Глава 7. Анатомия слежки

Дверь квартиры открылась бесшумно. В прихожей пахло дорогим парфюмом Артура и запечённой рыбой — он снова приготовил ужин, создавая образ идеального, заботливого мужа.

— Ника, девочка моя, ты наконец-то дома, — Артур вышел навстречу, мягко улыбаясь. Он потянулся, чтобы снять с её плеч пиджак, но Вероника едва заметно отстранилась, проходя вглубь прихожей. Артур на секунду замер, его улыбка стала чуть тоньше. — Ты выглядишь бледной. И ты не отвечала на мои сообщения. Я звонил твоему секретарю, она сказала, что процесс шёл на повышенных тонах. Опять не сдержалась?

Раньше после этих слов Вероника почувствовала бы укол вины и кинулась оправдываться. Но сейчас она словно смотрела на него через увеличительное стекло в зале суда.

«Ловушка номер один, — зафиксировал её мозг. — Перенос фокуса. Нападение под видом заботы» .

— Процесс был сложным, Артур. Я была занята, — Вероника посмотрела ему прямо в глаза, разуваясь. — Мой телефон был на беззвучном режиме. В зале суда это нормальная практика.

— Конечно, милая, конечно, — Артур примиряюще поднял ладони, но шаг за шагом следовал за ней в гостиную. — Просто я волнуюсь. Ты ведь помнишь, что случилось в прошлый раз, когда ты проигнорировала мои звонки? Ты забыла забрать из чистки мои костюмы для презентации, а потом у тебя случилась истерика из-за того, что ты «ничего не успеваешь». Я просто не хочу, чтобы ты снова довела себя до того состояния. Помнишь, как ты плакала на кухне и просила меня взять под контроль твои дела?

Вероника замерла у барной стойки.«Ловушка номер два. Газлайтинг. Ложные воспоминания» . Она отчётливо помнила ту ночь. Она плакала не из-за костюмов, а из-за того, что он три дня молча игнорировал её, наказывая за то, что она задержалась на работе. И она никогда, никогда не просила его контролировать её дела.

— Я не помню, чтобы просила об этом, Артур, — тихо, но твёрдо произнесла она, наливая себе стакан воды.

Артур вздохнул. На его лице отразилась глубокая, искренняя печаль — так смотрят на тяжелобольного ребёнка.

— Вот видишь, Ника... Твоя память снова тебя подводит. Это из-за переутомления, я же говорил. Хронический стресс стирает детали. Тебе нужно выпить те таблетки, что выписал доктор, и лечь спать. Я сам посмотрю твою почту на вечер, если там есть что-то срочное по бюро...

— Не нужно, — отрезала Вероника. Она повернулась к нему, удерживая маску абсолютного спокойствия. — Я сама справлюсь со своей почтой. И со своей памятью тоже. Я устала, ужин без меня.

Она развернулась и ушла в спальню, спиной чувствуя его тяжёлый, внезапно поумневший и ледяной взгляд. Маска «святого мужа» на секунду сползла, обнажив хищника.

Заперев дверь спальни на защёлку, Вероника вытащила из сумки свой смартфон. Сердце бешено колотилось, но разум работал как швейцарские часы.

Откуда он знает, когда именно писать? Почему он так настойчиво пытается залезть в её рабочую почту под предлогом помощи?

Она села на кровать и зашла в глубокие настройки телефона. Вероника знала, куда смотреть — полгода назад она вела дело женщины, чей муж отслеживал её через шпионский софт. Она проверила расход батареи, скрытые процессы и сетевые сертификаты. Пусто. Телефон был чист.

Тогда она на секунду задумалась, оглядывая комнату. Её взгляд упал на стильные смарт-часы, которые Артур подарил ей месяц назад, настаивая, чтобы она носила их не снимая, «ради контроля пульса и здоровья».

Вероника сняла часы с запястья, зашла в настройки синхронизации и удалённого доступа. Пальцы замерли. В скрытых вкладках дублирования уведомлений и геолокации значился неопознанный связанный аккаунт. Доступ к её аудиозаписям, микрофону, сообщениям и местоположению был открыт 24/7. И этот аккаунт принадлежал Артуру.

Каждое слово, которое она говорила на парковке Илье, каждый её шаг, каждая паническая атака — всё это транслировалось на его телефон. И прямо сейчас он, скорее всего, знал, что она заперлась в комнате.

Вероника медленно положила часы на тумбочку. Удушающий страх, который мучил её все эти месяцы, внезапно исчез. Вместо него пришла холодная, звенящая ясность.

«Ты совершил огромную ошибку, Артур, — подумала она, глядя на светящийся циферблат. — Ты забыл, что я адвокат. И теперь я соберу на тебя такое досье, что ты сам подпишешь себе приговор» .

Она не стала отключать слежку. Если он поймет, что раскрыт, он уничтожит данные. Ей нужно было сыграть роль послушной куклы ещё немного, чтобы поймать его в его собственный капкан. Но для этого ей нужен был союзник. Тот, кто находится вне зоны контроля Артура.

В голове всплыло лицо Ильи на парковке.

Глава 8. Ложная капитуляция

Ночь превратилась в изощрённую пытку. Вероника лежала на своей половине огромной кровати, глядя в потолок, на котором плясали тени от уличных фонарей. Рядом ровно и глубоко дышал Артур. Он спал так спокойно, словно не он несколько часов назад методично стирал её личность, подменяя её воспоминания.

Ей казалось, что смарт-часы, оставленные на тумбочке, светятся во тьме как циклопический глаз, фиксируя каждый её вздох. Телефон лежал рядом, экраном вниз. Вероника до боли сжимала кулаки под одеялом. Её тошнило от мысли, что этот мужчина, который сейчас спит рядом с ней, задокументировал каждую её слабость, каждую её слезу, чтобы хладнокровно продать это суду.

Она заставила себя не двигаться, не плакать и не выдавать своего бодрствования ни единым шорохом. Адвокат внутри неё взял верх над испуганной женщиной. Она разрабатывала стратегию защиты.

Утро наступило серое и промозглое. Артур проснулся первым. Когда Вероника вошла на кухню, он уже разливал кофе по чашкам.

— Доброе утро, Ника, — его голос был всё таким же мягким, но в глазах скользнуло секундное разочарование от того, что она зашла в комнату полностью одетая, в строгом темно-синем костюме, с безупречным макияжем, скрывающим следы бессонной ночи. Маска акулы снова была на ней. — Вижу, ты чувствуешь себя лучше? Мои слова вчера помогли тебе успокоиться?

— Да, Артур. Ты был абсолютно прав, — Вероника заставила себя улыбнуться, глядя ему прямо в глаза. Это была самая фальшивая улыбка в её жизни, но на психопата она подействовала усыпляюще. — Мне действительно нужно было выспаться. Спасибо за заботу. Я, пожалуй, побегу — не хочу опоздать на заседание.

— Конечно, милая. Удачного дня, — Артур пригубил кофе, довольный своей промежуточной победой. Он был уверен, что она снова сломлена и покорна.

Вероника почти бегом спустилась на парковку, запрыгнула в машину и заблокировала двери. Только здесь она позволила себе глубоко, судорожно выдохнуть. Руки дрожали. Она вытащила из сумки лист бумаги, вырванный из рабочего блокнота, и быстро, размашистым почерком написала всего несколько строк. Сложила листок вчетверо и спрятала в ладонь.

Она чётко понимала: ей нужна помощь. Сама она не выберется. Артур контролирует её гаджеты, её офис, её счета. Любой шаг в сторону — и он нанесет упреждающий удар. Ей нужен был кто-то сильный, умный, непредвзятый.

Илья. Человек, который вчера на парковке без единого документа в руках поставил ей правильный диагноз.

У здания суда было людно. Вероника шла к центральному входу, чеканя шаг. Внутри неё всё звенело от напряжения. На верхних ступенях, у массивных дверей, стоял Илья. Он курил, задумчиво глядя на проезжающую мимо колонну машин. Заметив Веронику, он выбросил окурок и выпрямился, ожидая очередного ледяного приветствия или хлёсткой фразы.

Вероника шла прямо на него. Её лицо было каменным, взгляд — направлен сквозь Илью. Проходя мимо него в узких дверях, в плотной толпе юристов и подсудимых, она на долю секунды замедлила шаг. Её рука на мгновение коснулась его пальто.

Илья почувствовал, как в его ладонь ткнулся маленький, плотный бумажный квадратик. Прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, Вероника уже вошла в вестибюль суда, ни разу не обернувшись.