Но оно, паче чаяния, не отблескивало. И даже разводов не осталось. Но ощущение-то никуда не делось! Лоб — потный. К гадалке не ходи. И скользкий. Даже не так… склизкий, вот! Самое подходящее слово. И на руках то же самое. Но всё равно следует в этом убедиться окончательно и бесповоротно.

Приняв это судьбоносное решение, я пристроил шлем на полу подле плазмера, разгерметизировал стык на запястье и стянул правую перчатку. Держал, конечно же, раструбом-крагой вниз — чтобы скопившаяся липкая влага на пол стекала. И снова обломался: ни капли! Хоть и выжидал довольно долго, ха. А потом уронил разочаровавший элемент снаряжения в общую кучу и повторил эксперимент с левой — с совершенно аналогичным результатом. Зашвырнув её к собратьям по комплекту, поднёс обе ладони к глазам, повертел, силясь разглядеть хоть что-то необычное, и снова не преуспел. В последней попытке установить истину потёр руки друг об друга, будто намыливал… и бросил это бесполезное занятие.

По ходу, просто кожа жирная. Реально что-то с терморегуляцией. Сейчас, наконец, умоюсь, грабли ототру — желательно, с каким-нибудь моющим средством, поплещу от души в физиономию, отфыркиваясь и отряхиваясь (на брызги плевать!), да оботрусь насухо, благо полотенца тут точно есть — я их со своего места вижу. Что же до снаряги… попробую чем-то типа влажных салфеток разжиться, ну а если не получится, то полотенце намочу и уже им тщательно обработаю внутренние поверхности. Что шлема, что перчаток. Ну а потом — не бурчи, брюхо! — наведаюсь в столовку, благо Санёк ничем срочным не озадачивает, а значит, появилась возможность самую чуточку посибаритствовать. Ну, или не чуточку — там как пойдёт.

По-моему, прекрасный план. И это факт.

Эх, хорошо! Ну да, ниппонское, и нашему, росскому, в подмётки не годится, но всё равно пиво! Только слушайтесь в эти волшебные звуки: пи-во! А с каким приятным шипением банку вскрыл? Песня же! Да и в целом очень даже неплохо, особенно после соков непонятного происхождения, в смысле, что за фрукт, то есть как его зовут. Тут же всё ясно, как божий день. Легчайший лагерок, всего три и два процента, к тому же, очень похоже, рисовый — но на безрыбье и рак (?) рыба, если обратиться к обширному афористическому наследию Деда. В общем, достойное завершение трапезы. О ней самой, впрочем, такого сказать не могу — консервы и только консервы. Потому что всё остальное, пригодное к употреблению, в кухонном блоке крыла «А» уровня «ноль» кластера «Гамма» хранилось в замороженном виде. Глубоко и безнадёжно, до такой степени, что даже при «экономном» режиме энергоснабжения хватило одних лишь теплоизолирующих свойств отключенной морозильной камеры, чтобы ничего в ней не растаяло. Зато потом, когда Санёк «оживил» уровень, заморозило с новой силой, и часть запасов превратилась в монолит. Впрочем, пофиг. Кое-что, например, аппетитные на вид куски филе — и белой рыбы, и красной, и даже какого-то специфического, с голубоватыми прожилками колера — я таки выложил на столешницу, намереваясь в не очень далекой перспективе приготовить в микроволновке. Или даже в духовке со встроенным грилем — тут и такая приблуда есть в наличии. Но пока что пришлось подналечь на консервы, дополнив их сублимированным рисом, разведённым вскипяченной водой — та ещё гадость в итоге вышла! — и консервированным же и чуток проспиртованным хлебом. В любом случае, отожрался на славу, а уж когда обнаружил в одном из шкафов палетки с баночным пивасом, счастью моему не было предела. И плевать, что брюхо набил, запив неопознанным фруктовым нектаром! Для пивчанского место нашлось. Особенно после того, как наведался в санузел — проверенный, в каюте мажора. Кое-как поместился, кстати, со спущенным до пояса (и кое-где чуть пониже) комбезом. Но управился, заодно убедившись, что терморегуляция в костюмчике работает безупречно: никаких признаков пота или неприятного запаха! Хотя руки и лоб по-прежнему ощущались склизкими. Но это уже, по ходу, нервное. Наплевать и забыть.

Именно так я и поступил, заново облачившись и сполоснув руки. А потом в куда более, на мой взгляд, уютную столовку перебрался. Там хотя бы мебель нормальная, взять те же кресла. Да, пластик. Да, без особых изысков. Но зато анатомической формы и регулируемые, даже я не без комфорта устроился, при всей своей громоздкости, усугублённой снарягой. От которой, того же бандольеро, к примеру, в данный момент предпочёл частично избавиться. А вот кобура с «патронташами» ничуть не мешалась, ибо набедренная. Да и для мега-клинка, пока суть да дело (Де-да, привет!), проблема хранения решилась: сварганил из тонкой разделочной доски и нескольких метров скотча что-то вроде ножен, которые и примотал к той же кобуре — до кучи. Опять же, тянуться в случае чего недалеко. Что же до эстетики и чувства прекрасного… плевать. Переживу как-нибудь. Ну и да, наконец, сподобился перезарядить пулевик бронебойными. По наитию, ха. Пусть и запоздалому.

Однако же вернёмся к вещам более приятным, а именно, к пиву. Одну банку я уже благополучно осушил, и потянулся к следующей — в конце концов, могу я себе позволить немного посибаритствовать? Вопрос риторический. Не просто могу, а прямо-таки должен. Даже обязан. Потому что бог весть, когда следующий случай представится. А так сидишь в кресле, развалившись, как туз, потягиваешь пивко да краем уха слушаешь доклад электронного помощника, который, оказывается, уже порядочно продвинулся в нелёгком деле сетевого взлома. Что характерно, обогатившись при этом сведениями, которыми не мог не поделиться со своим мастером. Да и вообще, это у него на программном уровне прописано, так что пусть его трындит. Мне, вон, даже «штурм» поперёк стола не мешает от жестокой действительности абстрагироваться, не говоря уж о шлеме с перчатками, которые я пристроил в соседнем кресле, чтобы долго не искать. Так что бубнёж искина настроение мне не испортит, тем более, что инфа и впрямь… занятная. И это факт.

— … в общем, сударь, я тут выяснил, — вещал между тем Санёк, — что наш «объект Икс» суть орбитал «Целеста-3»… я так полагаю, оммаж «Марии Целесте», легендарному кораблю-призраку. Планета приписки — Отохимэ, она же Тоётама, названия правомерные и равнозначные. Система Ватацуми-но Ками, Протекторат Бритт…

— Фига се! — чуть не поперхнулся я пивом.

— Пограничный сектор, сэр, — пояснил Искин. — Довольно распространённая ситуация. Во времена Рывка открыли одни, а освоили впоследствии другие. Но названия уже попали в каталоги, так что менять их никакого смысла.

— Плевать! — барственно взмахнул я пивной банкой. — Что планета?

— Ничего, мастер Алекс, — обломал меня помощничек. — Связь отсутствует. Визуальное наблюдение доступно, но мы на очень высокой орбите, так что оптические каналы скрадывает плотная атмосфера. А сканирующий комплекс я пока ещё не «разбудил», слишком много, как бы это помягче?..

— Препонов?

— Их самых, сударь! — «обрадовался» Санёк. — Такое ощущение, что даже у штатного экипажа орбитала доступ к этому функционалу был ограничен. Узконаправленные каналы связи, завязанные на конкретных абонентов, плюс мониторинг ближайших подступов — в сфере примерно ста километров. Сами понимаете, сэр, для космических объектов это мизер.

— Шифровались? А от… кого?

— Похоже, что до сих пор шифруются, мастер Алекс. В остальном же недостаточно информации для анализа.

— Ладно… — задумчиво побарабанил я пальцами левой — незанятой — руки по столешнице. — Ещё?..

— Установил клановую принадлежность, сэр. Но…

— Опять хрень?

— Она, сэр. В документации упоминаются сразу два клана — Рокуэллы из Протектората Бритт, и Кэнгай из Протектората Ниппон. А в некоторых местах применено именование «Рокуэлл-Кэнгай», через дефис. Но правовая форма данного объединения не конкретизирована.

— Хм…

— Вам о чём-нибудь говорят эти названия, мастер Алекс? — полюбопытствовал Саня, но я в ответ лишь помотал головой — глухо, как в танке!

Даже не ворочается ничего в памяти. На того же Деда, очередным перлом которого я воспользовался, нервная система «окрысилась», а на этих — ноль реакции.