Вероника посмотрела на чашку, в которой плавали безобидные листочки мяты. Поднять глаза на мужа и выпить это было самым тяжелым испытанием в её жизни.

Глава 11. Скелеты в дизайнерском шкафу

В это же самое время Илья сидел в своем рабочем кабинете. На его столе горела лишь одна лампа, освещая экран ноутбука и старые архивные папки. Илья задействовал свои каналы в службе безопасности и среди бывших коллег-следователей. Ему нужен был легальный компромат на Артура, и он начал копать с самого начала — с его прошлого.

Артур представлялся всем успешным архитектором из Санкт-Петербурга, который переехал сюда пять лет назад после «трагической гибели первой жены».

Пальцы Ильи быстро бегали по клавиатуре, открывая закрытые базы данных и старые новостные сводки питерских газет семилетней давности.

— Так-так-так, Артур Викторович Белгородский... — пробормотал Илья, всматриваясь в старое фото на экране. Снимки с приемов: Артур, чуть моложе, обнимает красивую, но очень изможденную женщину.

Её звали Елена Белгородская. И она была... единственной владелицей крупного архитектурного бюро, которое после её смерти полностью перешло к Артуру.

Илья углубился в медицинские и судебные архивы. У него по спине пробежал холодок, когда он начал сопоставлять факты. Сценарий был идентичным. До тошноты.

Елена Белгородская, успешная бизнес-вумен, за два года брака с Артуром превратилась в бледную тень. В отчетах закрытого уголовного дела, которое быстро замяли за неимением улик, Илья нашел показания её подруг:«Елена жаловалась на постоянные провалы в памяти», «Она утверждала, что сходит с ума», «Артур говорил, что у неё тяжелая форма шизофрении» .

Финальная точка заставила Илью сжать зубы так, что заболели скулы. Семь лет назад Елена Белгородская подписала генеральную доверенность на управление всем своим имуществом и бизнесом на имя мужа, так как была признана судом частично недееспособной из-за прогрессирующего психического расстройства. А через две недели её нашли мертвой в загородном доме. Официальная причина — передозировка успокоительными препаратами. Самоубийство на фоне депрессии. Дело закрыли. Артур продал бизнес, сменил город и начал новую жизнь под маской скорбящего вдовца.

Илья откинулся на спинку кресла, глядя в темноту кабинета. Артур не просто манипулятор. Он серийный ментальный убийца. И Вероника — его вторая мишень, которая подобралась к финалу его жуткого плана. Доверенность, таблетки, «сумасшествие» — он делал с Вероникой ровно то же самое, что убило его первую жену.

Илья схватил телефон, собираясь лихорадочно набрать её номер, но вовремя остановился.«Нельзя. На ней часы. Он слушает» .

Ему нужно было вытаскивать её из этой квартиры. И как можно скорее.

Вероника смотрела на янтарную жидкость, и ей казалось, что от чашки исходит замогильный холод. Секунды растягивались в вечность. Артур стоял рядом, его рука всё ещё лежала на её плече, и она физически ощущала его выжидающий, сканирующий взгляд. Каждое волокно её тела кричало:«Не пей!»

Она медленно протянула руку, обхватив пальцами фарфор. Рука дрожала — теперь уже совершенно искренне. Поднеся чашку почти к самым губам, Вероника резко зажмурилась, качнулась в сторону и с глухим стуком выронила фарфор из рук.

Горячая жидкость с плеском разлилась по лакированному столу, осколки чашки с брызгами разлетелись по полу. Вероника схватилась за край стола, тяжело дыша и изображая полуобморочное состояние.

— О боже... Артур, прости, — прошептала она, прижимая ладонь к виску. — У меня... у меня так резко закружилась голова. Всё поплыло перед глазами. Я не удержала.

Артур на секунду изменился в лице — в его глазах промелькнула вспышка чистого, холодного раздражения от сорванного ритуала. Но маска «идеального мужа» вернулась мгновенно. Он присел перед ней, мягко обнял её за талию и прижал к себе.

— Ну-ну, тише, ничего страшного, маленькая моя, — его голос лился как патока, но Веронику едва не вывернуло наизнанку от этого объятия. — Видишь, в каком ты состоянии? Твои сосуды совсем не справляются. Иди ложись, я сам тут всё уберу. Иди, отдохни, я скоро приду к тебе.

— Да, спасибо... Я пойду, — Вероника поднялась, едва переставляя ноги, и ушла в спальню. Забравшись под одеяло, она до боли прикусила губу, чтобы не закричать. Первое сражение этой тайной войны она выиграла. Но капкан захлопывался.

Утро следующего дня встретило их тем же серым туманом. Вероника вела себя безупречно: была тихой, покорной, жаловалась на слабость. Артур проводил её до машины, поцеловал в щеку и напомнил, что будет ждать отчета о сегодняшнем заседании. Он был уверен, что полностью контролирует ситуацию.

Здание суда казалось Веронике единственным островком безопасности. Поднимаясь по знакомым ступеням, она лихорадочно искала глазами Илью. Он ждал её у тех же массивных дверей, но сегодня на его лице не было вчерашней уверенности — в глазах застыла глухая, тревожная суровость.

Они разминулись в дверях, как и вчера — мимолетное касание плеч в толпе адвокатов и конвоиров. В ладонь Вероники скользнул новый, туго свернутый клочок бумаги.

Заперевшись в женской комнате и проверив, что в кабинках никого нет, Вероника лихорадочно развернула записку. Почерк Ильи был размашистым и резким, строки ложились на бумагу с бешеной энергетикой:

«Елена Белгородская. Первая жена Артура. Посмотри её дело в архивах Питера, когда будешь в безопасности. Он сделал с ней то же самое. Сценарий один в один. Она мертва. Читать строго без свидетелей!

Ника, ставки смертельные. Тебе нужно выбраться из этого дома под любым предлогом. Срочно. Собери документы, оригиналы документов на бюро и уходи. Если некуда идти — поживешь у меня. Мой адрес на обороте. Я встречу тебя».

Вероника перевернула листок. На обратной стороне четким почерком был написан адрес его квартиры и код от ворот.

Сердце Вероники пропустило удар, а затем забилось с утроенной силой.Елена Белгородская. Она мертва . Слова Ильи горели на бумаге огнем. Артур — не просто вор, он убийца. И предложение Ильи...«Поживешь у меня» . В этом предложении не было юридического расчета. Там было то, чего Вероника не чувствовала уже много лет — искреннее, отчаянное желание мужчины защитить её, закрыть собой от летящей пули.

Она достала зажигалку, поднесла огонь к краю записки и смотрела, как буквы Ильи превращаются в пепел над раковиной, смывая остатки водой.

«Под любым предлогом, — подумала она, глядя в зеркало на свои расширившиеся зрачки. — Мне нужен предлог, чтобы уйти из дома навсегда и не вызвать у него подозрений раньше времени» .

Глава 12. Озарение. Идеальный предлог

В зале заседаний стояла звенящая тишина. Сегодня был день прений сторон. Вероника стояла за трибуной, её голос звучал ровно, чётко, без единой осечки. Она зачитывала сухие цифры скрытых офшоров Вороновского, вытаскивая наружу один теневой актив за другим. Судья удовлетворенно кивала, а сам Вороновский сидел бледный как полотно, понимая, что его империи пришёл конец.

Но внутри Вероники разворачивался совсем другой процесс. Каждый раз, произнося фамилию «Вороновская», её мозг настойчиво подменял её на другую.Елена Белгородская. Елена Белгородская . Имя мертвой женщины стучало в висках набатом.

Вероника бросила быстрый взгляд на Илью. Он сидел напротив, внешне сохраняя маску побежденного, но сосредоточенного адвоката. Однако его пальцы, крепко сжимавшие ручку, выдавали внутреннее напряжение. Он ждал. Он страховал её здесь, в этом зале, создавая для слушающего их Артура идеальный белый шум грандиозной юридической победы.

— ...На основании изложенного, — Вероника перевернула последнюю страницу, — сторона истицы настаивает на полном удовлетворении иска и аресте указанных долей в уставном капитале. У меня всё.