — теряюсь. — Нет конечно. То есть…

Я вдруг осекаюсь, вспоминая про детскую кроватку с пеленальным столиком, которые за ночь умудрились перекочевать в спальню.

Может она об этом говорит?

Но я ведь думала, что эта мебель была здесь для другого ребенка Руслана?

Разве нет?

Погодите… он что же… специально для нас с Даней купил мебель?!

Да с чего бы вдруг?

Он ведь не мог знать, что мы окажемся в его доме?

— Я жду объяснений, милочка! — требует моя бывшая свекровь. — Что ты забыла в квартире моего сына.

— Дело в том… — собираюсь с мыслями, потому что ощущение, что Руслан ждал нас у себя теперь не дает покоя, — я живу в соседнем доме.

— Вот как? — усмехается свекровь, складывая руки на груди, принимая воинственную стойку. — И на какие такие шиши?

— Мне от работы квартиру предоставили, — гордо вздергиваю подбородок.

— И кем же ты бесполезная работаешь? Шлюхой что ли?

— П-почему сразу шлюхой? — раздражаюсь я. — Обычной официанткой.

— Ну да, ну да, — смеется мерзенько. — Хороша, видать официантка, раз тебе апартаменты стоимостью в сотни миллионов выдают. Будем считать, что я поверила.

— Можете верить во что хотите. Моя жизнь вас все равно больше не касается! — не выдерживаю я ее нападок.

— Допустим. Зато жизнь моего сына — еще как. Так что отвечай, ты здесь забыла?

— В моем доме был пожар! — выплевываю я, желая как можно скорее закончить этот унизительный разговор. — Руслан мне помог. На этом все.

Людмила Алексеевна оглядывает меня привычным презрительным взглядом:

— А моя знакомая сказала, что это была ложная тревога и никакого пожара не было.

— Я слышала, что сломалось что-то, — припоминаю слова Руслана. — И пока не починят входить небезопасно.

— Глупости, мне сказали, что кто-то специально сирену включил, — усмехается, будто обвиняет меня в чем-то.

— Ерунда какая. Кому бы это могло в голову прийти и зачем?

— Ну мало ли, — скалится. — Например, чтобы Разыграть даму в беде, которая нуждается в помощи.

— Вы на меня намекаете? Думаете я бы в собственных интересах включила сигнализацию? Перепугала бы целый дом людей? Выгнала бы из на мороз? Чтобы проникнуть в квартиру вашего сыночка? Да я бы без вашей подачи подобного бреда и придумать бы не смогла!

— Ну раз ты не причастна, тогда милости прошу на выход.

Мешкаю. Не хочу, чтобы она увидела моего сына. Поэтому хочу чтобы она ушла первая:

— Руслан попросил меня дождаться его, — отрезаю уверенно. — Я поблагодарю за помощь и уйду. Не волнуйтесь.

— Тогда подождем его вместе, — ухмыляется она и уверенно шагает в кухню. — Фу, а это что такое?

Вхожу вслед за ней, пытаясь понять о чем речь.