— П-почему… как вы… — выдавил я сиплым фальцетом, держась за грудину. Моя грудь содрогалась от наигранных конвульсий.
Отряд диверсантов медленно подошёл ближе. Маскировка больше не требовалась, цель была поражена точно в мотор. Командир группы окинул мою извивающуюся на земле тушку равнодушным взглядом.
— И на этого болтуна мы потратили столько времени? — брезгливо констатировал он. — Заканчивайте с ним. Отрубите голову для отчёта в штаб, и валим, пока жандармы не сбежались.
Ударивший меня боец достал из ножен изогнутый тесак и пошёл ко мне, явно намереваясь насладиться процессом отрезания моей башки.
Я скрипнул зубами, изобразил последний, самый отчаянный хрип… а потом резко перестал.
Просто лёг на асфальт ровно, раскинул руки в стороны и тяжело, абсолютно здоровым голосом вздохнул в чёрное небо.
— Ну куда вы пойдёте? — укоризненно произнёс я. — Подождите. Я ведь ещё до конца не умер. Невежливо бросать спектакль на самом интересном моменте.
Ливонец с тесаком остановился как вкопанный.
Я легко, без всякого надрыва, поднялся на ноги. Отряхнул куртку от налипшей ледяной крошки. Затем небрежным жестом обхватил рукоять торчащего из моей груди кинжала и просто выдернул его наружу.
Отбросил железку в сторону — она со звоном откатилась к ногам остолбеневшего командира. Провёл ладонью по окровавленной ткани на груди. Разорванная плоть и сердечные клапаны срослись в единый монолитный щит быстрее, чем кто-либо из нападавших успел моргнуть.
Дырка затянулась, не оставив даже рубца. Только куртка безнадёжно испорчена.
Я разочарованно развёл руками.
— М-да. Ну ладно, раз вы реально собрались так быстро уходить… — я покрутил головой, разминая шею. — Давайте, что ли, по новой начинайте. И, очень вас прошу, желательно на этот раз нападайте все вместе. А то по одному вы как-то совсем не впечатляете.
Ливонцы пялились на меня так, будто я прямо у них на глазах не вытащил кинжал из собственного сердца, а станцевал джигу на гробах их матерей. Челюсти отвисли, магические плетения на кончиках пальцев дрогнули и погасли.
Вообще-то, я не планировал сегодня устраивать ночное шоу. Но маскироваться, играть в напуганного ветеринара или разводить дипломатию с этой швалью я не собирался категорически. Эти ублюдки работали слишком грязно. Они похищали моих людей, калечили случайных прохожих и заливали улицы чужой кровью. Я прекрасно знал, что рано или поздно они выйдут на мою скромную клинику.
Проблема заключалась лишь в одном: весь мой личный пушисто-клыкастый резерв сейчас развлекался в других секторах. Псих и Рядовая отсутствовали, а значит, разбираться с четырьмя отмороженными боевыми магами придётся самому. И как бы сильно я ни преисполнился в собственных знаниях, моя нынешняя физическая оболочка всё ещё находилась на стадии начальной сборки. Попереть в лобовую против толпы профильных диверсантов — верный шанс получить несовместимые с жизнью дырки в ауре.
Но кто сказал, что я буду драться честно?
— Бьём его! — наконец отмер их командир.
Сразу с трёх сторон в меня полетели сгустки режущей энергии и ледяные шары.
Я перекатом ушёл с траектории. Асфальт на том месте, где я стоял секунду назад, взорвался, окатив меня ледяной крошкой. Я подскочил и метнулся вдоль улицы, уводя весь этот бродячий цирк подальше от крыльца клиники. Не хватало еще, чтобы они мне новые стекла перебили.
Ливонцы рванули следом, на ходу паля в мою сторону всем, чем разжились их маги. Витрины разлетались вдребезги, из вспыхнувших мусорных баков повалил дым, а земляной маг раз за разом промахивался, вспучивая асфальт тяжелыми волнами. Я петлял между припаркованными машинами и слушал, как над головой со свистом пролетают заклинания.
На широком перекрёстке я замер и перевёл дух.
— Слушайте, господа! — крикнул я, вовремя пригнувшись от ледяной плети. — Вам не кажется, что расклад получается откровенно нечестным? Вас вообще-то четверо, а я один.
— Сдохни, тварь! — рявкнул ближайший наёмник, вскидывая руки для очередного заклинания.
— Ну, раз так…
Я щёлкнул пальцами, отправляя ментальный импульс глубоко под брусчатку.
Чугунный люк канализации прямо у них за спиной вылетел с грохотом, взмыв в воздух метров на десять. Из чёрного зева коллектора выстрелили клейкие серебристые нити.
Паутина мгновенно обмотала одного из стоявших сзади ливонцев. Он даже крикнуть не успел. Со сдавленным мычанием диверсант рывком улетел прямо в тёмную дыру.
Командир отряда и двое оставшихся бойцов резко обернулись к открытому люку, напрочь забыв обо мне.
— Ой, — я сочувственно развёл руками. — Смотрите-ка под ноги. Вы, кажется, одного потеряли.
Один из наёмников выбросил в мою сторону широкую арку раскалённой плазмы. Я ушёл в скольжение, но пространство для манёвра резко сузилось. Идущий следом водник кинул хлыст из концентрированной влаги, острой как бритва.
Я попытался поставить кинетический блок, но не успел довернуть кисть. Водяная плеть прошила мою защиту. Левая рука до локтя отделилась от тела и с глухим стуком шлёпнулась на перепаханный асфальт, заливая штанину кровью.
Командир хищно улыбнулся.
— Ну вот и всё, выродок…
— Блин, ну это откровенно неприятно, — искренне огорчился я, глядя на ровный срез.
Сделал шаг вперёд, наклонился, поднял свою отрубленную руку и просто приставил её обратно к культе. Я разогнал эфирные каналы. Кости хрустнули и встали на место, мышцы сжались в плотный узел, а кожа стянулась настолько быстро, что не осталось даже тонкого шрама. Я демонстративно пошевелил пальцами — всё работает как надо.
Ливонцы застыли прямо на месте, словно испуганные суслики.
— Так, бегать от вас мне надоело, — сказал я и выплеснул энергию из ядра.
Кожа от плеч до самых кончиков пальцев моментально потемнела, обрастая прочной драконьей чешуёй угольного оттенка. Пальцы удлинились и превратились в твёрдые когти.
И я прыгнул вперёд — без всякой магии, исключительно на физической силе обновлённых мышц.
Влетел в их строй точно тяжелый паровой молот. Сходу отбил когтями чужой клинок, сместился вбок и от души прописал жёсткую «двойку» прямо в грудь воднику, так что рёбра парня треснули громче его собственного вскрика. Сразу за этим — разворот, удар чешуйчатой лапой с вертушки, и земляной маг отправляется в короткий полёт до витрины киоска. Самое обычное каратэ, если не считать того, что вместо кулаков у тебя настоящая мясорубка, легко шинкующая кинетические щиты.
Они ещё пытались огрызаться. Мои лапы со скрежетом корябали их магическую защиту, высекая снопы искр на всю улицу, но я просто продавливал эту оборону за счёт чистой мощи.
Внезапно из того же самого открытого люка выстрелил новый жгут паутины. Белая липкая плеть хлестнула по асфальту, оплела лодыжку отступающего водника и дёрнула его во мрак. Второй диверсант сгинул в канализации с тонким, срывающимся визгом.
— Следи за составом, командир. Вот видишь? Ты ещё одного потерял. Вы так совсем без людей останетесь.
Ливонец скрипнул зубами.
— Кто ты такой, мать твою⁈ — прорычал он.
— А знаете, почему вообще очень плохая примета — нападать на Химеролога? — я невозмутимо сунул трансформированную руку в карман куртки, нащупал там небольшой кожаный мешочек и бросил его в их сторону.
— А что вы с этим сделаете? Видели когда-нибудь боевых блох?
Чёрные точки высыпались из мешочка и начали быстро расширяться. Буквально через несколько секунд они превратились в тварей размером со взрослую кошку. Бугристые, покрытые жёсткой щетиной монстры с тремя рядами челюстей и длинными задними лапами заверещали и бросились на опешивших ливонцев.
Влил в этих тварей уйму эфира, поэтому их хитиновый панцирь свободно держал артефактные удары. Оставшаяся пара диверсантов переключилась на отбивание атак моих «блох».
Ни один мирный житель, к слову, не пострадал — район словно вымер. Зато инфраструктура вокруг нас стремительно превращалась в строительный мусор.
