«Коробки» идут, ведущие наперебой сообщают о полках — участниках парада, и после небольшой паузы, отделившей прохождение одной «коробки» от другой, диктор сообщает: — По Красной площади проходит сводный батальон морской пехоты, сформированный из полков Черноморского и Балтийского флотов. В ходе Болгарско-румынской операции морские пехотинцы-черноморцы и балтийцы были костяком наступления и именно их молниеносные марш-броски во многом обеспечили быстрое и почти бескровное проведение кампании. Во главе первой роты батальона, сформированного из лучших морских пехотинцев Черноморского флота, — гвардии полковник Яков Янович Осипов-Дунайский. Почётное проименование «Дунайский» было пожаловано Якову Яновичу именным Высочайшим указом императора по итогам боевых действий его полка. В строю батальона шагают Герои России и орденоносцы…

Я стою с рукой, вскинутой к фуражке, пытаюсь сразу и вглядеться в лица матросов в чёрных беретах и вслушаться в речь диктора. Большинство фамилий мне знакомы, звучат фамилии морпехов из нашей роты и взвода. Кажется, что и лица знакомые, но напротив меня они мелькают всего лишь мгновение и сливаются в единую двадцатишереножную спрессованную массу. Никого не смог разглядеть. Жаль…

Ведущий продолжает: — В этом же полку проходил службу Герой России, Герой Труда Андрей Андреевич Первозванов. Сегодня герой, лейтенант Первозванов, находится на правительственной трибуне рядом с цесаревичем, его императорским высочеством цесаревичем Александром Владимировичем Романовым.

— Служившие в этом прославленном полку офицеры сейчас возглавляют важные направления… — уверенный голос из динамиков перечисляет несколько фамилий, из которых мой слух выхватывает «Горпищенко».

После короткой паузы репортаж возобновляется: — Следом движется строй второй роты сводного батальона морской пехоты. Эта рота представлена лучшими морскими пехотинцами балтийского флота. Роту возглавляет гвардии полковник, Герой России, кавалер ордена Ушакова всех степеней, граф Иван Михайлович Ушаков-Дунайский. Почётное проименование «Дунайский» также было недавно пожаловано Ивану Михайловичу именным Высочайшим указом. В строю балтийских морпехов шагают прославленные орденоносцы…

Морпехи Балтики тоже промелькнули мимо меня за несколько секунд, а вот Ивана Ушакова я рассмотреть смог — он шёл впереди роты и знаменосцев, молодцевато печатая шаг и держал на лице лёгкую улыбку. Надо будет его спросить: о чём он думал вот в этот момент?

Парад продолжается, батальоны, представляющие все виды вооружённых сил и рода войск Российской Империи, проходят по площади, выделяясь расцветкой мундиров, беретами и фуражками, у некоторых и оружие не стандартное — винтовки с примкнутыми штыками, короткие автоматы, а у подводного спецназа вообще — подводные ружья.

Завершает прохождение парадных колонн сводный оркестр и на брусчатку площади въезжает колонна исторической техники. Следом за ней — танки, артиллерия, системы ПВО и залпового огня. А если послушать репортаж с закрытыми глазами, то может показаться, что я не на параде, а в зоопарке или Никитском ботаническом саду — звучавшие поначалу «Рыси», «Барсы» и «Зубры» сменяются «цветочными»: сплошь «Гиацинты», «Пионы» и «Ромашки».

Думаю: — Так вот отчего Служба внешней разведки все «магические изделия» зашифровала в «птичьи» наименования — чтобы на парадах не выпадать из флоро-фауновской тематики. У военных ведь как: война — войной; а парад после окончания боевых действий — обязательно! И здесь магические войска, оседлавшие «пернатую тему», очень хорошо вписываются в традиции других родов войск.

— Вот сейчас интересная техника будет, — шепчет мне цесаревич.

И точно, диктор сурово-торжественным левитановским голосом вещает про беспилотные системы, быстро ставшие главной ударной системой на поле боя, а на Красной площади появляются автомобили и бронетранспортёры с установленными на них дронами. Разнообразные летательные аппараты поражают шириной «линейки»: от больших самолётов, размером почти с полноформатный истребитель, до квадрокоптеров с размахом крыльев меньше метра; на прицепах — морские и самоходные дроны. Одновременно над Красной площадью в несколько волн, распределённых по высоте, пролетают ряды беспилотников — вначале крупные, а замыкают пролёт малыши в полметра размером. Забавно: я лучше знаю западные образцы, чем наши — от вражеских нужно было прятаться и сбивать, мы запоминали их силуэты и звук, издаваемый двигателем и чем каждый из них опасен. А от наших прятаться необходимости не было, тем более, что в бою они обычно пролетали где-то в стороне от нас и падали на противника в глубине их позиций.

Марш беспилотных систем сменяется незнакомой мне мелодией.

— А вот и главный сюрприз, — слегка повернув ко мне голову вновь шепчет Саша.

На Красную площадь въезжает ещё одна колонна техники.

Выдержав паузу, ведущий продолжает рассказ: — В центре нашей Родины, на брусчатке Красной площади, новая колонна, эмблемы которой разделены на четыре сектора разных цветов. Это впервые представленные на параде подразделения боевой магии и магического обеспечения. Самый современный род войск сформирован совсем недавно и имеет ещё малую численность. Но в ходе боевых действий специальные артиллерийские и ударные части, вооружённые магическими бомбами, минами, артиллерийскими снарядами и оружием ближнего боя, продемонстрировали правильность выбранной концепции их построения, эффективность магического оружия, применяемого в реальных боевых условиях и высокий потенциал. В первом, штабном автомобиле, возглавляющем колонну специальной техники с магическими вооружениями, находится начальник парадного расчёта магических войск, командир специального магического испытательного отдельного батальона гвардии подполковник с позывным «Шекспир». Знамя части доверено держать одному из лучших офицеров части гвардии старшему лейтенанту с позывным «Лавина».

— Я «Шекспира» знаю, они к нам приезжали готовиться при формировании батальона, — шепчет Артур. — Его зовут Генрих, а у Шекспира есть хроники про английских королей с таким именем и когда он в армию пришёл, там ему быстро соответствующий позывной прицепили.

— Хорошо, что «Айзенштайном» не назвали, как Генриха из «Летучей мыши,» — улыбается цесаревич.

Диктор продолжает рассказ о магической колонне: — Вы видите, что все офицеры и солдаты части находятся в масках и непрозрачных очках, закрывающих их лица, а образцы специального магического вооружения задрапированы, так как данный вид оружия является совершенно секретным.

— А я «Лавину» знаю, — поддерживаю я разговор. — Он наш, владимирский. Хороший парень. Точнее, был не очень, пока в армию не пошёл. Ему позывной дали, когда он в разведке был и напоролся на засаду, и чтобы вывести солдат и оторваться от противника, организовал «земляных» на коллективные действия и вызвал небольшую лавину в горах.

Я вглядываюсь в большегрузные автомобили, которые низко урча, ползут по площади, немного покачиваясь на неровностях брусчатки. Солидное впечатление. Я примерно догадываюсь, какие именно «магические изделия» скрыты под брезентом, раскрашенным в «пиксельку»: разновидностей магического оружия не так много, пока, во всяком случае, не много.

Москва. Новая Басманная улица. Усадьба графов Куракиных.

Василий Степанович Куракин, глава рода графов Куракиных, завершив просмотр парада на Красной площади, довольно откинулся в кресле и обратился к родственникам: — Авантажно, солидно смотрелся брат Борис Степанович на трибуне в своём адмиральском мундире. Хорошо, что не забыл государь, да продлятся годы его благословенного правления, дальневосточников, которые в операции не участвовали, но японцам укорот хороший дали, и те даже не думали встревать.

— И тебе спасибо, Юра, — обратился глава к сыну, ректору Дипакадемии Юрию Васильевичу Куракину, — смог ты два года назад рассмотреть, что за потенциал заложен в Андрее Андреевиче Первозванове, чей именно генофонд в нём плещется. Вон оно как получилось — он теперь между цесаревичем и зятем наследника сидит. И император на этом параде однозначно место Андрея в иерархии обозначил. Ну и то, что на его мундире медали Героя России и Героя Труда блестят, его позиции серьёзно укрепляет.