— Тебе пятнадцать, Саш! — ответил я. — Станешь старше, тогда и поговорим. А пока я против, чтобы ты встречался с этой эльфийкой! Не пара она тебе.
Никогда не думал, что буду чуть ли не цитировать собственного отца. Но сообщение сына, что он влюбился и встречается с прекрасной девушкой, выбило из колеи. Но я старался мыслить рационально. Пятнадцать лет, рановато, конечно, но что поделать, если Саш оказался таким скороспелым?
Но когда он привёл свою ненаглядную для знакомства, понял одно — нет, ни за что! Понятия не имею, насколько серьёзно влюблён Саш, но я никогда не позволю ему встречаться с эльфийкой! А вдруг это не временная блажь и он надумает жениться? Вдруг по неосторожности они дитя заделают?! Я категорически против, чтобы наш род продолжался мерзкими ушастыми снобами! И да, мне плевать, насколько конкретно эта девица очаровательна и общительна. Никаких эльфов в нашем роду!
— Да о чём с тобой разговаривать! — произнёс Саш зло. — Ты же слышишь только себя!
— Найди себе нормальную девушку, и я слова не скажу, — отозвался я. — Человека, руалсу, да хоть гномку, но не эльфийку!
— Ты махровый ксенофоб, — выплюнул сын, — вот и всё!
— Хватит вам ругаться, — вплыла в комнату Майя. — Как кошка с собакой последнее время. Вы постоянно что-то делите. Саш, нравится тебе девушка — ради Богов! Только голову не отключай и не спеши. Тебе всего пятнадцать лет. Маловато для семьи и тем более детей.
— Мама! — возмутился Саш, отчаянно краснея. — Да мы ничего такого!
— Сделаю вид, что я тебе поверила, — усмехнулась Майя, всем видом демонстрируя, насколько она «верит».
— Мама! — снова воскликнул сын, становясь пунцовым.
М-да, до умения достойно лгать ему ещё далеко.
— А ты, — обратилась Майя ко мне, — успокойся и не повторяй ошибок собственного отца. Саш ещё не взрослый, но уже не ребёнок, и он имеет право выбирать, с кем ему встречаться. Ну влюбился в эльфийку, и что теперь? Твоя неприязнь к эльфам не должна влиять на жизнь нашего сына.
— Я к себе, — буркнул Саш и выплыл из комнаты.
— Майя, — простонал я, растирая лицо руками, — она эльфийка! А он неразумный малёк, что с ней спит. Ему всего пятнадцать, я помню себя в его возрасте. Мне было всего на год больше, когда я с Асморианой спутался! Сейчас у него тот возраст, когда всем правят желания тела, в которые почти не вмешивается мозг!
— Думаешь я не волнуюсь, что Саш натворит делов? — вздохнула она. — Безумно боюсь! Но устраивая ему сцены в духе «я тебе запрещаю», ты только провоцируешь его сделать всё тебе на зло. Так нельзя. Наш сын — разумный парень, и лучше не цепляться к расе его избранницы, а постараться ему объяснить, насколько важно быть осторожным и что не стоит спешить. Мне иногда кажется, что ты сам немногим его старше. Это у вас семейное, что ли, — вставать в позу, что с места не сдвинуть? Забыл, как подобный конфликт был у тебя с отцом?
— Отлично помню, — поморщился я. — Как и помню, что я был куда старше, и даже изгони отец меня из рода и Ореаниды, я не пропал бы.
— Я о другом, — покачала Майя головой. — Вы слишком упрямы, не умеете слушать и слышать, когда вам что-то не по душе.
— Он мой единственный сын, — сдался я. — Дразг с ней, с эльфийкой. Я просто за него очень боюсь. Боюсь, что он наделает ошибок, что ему причинят боль.
— Я тебя понимаю, — улыбнулась она, подплывая и даря лёгкий поцелуй. — Саш наш общий ребёнок, и я боюсь за него не меньше твоего. Но нужно быть гибче, иначе рискуешь потерять нечто бесценное — связь отца с сыном, как это случилось у тебя с собственным отцом.
Увы, она была права. Даже несмотря на то, что мы вроде бы наладили общение, всё равно не возникло былого когда-то доверия. Я подсознательно ждал новых упрёков, недоверия и претензий.
И, увы, пусть мы с Майей любим друг друга так, словно и не женаты полтора десятилетия, но больше детей нам Боги так и не послали. Мы уже давно забыли про всякое предохранение, но Саш был и остаётся нашим единственным сыном. Не зря говорят — вероятность зачать ребёнка для руалса и человека ничтожна. Странно по мне, мы ведь когда-то были единой расой.
Данное знание отец решил скрыть от мира. Побоялся последствий. Теперь эти записи о прошлом Саморита можно найти только в защищенной десятками заклинаний закрытой секции дворцовой библиотеки.
Я по-прежнему являюсь послом Ореаниды на суше. Знаю в лицо верхушку власти почти всех королевств. Занятие, которое когда-то было почти ненавистным, сейчас приносит удовольствие.
Майя с матерью наоткрывали свои клубы во всех мало-мальски приличных королевствах. Напридумывали множество новых карточных игр, ввели игру в домино. Сейчас эти клубы — всем известное место сбора элиты. Приносят массу денег.
Ларс женился. Они с женой даже полюбить друг друга смогли. Не так сильно, как мы с Майей, но в их семье царит мир и понимание. У них родилось двое детей. Брат выглядит искренне счастливым. Пусть пока он остаётся наследником, но когда отец отречётся от престола в его пользу, Ореанида получит довольного жизнью короля.
Анорас тоже не так давно обзавёлся семьёй. Увы, в его случае брак был исключительно по расчёту, и супруги друг друга терпят, но никак не любят. Впрочем, подобное не редкость, когда семьи создают из расчёта выгоды.
И как бы мне ни хотелось упереться и стоять на своём, Майя права. Своими запретами я могу сделать только хуже. Сам был юным и горячим, хорошо помню, как выводит из себя фраза «я тебе запрещаю». Потому на следующий день я долго разговаривал с сыном. Пытался объяснить ему, что сейчас главное не спешить. Быть осторожным. Если у них всё серьёзно, то отношения выдержат испытание временем, и когда им обоим будет достаточно лет, тогда смогут пожениться и думать о детях. Но сейчас осторожность, осторожность и ещё раз осторожность.
Саш меня понял. По глазам видел, что моим словам он внял. И когда он спросил, можно ли пригласить его эльфийку к нам на ужин, мне ничего не оставалось, как ответить согласием, а во время ужина запихнуть свою неприязнь к представителям данной расы как можно глубже.
Молодёжь ушла гулять по саду, а после и вовсе решили отправиться к деду, во дворец. Майя чуть повздыхала, что им с нами скучно, но портал им открыла. Мне крайне не нравилось, когда она грустит. Решил отвлечь её проверенным способом.
Ночь оказался жаркой. Бесстыдно-сладкой. У нас были тысячи ночей, и каждая была уникальна. Эта исключением не стала.
А спустя три недели я увидел изменения в ауре Майи. Боги снова наградили нас. В этот раз в двойном размере, потому как в ауре супруги, такой яркой и насыщенной, просматривались две пока ещё такие слабые, робкие, но уже живые ауры наших детей.
— Ты уверен? — Майя смотрела на меня огромными глазами, когда я ей это сообщил.
— Более чем, — улыбнулся ей.
Ответом стал чистый восторг жены, которая чуть не задушила меня в объятиях.
— Мелкота будет? — уставился на нас поражённо сын, когда мы сообщили о грядущем пополнении, а потом улыбнулся. — Здорово! Хоть потренируюсь, прежде чем своих делать…
Нам с Майей оставалось только переглянуться и покачать головами. Этот ответ хотя бы вселял надежду, что спешить Саш не будет.
А через девять месяцев Майя родила двойняшек: Калиару и Касиарта.
Сейчас двойняшкам год. Они носятся по комнате, как две юркие рыбки. Майя и Сашериан пытаются их поймать, чтобы накормить, но у детей явно иное мнение, чем стоит заниматься в данный момент. Я же сижу в кресле и ощущаю себя самым счастливым существом во всех мирах. Смотрю на свою семью и не могу поверить, что всё это со мной. Майя, которая ворвалась в мою жизнь, подобно внезапному шторму, и должна была стать проклятием, стала настоящим благословением. Не будь её, не было бы ни этих детей, ни этого счастья. Ничего бы не было.
Потому я каждый день не устаю благодарить Богов, что они именно ко мне послали Майю. И пусть всё началось ужасно, я каждый день делаю всё, чтобы искупить ту давнюю вину, и буду это делать до последнего вздоха. Ведь самое важное в мире не деньги, власть или статус, а счастливые улыбки тех, кого любишь.