Практически обезглавленная «кукла» ничком рухнула на пол, перегородив ногами направляющую створки лифта и лишив меня тем самым возможности незамедлительно его заблокировать, но рвануть к телу и оттащить его прочь я не успел — Санёк зачем-то снова вытащил в центр «внутреннего дисплея» картинку с камеры наблюдения, перекрывшую обзор. Взгляд мой поневоле в неё упёрся, и я, вместо того, чтобы возмутиться саботажем со стороны электронного помощника, выразил негодование по совершенно иному поводу. И на этот раз отменно непечатно.

С чего бы вдруг? Так эти… эти… дохрена умные, вот! — короче, «гости» неожиданно быстро сориентировались в обстановке и… тупо заблокировали шлюз снаружи! Да-да, той самой ручкой. Ну и, получается, меня вместе с ним. В крыле «А». В каковое визитёрам, кстати, кровь из носу, но нужно войти. Ну и чем не почва для переговоров? Правда, не такая прочная, как мне бы того хотелось, но… пусть хотя бы так.

— Рекомендую забрать трофеи, сэр, — крайне невовремя влез с рацпредложением Санёк, услужливо оконтурив соответствующие участки на тушке андроида и обломках летуна.

Интересно, это он от растерянности, или, наоборот, трезвый расчёт? Так сказать, сугубая рациональность? В его случае, кстати, хрен угадаешь…

— Позже! — отмахнулся я. И велел «мыслеписью»: — Дай им влезть в систему наблюдения!

— Может, просто вызвать, сэр? — усомнился в моей логике Искин. — На открытом канале? В стандартном частотном диапазоне они должны нас услышать.

— Нефиг, — упрямо мотнул я головой. — Не оценят!

— Процесс активирован, — смирился с неизбежным Саня. — Процесс завершён. Система наблюдения под внешним контролем.

— Где?.. — зашарил я взглядом по противоположной от себя стене, и, когда Санёк оконтурил ближайшую скрытую камеру, уставился прямо ей в объектив.

Совершенно верно, как чудила-пришелец незадолго до того. Ну а чего бы не воспользоваться чужим опытом, особенно если он положительный? И это факт. Да и прочие ухватки перенять не грех. Например, язык жестов.

Впрочем, для начала я просто «сделал ручкой» в камеру. Честь отдавать не стал — вот ещё, каким-то голимым мародёрам! — но помахал достаточно приветливо. И лишь затем, выждав для верности несколько секунд, постучал себя пальцем по уху и им же, пальцем, то бишь, покрутил в воздухе, мол, я вас не слы-ы-ы-ышу! Ну и до кучи ещё в «нейр» ткнул, благо отсутствующий шлем воспрепятствовать данному действию никак не мог. И если уж теперь не поймут, то я тогда не знаю… на азбуку Морзе, наверное, переходить придётся. Ну а чего? Прикладом «штурма», да прямо по створке. Что характерно, изнутри шлюза.

К счастью, до этого дело не дошло. Но и «нейр», как ни парадоксально, тоже не пригодился — вместо того, чтобы «докричаться» до меня напрямую, сформировав окошко связи в «дополненной реальности», мародёрский хакер активировал информационное табло возле лифта. Я аж вздрогнул, когда «ожил» плёночный дисплей, неплохо замаскированный настенной росписью. Впрочем, это мне не помешало в очередной раз подивиться затейливому фьюжну технологий — вполне себе современных и откровенно архаичных. Ну вот нахрена? Дополнительная гарантия от утечек информации? Или «нейры» тут роскошь, а не унылая повседневность, без которой привычная жизнь уже немыслима? Хотя странно, конечно. Даже с точки зрения координации усилий отказ от столь удобного средства коммуникации очень нерационален… единственное, что я ещё могу предположить — так, в порядке бреда — меня… боятся⁈ Вернее, опасаются? Ну и не меня лично, а неких моих, э-э-э, расширенных возможностей? А, Сань?..

— Недостаточно информации для анализа, мастер Алекс! — привычно отбрехался Искин. — Рекомендую воспользоваться терминалом, сэр. Это резервный контур связи и оповещения, рассчитанный на функционирование в нестандартных условиях эксплуатации.

— Это в каких ещё?.. — с сомнением хмыкнул я.

— Вплоть до экстремальных, сударь! — заверил Санёк. — Давайте всё же ответим. Нервничает человек.

— Ладно, — сдался я.

В принципе, за что боролись, на то и напоролись… с-спасибо, Дед! За что благодарность? Так за очередную вспышку мигрени! Видимо, данная присказка впервые в памяти всплыла. Хорошо хоть, всполохами головная боль — долбанула и отступила. Пока до дисплея дошёл, отпустило уже. Но всё равно я при первом же взгляде на изображение непроизвольно поморщился: и здесь ниппонец. Мёдом (?) им тут намазано, что ли⁈ Или тут есть некая… взаимосвязь? Короче, балбес ты, Приятель! Балбес! Потому что додумался укрыться (аж самому смешно) в самом пафосном месте на всём орбитале. По уму, бежать отсюда следовало без оглядки, едва только клановый мажорчик на горизонте нарисовался. Потому что кто ещё мог додуматься послать на брошенный космический объект спецкоманду за своими… забытыми впопыхах вещичками⁈ Правильно — никто. За исключением таких вот разбалованных типчиков. С него станется, к примеру, возжелать любимую зубную щётку. Или тот же футон, потому что на других спится некомфортно. Но этот, по крайней мере, догадался замаскировать истинную цель экспедиции под банальную мародёрку.

Ну а так что ещё сказать? Ниппонец и ниппонец. Типичнейший. Высокие скулы, глаза-щёлочки, рот-щель. На башке — короткий тёмный «ёжик» с заметной проседью. Подбородок твёрдый. Ну и взгляд… непонятный. То ли изучающий, то ли… настороженный? Ну да, такое ощущение, что рожу мою далеко не впервые видит, но пытается данный факт скрыть. Ну или какой-то ответной реакции ждёт. От меня, вестимо. Ну и в целом… жёсткий тип. Без шлема, но в скафандре. На шее под правым ухом — явно «нейр». И почему-то… потеет. Но это заметно, только если присмотреться. Видимо, периодически либо промокает лоб, либо просто капельки ладонью смахивает. Ну и волосы ещё на манер ежиных иголок слиплись. У них там, на катере, с теплоотводом проблемы, что ли?..

А что тип на катере — к гадалке не ходи. И кресло-кокон вполне узнаваемых очертаний, и отблески на заднем фоне характерные — от голографического интерфейса.

Хм… а чего молчим, кого ждём? Я, что ли, должен разговор начинать? Так-то да, моя инициатива… ну, со связью. Вот только есть очевидные проблемы с вербальной коммуникацией… уточнение: у меня. А вот у других — нет, поскольку они об этом попросту не в курсе. Похоже, так и придётся «мыслеписью» дублировать, если ниппонец не сподобится…

Тот, что характерно, не сподобился. Ни через десять секунд, ни через двадцать. Ну а потом, когда пауза затянулась до неприличия, прищурился ещё сильнее (!) и уже откровенно принялся сверлить меня взглядом. Я, естественно, отплатил той же монетой, и даже почти уговорил себя начать с банального приветствия на ниппонском (коничива, кто-то-там-сан, и вот это вот всё), но в этот момент на заднем фоне кто-то глухо, но на вполне понятном бриттише вслух произнёс:

— Личность подтверждена, Исихара-сама. Это точно он.

— Оригато, Джун, — бросил в сторону ниппонец, и, вновь уставившись на меня, с заметным облегчением выдохнул: — Приветствую вас, Рё-сан!

Тоже, кстати, на бриттише, и почти без характерного шипящего акцента. Не знаю, как с остальным, может, он «л» не выговаривает, но пока вполне себе понятно. Я про слова. Что же касается смысла…

— Чё⁈ — натурально прифигел я, как только осознал оный.

Он… то есть они, меня знают⁈ Но почему такое стрёмное именование? Рё… Лё… сан? Лё-са? Лёша? Типа, бинго? Занятно… и излишне фамильярно, если я прав насчёт исходника, конечно же. По-ниппонски-то нормально звучит, даже почтительно.

— Вы — Алекс А. Блэк, специалист первого класса? «Биохазард Инкорпорейтед»? — тщательно выговаривая имена личные, уточнил ниппонец.

Снова на бриттише, так что я тоже мысленно переключился на это наречие, но вслух говорить ничего не стал, просто кивнул.

— Приветствую вас на борту орбитала «Целеста-3», Рё-сан! — окончательно расслабился ниппонец. Мне даже показалось, что он улыбнулся. — Я капитан Исихара Рэйта, карго-бот «Нами». Клан Кэнгай, союз «Рокуэл-Кэнгай». Имею честь возглавлять поисково-спасательную партию… а также уполномочен… э-э-э… руководством клана вести переговоры с уцелевшими членами экипажа и гостями орбитала. В случае обнаружения таковых.