— Ну да. Я же говорю, это вроде как большая тайна, и простые люди не должны об этом знать, иначе будут последствия. В общем, как бы объяснить попонятнее?.. Вот посмотри по сторонам, что ты видишь?
— В смысле? — я невольно сбавил скорость и выглянул в окно. — Город? Дома. Другие машины, люди. Что именно ты имеешь в виду?
— Ну посмотри внимательнее, — голос Оли стал на редкость серьёзным. — Есть ещё кое-что, что прямо сильно бросается в глаза.
— Сильно бросается в глаза? — я осмотрелся ещё раз.
Но улица выглядела по-прежнему: всё те же дома, машины, пешеходы, баннеры и вывески… Стоп.
— Подожди, ты говоришь о рекламе?
— Ага, точно, — Оля кивнула. — Она самая. Ты видишь её повсюду. Бренды повсюду.
И действительно, возле каждой вывески или баннера был логотип корпорации-владельца и её название. «Филатовы», «Соколовы», «Гелиос», «Вектор-Сервис»…
Бренды в «Надежде-13» были очень узнаваемыми. Покупая еду в магазине, ты точно знал её производителя. То же самое касалось предметов быта, одежды, мебели, автомобилей. О том, чью именно продукцию ты покупаешь, тебе сообщали в первую очередь.
— Знаешь, честно говоря, я всегда думал, что это просто агрессивный рекламный ход. Неужели за этими действиями кроется какой-то особый смысл?
— Видишь ли, бренды — это источник силы. Ты знаешь что-нибудь о религии?
— Религия? Конечно, знаю. Говорю же, начитанный.
Правда, знал об этом я не слишком много. Религии прошлого постепенно сошли на нет с переходом человечества в новую эру. В конце концов, трудно поддерживать веру во всесильных существ, когда рядом с тобой разгуливают реальные сверхлюди. А может, если так подумать, и сами корпорации постарались отправить религиозные убеждения людей на задворки истории.
Сейчас, если подобие религии и встречалось, то это были скорее культы. И культы совсем не безобидные. Ведь нынешние верующие — если их с трудом так можно было назвать — верили в весьма сомнительные вещи. Некоторые считали Вуаль Безумия гневом божьим и пытались сделать всё, чтобы выполнить волю божества и окончательно уничтожить человечество. Что творится в голове у этих людей, я никогда не мог понять: они ведь боготворили саму природу Искажения, поклонялись могущественным монстрам. В «Надежде-13» культов не было, насколько я знаю. Хотя кто мне об этом расскажет?
— Так при чём здесь религия?
— Потому что Эгос — это квинтэссенция человеческой веры.
— Подожди, ты хочешь сказать, вера — это что-то материальное?
— В какой-то степени. И в то же время нет, но я могу точно сказать, что она работает. Продвигая свой бренд, компания привлекает к себе веру людей. Поэтому многие города и районы захвачены самыми крупными компаниями. О том, как формировать Эгос, корпорации узнали после Первой экспедиции, но, в отличие от техники ядра, эту информацию раскрывать миру никто не стал. Ведь вера должна быть искренней, уважение должно быть искренним, страх… Любая эмоция, направленная на конкретный бренд, аккумулируется с помощью особого ритуала. Поэтому-то корпорации в основном и принадлежат отдельным семьям и носят чаще всего фамилию этой семьи в названии.
— Значит, этот Эгос собирает не только веру?
— Любую сильную эмоцию, — девушка кивнула. — Поэтому с каждого экрана нам постоянно приседают на уши: такой-то сделал то-то, такой-то — то-то. Люди слушают, а энергия плавно генерируется где-то там. В Тёмный Век компании предпочитали действовать силой. Проще было запугивать людей, внушать им ужас или, наоборот, казаться последним лучиком солнца в безнадёжном мире. Но после того, как жизнь под землёй примерно устоялась и худо-бедно наладилась, вызывать благоговение стало сложнее, и компании стали искать иные способы вызывать у людей сильную реакцию. Поэтому постепенно в моду вошла промывка мозгов брендами.
— И что этот Эгос сам по себе представляет?
— Ну смотри, — Оля скрестила руки на груди. — Вот проводишь ты ритуал. Кстати, что за конкретный ритуал, я тебе сказать не могу, так как сама не знаю. Ну, в общем, к твоей фамилии привязывается твой бренд и всё, что с ним связано. Сделал ты хорошее дело, сделал ли плохое или выпустил какой-то продукт — люди думают о твоём бренде, о твоей семье, направляя к Эгосу потоки веры. Эгос растёт в силе, но вся эта масса энергии принадлежит исключительно одной семье, владельцам компании, владельцам бренда. И представляет он собой что-то вроде духовного воплощения. У некоторых это оружие, у других — доспехи, третьи вызывают что-то вроде духовного компаньона, который сражается на твоей стороне. Но бывает и что-то более сложное, например усиление Резонанса. Но суть в том, что чем сильнее Эгос, тем больший бонус может получить Резонатор. Насколько мне известно, самые могущественные Эгосы Семи Столпов могут усиливать членов семьи владельцев практически на целый ранг. Понимаешь?
— И S-ранг тоже?
— И S-ранг тоже, — Оля кивнула. — Конечно, чтобы усилить S-ранг, требуется прорва энергии, да и у Эгоса всё же есть ограничения. То есть ты не можешь потратить прямо всё на себя и стать непобедимым. Но мне эти подробности особо не известны, так что можешь даже не спрашивать. Я знаю только, что владельцы компаний, усилив сначала себя и свою семью, остатки могут раздавать доверенным лицам. Этот Эгос действует чуть послабее, но усиление есть усиление. Поэтому корпораты всегда будут сильнее. Даже ты, с твоим идеальным ядром, вне зависимости от того, насколько ты талантлив, никогда не сможешь превзойти наследника крупной компании. Потому что он на том же с тобой уровне просто добавит Эгос, и его возможности вырастут на порядок.
— А ты Эгосом владеешь? — я невольно покосился на девушку.
— Я — нет. Им овладеть не так-то легко, да и на начальном уровне ядра это практически невозможно. Но где-то через год, думаю, освоить его у меня получится.
— Год? — я подозрительно покосился на Олю. — У меня поэтому в контракте такой срок стоит?
— Ну, отчасти да, — блондинка кивнула. — Через год, когда я освою Эгос, моя сила вырастет стремительно, и охранники мне будут уже не так уж и нужны. Ты думаешь, почему все так на нас заглядываются? Потому что в нашей семье есть только я и мама. А знаешь, сколько «Гелиос» энергии собирает? Наш бренд очень известный. За пятнадцать лет он так разросся, что многие старые корпорации обогнал. Мама специально не использовала фамилию, чтобы Филатовым ничего не досталось. Вот родственнички локти и кусают. Ты же представляешь, какая кормушка пропадает?
— А если ваш бренд так сильно другим мешает, почему же его не подавят, например? — спросил я. — Не думаю, что у вас есть в каждом городе такое влияние.
— А вот это — следствие прямой клятвы. Корпорации на заре эры боролись друг с другом всеми силами, но и страдали в итоге тоже все. И в какой-то момент на собрании крупнейших компаний мира было решено, что бороться за Эгос можно только экономическим путём. То есть бизнес сражается с бизнесом. Иначе начнётся хаос. Какими бы могущественными ни были Семь Столпов, даже они не могут контролировать всех.
— Да уж. Мировой заговор реален. Шапочка из фольги оказывается действительно полезная штука. Подкинула ты мне пищи для размышлений, — я покачал головой.
Что ж, теперь многое стало понятно: и почему одни от девушки хотели избавиться, и почему другие пытались её соблазнить. Выходит, дело не только в деньгах. С реальной силой на кону все эти интриги становятся намного понятнее.
Чёрт, кажется, моя задача станет ещё сложнее. Как же уберечь Олю от влияния извне?
— Ладно, ты вроде освоился с управлением, — слова блондинки отвлекли меня от размышлений. — Поехали уже на трассу.
Я снова добавил газу и направил спорткар к новой точке на навигаторе.
Дорога до восьмого сектора заняла ещё минут десять. Стерильная чистота и аккуратные фасады жилого кольца сменились серым бетоном, широкими дорогами и высокими заборами. Классическая подземная промзона.
В конце длинного туннеля показался массивный стальной КПП. У шлагбаума дежурили трое крепких парней в одинаковых тёмных куртках с шевронами в виде сокола.
