Он приехал ровно через два часа, как и обещал. Вероника, накинув легкое пальто, выбежала к его машине и скользнула на пассажирское сиденье. Едва дверь захлопнулась, Илья не дал ей вымолвить ни слова — он сразу же притянул её к себе за талию, сокращая расстояние между ними до минимума.

— Я соскучился, — с хрипотцой в голосе выдохнул он, вглядываясь в её лицо.

— Я тоже, — тихо ответила Ника.

Она первая подалась вперед и поцеловала его — так страстно, отчаянно и глубоко, словно этой недели разлуки не было, словно они пытались выжечь последние остатки её прошлого. Илья перехватил её крепче, отвечая на этот порыв. У Ники кружилась голова, а сердце бешено колотилось в груди от осознания того, что этот мужчина теперь её законная, безопасная гавань.

— Ладно, лиса, поехали смотреть твое новое гнездо, пока мы не сорвали график, — неохотно отстранившись и тяжело дыша, улыбнулся Илья.

Они поехали смотреть квартиру. Илья, как и обещал, дотошно проверил каждую бумагу, осмотрел замки, окна и планировку, одобрительно кивая. Квартира была прекрасной. По закону и по сердцу — всё было чисто.

Вечером он привез её обратно к родителям. Они еще долго не могли попрощаться, стоя на деревянной веранде загородного дома под сенью осеннего тумана. Илья обнимал её и они тихо целовались, наслаждаясь этой новой, легальной близостью.

Когда его машина наконец уехала, Вероника вошла в дом. На пороге веранды её встретила мама. Елена Васильевна тепло, со слезами на глазах посмотрела на дочь и мягко обняла её за плечи.

— Я вижу, как ты светишься, родная, — тихо, с материнской нежностью произнесла она. — Ты заслужила это счастье. Твой Илья — настоящий мужчина. Держись за него.

Ника лишь крепче прижалась к маме, точно зная: её прозрение привело её именно туда, где она должна быть.

Глава 27. Новый дом и маленький писк

Прошло три месяца.

Следствие и суд над Артуром наконец-то завершились. Благодаря признательным показаниям Ковалева и железной доказательной базе Ильи, Белгородский получил внушительный тюремный срок за мошенничество в особо крупных, покушение на убийство и незаконный оборот сильнодействующих препаратов. Справедливость восторжествовала.

Вероника уже жила в своей новой квартире, которую она обставила полностью по своему усмотрению. Никакой стерильности и холодного хай-тека. Это была невероятно теплая, уютная квартира с мягкими коврами, книжными полками, живыми цветами и глубокими креслами. Здесь она наконец-то чувствовала себя по-настоящему дома.

Вечером в пятницу Вероника заваривала чай, когда в дверь решительно позвонили. Она улыбнулась и побежала открывать — она знала, кто это.

На пороге стоял Илья. Он был в своем неизменном стильном пальто, но вместо привычного букета цветов держал в руках странный маленький сверток из шарфа. Из недр этого свертка доносился тонкий, отчаянный писк.

Вероника удивленно посмотрела на сверток, аккуратно раздвинула шерстяную ткань и ахнула. Из шарфа на неё уставились два огромных, испуганных голубых глаза. Там оказался крошечный, пушистый котенок.

— Боже, Илья... это кто? — прошептала она, бережно забирая малыша на руки.

— Это Муся, — совершенно серьезно ответил Илья, разуваясь и проходя в квартиру. — Она будет скрадывать твои одинокие вечера, пока меня нет рядом. Нашел её у офиса, не смог пройти мимо.

Вероника прижала пищащий комочек к себе, а потом лукаво посмотрела на Илью, прищурив глаза:

— Муся, значит... Слушай, Илья, а что — твое предложение о моем переезде к тебе уже не действует? Решил заменить себя котенком?

Илья замер на полпути к гостиной. Он резко повернулся к ней, и в его глазах вспыхнуло такое удивление, которое тут же сменилось бешеной радостью.

— Конечно действует! — воскликнул он, делая к ней шаг. — Ты прямо сейчас можешь собрать чемоданы и переехать ко мне. Хоть сегодня!

Вероника тепло улыбнулась, глядя, как этот взрослый, жесткий в судах мужчина сейчас волнуется как мальчишка.

— Давай поживем пока на два дома, — мягко предложила она. — Будем ходить друг к другу в гости. Мне нужно немного привыкнуть к этой свободе.

— Хорошо, как скажешь, лиса, — Илья нежно поцеловал её в макушку, стараясь не прижать котенка.

Весь вечер они провели на полу в гостиной, совершенно забыв про статус успешных адвокатов. Они кормили Мусю из пипетки теплым молоком, строили ей домик из коробки и смеялись, когда она неуклюже путалась в собственном хвосте. Наконец, сытая и довольная Муся свернулась клубочком на диване и сладко уснула.

Илья медленно поднялся с ковра, подошел к Веронике со спины и обнял её за талию, прижимая к себе. Его дыхание стало глубже и горячее.

— Ну что, Лиса... — тихо, с хриплыми нотками прошептал он ей в самое ухо. — Суд официально закончился. Твой бывший далеко и надолго. Теперь у тебя нет ни одного юридического аргумента, чтобы идти на попятную и держать дистанцию.

Вероника медленно развернулась в его руках. Она посмотрела в его потемневшие от страсти глаза, и на её губах расцвела самая искренняя, любящая улыбка.

— А я и не собираюсь, — тихо произнесла она.

Она уверенно обвила его шею руками, притягивая к себе. Илья перехватил её крепче и поцеловал так, что у Ники мгновенно закружилась голова.

А дальше... дальше все запреты, которые они так долго и мужественно держали ради безопасности, были окончательно сняты. Их близость в эту ночь была волшебной, нежной и одновременно яростной, словно они оба пытались наверстать все те месяцы, что провели на расстоянии вытянутой руки.

Утром Ника проснулась оттого, что комнату заливал мягкий солнечный свет. Она сладко улыбнулась, потянулась на огромной кровати и вдохнула полной грудью. Из кухни доносился божественный, густой запах свежесваренного кофе.

Накинув просторную домашнюю футболку, которая едва доходила ей до бедер, Вероника босиком прошла на кухню. Илья стоял у плиты, спиной к ней, разливая кофе по чашкам.

Она бесшумно подошла сзади и обняла его за талию, прижимаясь щекой к его лопаткам. Илья вздрогнул от неожиданности, но тут же расслабился, накрыв её ладони своими.

— Доброе утро, адвокат, — прошептала она.

— Доброе утро, моя лиса, — Илья развернулся, подхватил её под бедра и усадил прямо на кухонный остров.

Он протянул ей чашку ароматного кофе, а затем наклонился и подарил ей долгий, утренний поцелуй, со вкусом сливок и корицы. Вероника зажмурилась от счастья. Её броня была разрушена окончательно, но на её обломках вырос новый мир, где сильная женщина наконец-то нашла свое настоящее, безопасное и любящее плечо.

Эпилог

Спустя два года коридоры областного суда ничуть не изменились: всё тот же душный полумрак, гул чужих драм и бесконечный шлейф громких разводов.

Илья Владимирович стоял у массивного мраморного подоконника, лениво просматривая документы по новому делу. Изменилось только одно — на его безымянном пальце правой руки теперь плотно сидело гладкое золотое кольцо, а на бланках их нового бюро теперь красовалось общее название:«Адвокатское бюро Карповых» .

Раньше они всегда воевали по разные стороны баррикад. Он защищал мужчин, она — женщин, и они безжалостно сжигали ресурсы на профессиональной дуэли. Но теперь всё изменилось. Пройдя через ад, они встали на одну сторону, превратившись в самый дорогой и непобедимый семейный тандем города.

Чуть дальше по коридору, у дверей зала заседаний, нервно мерил шагами паркет очередной проштрафившийся муж-бизнесмен. Завидев Илью, он подлетел к нему, вытирая платком вспотевшую шею:

— Илья Владимирович, выручай! Твоя контора взялась за дело моей бывшей! Но почему против меня вышла именно твоя жена?! Ты понимаешь, Илья? Твоя стерва обдерет нас до нитки! У неё же хватка мертвая, она из меня всю душу вытрясет вместе с активами! Сделай что-нибудь, вы же партнеры, договорись с ней по-мужски!