Для этого я отправилась в центральную библиотеку Немасины. Долго объясняла библиотекарю, что меня интересует. Получив стопку книг, оплатила их аренду и села за изучение.
Угробила на это почти три дня, и чем больше читала, тем сильнее портилось настроение. Юридически женщина, особенно вдова, может иметь своё дело. Никаких законодательных ограничений для этого нет. А вот по факту… Нашлось много историй и описаний, из которых ясно следовало одно: всем плевать, если у женщины есть какое-то маленькое дело. Лавка торговая, например. Но если всё серьёзнее и дело становится действительно доходным, а за ней не стоит влиятельная семья или не менее влиятельный мужчина, то женщину «мягко» просят поделиться долей бизнеса. Как правило, большей. А то и вовсе находят способ забрать всё. Прям рэкет девяностых какой-то.
Получается, даже если мама Риаса сможет организовать «клуб любителей карт» и дело выгорит, то всё зря? От обиды всё сжималось внутри. Дурацкий мир, где женщине уготовано всегда быть где-то на вторых ролях. Дурацкие мужики, готовые на всё, лишь бы не пустить женщин в большой бизнес.
Анорас, услышав мои возмущения, ничуть ими не проникся. Лишь плечами пожал, мол, это мужской мир, и до меня всё всех устраивало. Не верю я, что прямо все женщины довольны таким положением дел. А даже те, кто не видит в подобном ничего плохого… Их так воспитали, они и не задумываются, что может быть по-другому. Ну и добил он меня фразой:
— Женщины должны стремиться выйти замуж и детей рожать, дом вести, а не играть в деловых.
Хотелось вцепиться ему в лицо. Шовинист несчастный! Умом я понимаю, он во многом прав. И я ничего не имею против замужества со всеми вытекающими, если это для человека и есть счастье. Только что мне делать, по мнению Анораса? Не представляю я себе серьёзных отношений с мужчиной, а значит, и для брака я не пригодна.
Риас не фонтанировал таким шовинизмом, но, как мне кажется, тоже не совсем понимал моего расстройства. Сначала пробовал утешать. Потом глубоко задумался и выдал:
— Давай я буду тем мужчиной, кто будет стоять за тобой.
— В каком качестве? — спросила я без малейшего энтузиазма.
— В качестве друга и делового партнёра, — развёл он руками.
В его словах была своя доля истины. Где я ещё найду кого-то, кто захочет меня прикрывать от остальных желающих получить денег, а то и дело нахаляву? И дело даже не в том, что мне жалко делиться. Просто обидно. Получается, сама по себе я мало чего стою и могу добиться.
— Подумай сама, Майя, — продолжал убеждать Риас. — Так ты избавишься от риска, что кто-то пожелает наложить лапу на твоё детище. Получишь поддержку властей королевства, в котором решишь обосноваться. Сможешь наложить монополию на карты и игры с их помощью. То есть, игорные дома не смогут использовать их для своего обогащения. Понятное дело, пробовать будут, и подпольные заведения — вечная беда, но со взимаемых штрафов тебе тоже будет доход. Всё же поддержка целого подводного королевства не будет лишней.
— Да я понимаю, — отозвалась излишне нервно. — Просто… Обидно. Знаю, это невероятно глупо, но у нас на Земле распространён книжный жанр попаданцев в иные миры. И все они, попаданцы эти, оказываются чем-то особенными, имеют необычайные способности или мозги словно энциклопедию, благодаря которым легко выдают рецепты изготовления разных новых для мира составов и механизмов. И тут я сама, как героиня такой книги, попаданкой оказалась. И что же я? А ничего! Ни способностей, ни особых знаний. Просто ноль. Бесполезная серость. Всё, чем могу запомниться, — карточные игры, и то лишь потому, что странным образом здесь такого нет. Тоже мне, достижение. Но и тут без чужой помощи я ничего не могу.
— Прекрати, — нахмурился он. — Ты не серость, и уж точно не бесполезная. Ты удивительный человек, Майя. Знакомство с тобой заставило меня на всех людей взглянуть иначе, а не как на врагов и сухопутных паразитов. С тобой интересно общаться, ты наполнила мою жизнь смыслом, когда я утратил уже не только ориентиры, но и самого себя. Может, прозвучит слишком пафосно, но ты мнеменя вернула, не позволив скатиться до уровня злобного сумасшедшего.
Что ответить на такое, я просто не знала. Слишком это… Словно я не проклятие для него, умудрившееся стать другом, а чуть ли не главная жизненная ценность. Как-то пугает подобное.
* * *
Прогулка по столице Немасины была приятной, отдавалась теплом на душе. Светило солнце, щебетали птицы. Красота! Но был и свой минус — всё было слишком степенно. Настроение было каким-то шальным, душа требовала праздника. И будь я на Земле, проблемой бы это всё не стало, но это Саморит с его дурацкими правилами.
— Тебе никогда не казалось, что ваши правила и традиции — тоска смертная? — спросила я Риаса, с которым чинно шла по улице.
— О чём ты? — поинтересовался он с лёгкой улыбкой.
— Ну смотри, — начала я объяснять. — Мне дали титул аристократки, что обязывает меня определённым образом вести себя и одеваться, не позволяя мне поступать так, как хотелось бы. Надену штаны — скандал, буду идти по улице и даже слишком громко смеяться или говорить — сразу осудят. Никакой свободы!
— У тебя дома было не так? — глаза Риаса светились любопытством.
— Совершенно не так! — подтвердила я с готовностью. — Про равенство полов я уже говорила. Как одеваться, стричься, да в целом выглядеть — каждый решает сам. Нет, конечно, есть свои неписанные правила для разных социальных слоёв, но их нарушение, как правило, ничем не карается. Если, конечно, кто-то не выкинет совсем дикую выходку. Ну, например, не пойдёт гулять голым по улицам, тогда даже если законных санкций не будет, то звездой Ютуба такой дурак станет точно. В остальном… Будь мы сейчас на Земле, и будь я из элиты общества, мы бы могли гулять и развлекаться как угодно. Хоть хохотать, хоть бегать, и никто бы слова не сказал. Максимум посмотрели бы с любопытством, и всё. А здесь… Здесь иди неторопливо и степенно, иначе сразу осудят. Глупо. И грустно.
— Интересный у тебя мир, — произнёс он задумчиво.
— Ага, — кивнула я. — Был. — И для справедливости добавила. — Там своих минусов хватает, Риас. Я так, ворчу. Внимания не обращай.
Дальше шли молча, думая каждый о своём. Я вспоминала Землю, но без ноющей в груди боли, лишь лёгкая тоска царила в душе. Мне туда никогда не вернуться, а значит, нужно принять этот мир. Полюбить его.
Блеск у обочины привлёк моё внимание. Кулон. Похоже, недешёвый. Драгоценные камни в оправе так и сверкают на солнце. Интересно, кто обронил такую явно дорогую вещицу?
— Майя, нет! — услышала я крик Риаса.
Но было уже поздно, я успела поднять свою находку. Затем мир вокруг поплыл, закрутился вихрем цветных пятен, после чего я приземлилась во что-то мягкое, а лаковое тепло сменилось пробирающим до костей холодом.
Элуриас
Ведь просил Майю быть осторожнее, сам пытался смотреть в оба, чтобы не позволить неизвестному врагу снова подловить нас и нанести удар. И всё равно она так глупо попалась! Попалась на извечном женском желании посмотреть поближе, что блестит. И я хорош, отвлёкся и упустил момент, когда она потянулась за артефактом-ловушкой. Портал распахнулся, как только Майя его коснулась. Мне же оставалось только сигануть за ней следом.
И теперь мы здесь. Понять бы ещё, где. Вокруг всё белое-белое. И такое холодное! Судя по тому, что я читал, — это снег. И вокруг ничего, кроме снега. Ни строений, ни растений, ничего. Только целое бесконечное море снега.
— Чёрт, как холодно! — произнесла Майя, обхватив себя руками. — Где мы?
— Сам хотел бы знать, — отозвался я. — Майя, зачем? Просил же быть максимально осторожной.
— Знаю, — выглядела она очень виноватой. — Ну кто мог подумать, что из-за какого-то кулона может получиться такое?!
В душе мешались страх и раздражение. На ней самой куча артефактов, а она спрашивает — кто бы мог подумать?! Открыл было рот, чтобы высказать за глупость, и быстро его закрыл. Это ведь моя вина! Я паршивый учитель. Учил Майю азам магии, владению даром, но не давал никакой теории. Для неё артефакт ничем не отличается от простого украшения. Она же не знает элементарных основ! И кто в этом виноват?