Фух, не приснилось…

Охуеть.

Стискиваю ее тощую фигурку сильнее, прижимая к себе. Затягиваюсь ее дурацким запахом и как-то по инерции целую макушку.

Блядь. Чего это я? Перебарщиваю кажись.

Она не моя. И даже не одна из моих шлюх. Так что стоит держать себя в узде.

Долгие секунды вглядываюсь в полумраке в ее красивое личико. Спит так крепко, что я действительно обеспокоен ее состоянием. Может стоило сначала покормить ее?

Однако голодный вопль из зала подсказывает мне, что пришло время кормить кого-то другого. А я между прочим так и не решил этот вопрос.

Отрываюсь от Васи и спешу вылезти из ее кровати, пока ее не разбудил плач сына.

Пусть уже девочка выспится как следует. С малым я что-нибудь придумаю. А потом накормлю и эту малышку.

Глупая такая. Сама даже питаться нормально не справляется.

Может это на нее так развод повлиял? Типа стресс, все дела?

Наспех натягиваю брюки и собираюсь было накинуть рубаху. Но чувствую, как она провоняла табаком, поэтому отбрасываю ее в сторону. Малому может не понравится такой вонючий дядька.

Застегивая ремень на брюках, выхожу в зал.

— О, Руслан Алексеич! — едва не взвывает при виде меня Жорик. — Я уже не знаю что с ним делать! Качал, памперс проверял. Ничего не помогает. Осталось только кормить, но нечем ведь.

— Щас разберемся, — подхожу ближе. — Давай его сюда.

Забираю из рук своего водилы крохотный ворчащий кулек, едва ли не умещающийся мне на одной ладони. Офигеть какой маленький. Даже страшно как-то.

— Ну привет снова, — прижимаю малыша к себе.

И он даже затихает заинтересовавшись моим голосом.

Странное ощущение такое. У меня почему-то от вида этого крохи сердце заводится. Аж дыхание спирает.

Боюсь его что ли?

Малой снова начинает ворчать. А я как-то инстинктивно подаюсь к нему навстречу лицом и утыкаюсь лбом в его крохотный лобик:

— Ну не ругайся ты, — мягко прошу я. — Щас твой непутевый дядька чего-нибудь придумает.

Снова притих.

Блядь. От меня наверно перегар такой, что на него как наркоз подействовать может. Еще не хватало мне тут пьяного младенца.

Отстраняюсь:

— Жор, Стасу набирай срочно, — велю водиле. — Будем решать вопрос.

Уже через секунду у меня в руках трубка из которой доносятся длинные гудки. И наконец:

— Да, Рус? Нормально все с твоим Васильком? — раздается голос Стаса.

— С ней-то вроде нормально, брат. Спит, — отвечаю я. — А вот малой кажись есть хочет. Орет. Че делать? Может обычного молока налить можно?

— Ни в коем случае, — отрезает док. — Коровье молоко нельзя младенцам. Тогда лучше бы смесь заварил. Но как я уже и говорил, там есть риск что она не подойдет. Да и твоя Василиса явно против такого варианта.

— Тогда что мне делать? — нервно покачиваю в руках дико возмущенного пупса.

— А что у нее совсем молока нет? — задумчиво спрашивает Стас.

— Да знаешь, тут такое дело, — бросаю выразительный взгляд на Жору и тот без лишних слов понимает и сваливает в кухню, оставляя меня наедине с трубкой и недовольным младенцем. — Я ее кажись пригрел слегка. И оно само потекло.

— Ух ты, — усмехается Стас. — Пригрел значит. Я если честно не понял, друг. Наследник братца твоего. Но это ведь та Василиса, с которой ты…

— Заткнись, — цежу в трубку. — И сделай вид, что ты никогда не слышал того моего пьяного бреда.

— Значит я все правильно понял.

— Даже если так, не смей произносить этого вслух.

— Ладно, воздержусь пока от комментариев, — великодушно соглашается он. — Но ты возьми на заметку: я слышал, что если «пригреть» молодую мамочку сексом, то это тоже может поспособствовать улучшению лактации.

— Блядь, Стас! — рычу.

А он ржет, гад.

— Скажи уже что мне делать и вали! — требую я.

— Ну что делать, Рус? — усмехается он. — У тебя все необходимое в арсенале имеется: голодный младенец и кормящая мать у которой льется молоко. Просто соедини их и будет тебе счастье. А мне работать надо.

— Да подожди ты! — раздражаюсь я. — Как соединить-то?

— Артуру позвони. Он от своей Лерочки сутками не отходит, стопудово знает как, — кладет трубку, мерзавец.

Малой уже начинает мне шерсть на груди выщипывать от злости. Поэтому я спешу набрать второму своему другу.

— Че так поздно, Рус? — тихо говорит Артур. — У меня ж ребенок спит.

— А у меня не спит, Арт, — шепчу в ответ. — Спасай! Как накормить младенца, если кормящая мать спит.

— Ух ты! — реакция почти как у Стаса, только этот даже просвистывает тихо. — Ты конечно умеешь отдыхать, но чтобы тааак… Ты хоть не украл этого младенца?

— Украл, — фыркаю я. — Вместе с его матерью.

— Внезапно ты остепениться решил, — смеется. — Одобряю. Расскажешь как-нибудь подробности?

— Если сейчас же расскажешь как мне этот комок орущий к Васе пристыковать.

— К Васе?

Блядь. Надо ж было ляпнуть…

— Так вот оно че? — усмехается так, будто знает больше чем я сам. — Ну тогда понятно все.

— Че тебе понятно, блядь?! — бешусь я. Ощущение, что одному мне нихуя непонятно. — Если ты щас не поможешь, то этот корень мандрагоры разбудит мать и инфа будет неактуальна.

— Понял, — тут же собирается Артур. — Смотри, на бок свою Васю поверни, и ребенка к ней под бочок. Ну и все. Только раздеть не забудь.

— Кого? — туплю. — Малого?

— Да нахрена малого? Женщину свою раздень.

Он продолжает говорить, а я кажется завис на этих его словах.

Раздеть мою женщину?

— Слушай, тут Лера подсказывает, что не помешало бы влажным полотенцем грудь протереть, — добавляет друг. — А она лучше моего в этом вопросе шарит.

— Понял, — отзываюсь в трубку, пока иду в кухню.

Жорик пытается слиться со стеной, лишь бы его снова не задействовали в няньки. А я теперь понял, чего он так ночные смены полюбил. Видать от своей жены с младенцем потеряться хотел. Но карма в виде Данечки его настигла. Будет знать, как жену родную кидать.

Нахожу в ящике чистое полотенце, смачиваю край, выжимаю и иду в спальню, попутно качая сильно недовольного малыша.

— Спасибо за помощь, брат, — продолжаю в трубку. — Если ты не против, я еще позвоню, если вопросы возникнут.

— Без проблем, — отвечает Артур. — И надо как-нибудь встретиться. Раз уж теперь ты тоже семейный, то нам точно найдется что обсудить. Тем более у тебя пацан. У меня дочка. Можем сватать.

— Ну ты скажешь тоже, — усмехаюсь. — Младенцев сватать. Ладно. Пойду я жениха кормить. А ты привет своим девчонками передавай.

— Я рад за тебя, Рус. И мой тебе совет, раз ты уже поймал свою эту Васю — не отпускай ни в коем случае. Не будь дураком, как я.

Да если бы она еще была моей…

— Спасибо, брат, — отвечаю коротко. — Я тебя услышал.

Кладу трубку, и подхожу к кровати, в которой все так же крепко спит Вася. На малого смотрю:

— Ну что, медвежонок, справимся?

Сидя на корточках перед кроватью, оттягиваю край Васиной взмокшей маечки, и аж сам испариной весь покрываюсь.

Шумно сглатываю. И чувствую, как у меня каждый волосок на теле дыбом встает от голода.

Охуеть, как красиво…

Грудь у нее так налилась, что аж подкапывает. Интересно, это и правда я ее так пригрел?

Покоя не дает дебильная шутка Стаса, что мол сексом можно еще лучше это дело разогреть.

Я бы попробовал…

Так, отставить, пошлости, Рус!

Сначала с ребенком разобраться. А потом уже пофантазируешь. Вся ночь впереди еще.

И мне почему-то отчаянно не хочется, чтобы она заканчивалась.

Даже уснуть боюсь. Как ребенок, отказывающийся спать в новогоднюю ночь, чтобы не пропустить ни секунду волшебства.

Так и я. Как пацан.

Хочу наблюдать за этим волшебством покуда есть возможность…

Справившись с собой, — как мне кажется, — снимаю с плеча влажное полотенце и осторожно протираю им красивую женскую грудь.

Снова шумно сглатываю. Как пубертат прыщавый, ей богу! Что я? Сисек в жизни не повидал?! Вроде каких только не было. На любой вкус и цвет. И размер конечно же.