Кровь, что заставила Меланиту убавить шаг, позволив мне сперва вровень стать, а потом и вовсе обойти её. Сделать это аккурат перед завершением лестницы. Впрочем, что её конец, что опережение девушки — всё прошло мимо внимания. Как только появилась возможность взглянуть на памятную площадку, так всё прочее отошло на Предел знает какой по счёту план.

Наверху нас встретило лишь три цвета.

Бело-голубой — от кристалла, что стал надгробием для Алканы.

Бурый — от крови, что обильно покрывала всё вокруг.

Чёрный — от тьмы, что скрадывала детали свершившейся здесь трагедии.

И ни малейшего оттенка зелени. Ни от знаков на стенах, ни от руны над алтарём, сейчас полностью скрытом. А та зелень, что распространялась от кристаллов в наших руках, в зачёт не шла.

Вступать на площадку я не торопился. Как не пустил туда и Мелу, придержав за руку:

— Погоди, давай осмотримся сперва.

— А ты разве что-то видишь?

Этот встречный вопрос звучал чересчур резонно, так что ничего иного не оставалось, кроме как согласиться с гильдейской:

— И то верно…

После чего мы действительно завершили своё восхождение, вступив на площадку.

Ближе всего к нам располагалась глыба льда, к которой и направились, не сговариваясь. И уже там, замерев возле неё, Меланита произнесла:

— Так вот ты какое, Безвременье Льда, — и руку осторожно протянула, касаясь поверхности.

— У этой штуки ещё и название своё имеется? — спросил, вставая рядом, но не касаясь. Я-то знал по прошлому разу, как силён холод кристалла.

— Конечно, есть, — отозвалась девчонка, руку убирая и заключая её во вторую, которые и поднесла ко рту, чтобы дыханием отогреть. — Оно в наличии не только у неё, а ещё и у многого того, о чём ты пока вообще ничего не знаешь.

Будь окружение более располагающим для задушевных разговоров, я обязательно бы расспросил Мелу, о чём таком она говорила. Но — увы. Пришлось лишь очередную зарубку в памяти сделать, при этом отметив, как хорошо подходит озвученное название к фразе-активатору, что позволила использовать Безвременье на Алкане и Дикасте-Пожирателе.

— Когда ты описывал произошедшее, я всё не настолько ярко себе представляла. От настоящего вида в дрожь бросает, — откуда-то издалека раздался голос Мелы, вырывая меня из воспоминаний.

И не только из них.

Слишком глубоко погрузившись в думы, не заметил, как подошёл вплотную к надгробию и всё-таки коснулся его. Только теперь до разума дошёл лютый холод, что пронзал плоть до самого сердца костей. Как дошло и то, что касался грани кристалла не в произвольном месте, а одной из глубоких борозд. Отметины, оставленные неизвестно кем и чем, щедро покрывали Безвременье со всех сторон, в чём убедился, обойдя его вокруг. Помимо борозд, поднимавшихся от самого пола до, наверное, двухметровой высоты, глыбу «украшали» и иные следы. Нижние полметра были обильно забрызганы кровью.

Отступив от кристалла, потерявшего всю свою чистоту и, пожалуй, святость, если так можно выразиться, сокрушённо вздохнул.

Пришла пора приступить к установке причин воцарения двух других красок — бурой и чёрной. А потому развернулся и двинулся в направлении алтаря.

Того древнего и жертвенного куска камня, которого более не присутствовало здесь. Его вообще не было на площадке.

Но и место его не пустовало.

Тела. Целые, частично целые и совсем не целые.

Тела, кровь из которых столь обильно и покрывала пол, достигая края и убегая за него…

Тела, одетые в чёрную форму Академии.

— Власт, глянь, — голос Мелы звучал неестественно тихо. Девушка находилась чуть в стороне от меня и склонилась над чьей-то головой.

Подойдя к ней, склоняться не стал, но присел, старательно вглядываясь в лицо мертвеца.

Лицо, которое впервые увидел совсем недавно.

Лицо, которое ещё не успел позабыть.

Лицо, которое мелькало в свите Сигнуса, главного «чупакабры».

Лицо, которое пальчиком по горлу проводило, грозя будущими неприятностями нашей команде. Пророческий, однако, жест. Парень ведь буквально головы не сносил.

— Не так я себе нашу встречу представлял, — произнёс, качая головой. — Как думаешь, главный их, который Гнус, тоже здесь? — обвёл рукой всё место кровавого забоя.

— Может и да, но проверять не буду, — призналась девушка. — Я бы вообще предпочла поскорее убраться отсюда. Уже дурно понемногу становится от местных ароматов.

— Твоя правда, — согласился. — И в принципе, всё, что хотел, я увидел. Так что можем уходить.

— Тогда идём, — Мела подала мне руку и отпускать не стала после того, как я поднялся.

Уже у самого спуска, бросив взгляд на Безвременье, носящее на себе кощунственные отметины, решил попробовать кое-что сделать:

— Мела, подожди, пожалуйста, — высвободился из хватки девушки и направился к нему.

Там, вытянув руку с так и не возвращённой печаткой «ледяных», произнёс фразу-активатор:

— Лёд — это время, застывшее в правде…

Как и в первый раз, печатка обрела тяжесть, стараясь заставить руку опуститься. Но, справившись тогда, я справился и сейчас. Поток, вырвавшийся в направлении надгробия, захлестнул его до самого верха, захлестнул, обогнув с обеих сторон…

Держался я столько, сколько мог. И даже больше!

А потом, удовлетворённо кивнув вернувшему свой совершенный вид кристаллу и приличному куску пространства вокруг него, впечатал кулак в собственную грудь, вновь отдавая дань благодарности той, кто позволил мне и дальше идти по пути Воина Предела. В том я был не одинок — рядом раздался такой же стук…

Обратный путь вниз прошёл в полном молчании.

Только достигнув подножия Шпиля, Мела попробовала в очередной раз призвать Воплощение:

— Абсолютный Ноль! — но, как и ранее, ничего ей не откликнулось. — Сила так и не вернулась, — посетовала девушка.

— В таком случае ничего другого нам не остаётся, кроме как совсем уйти отсюда, — и указал в сторону арки с пеленой, ведущей прочь из Башни.

* Грозовой Орёл: https://author.today/reader/433488/4662489

'Когда внутри только тьма — радуйся, если хоть на что-то упал.

Даже если это грабли.

Значит, ещё не всё потеряно!'

Родимус Беспечный

— Аркос, твоя очередь, — произнесла Флаграна, оперевшись на Пламя Свободы.

— Хорошо, — как обычно невозмутимо прогудел здоровяк и, коротко взмахнув одним из Клыков Ярости, развалил голову последнего из побеждённых Каменных Кабанов. Каким по счёту был этот Зверь, Флагране думать совсем не хотелось. Она устала так, что давно уже хотела просто упасть и не двигаться как можно дольше. Да только кто бы позволил им с Аркосом так поступить.

После памятного боя с Чумной Медвежутью дух перевести так и не удалось. Не успели толком удалиться с места побоища, как в ловушку Камня Лоз угодили. Но здесь несказанно повезло — живыми выбрались из неё, за что Власта обязательно при встрече поблагодарить следует. Если бы не его такой живой и изобилующий деталями рассказ о противостоянии с Растением, то тут бы Амазонка и закончила свою недолгую и запутанную жизнь. Как никогда ей не забыть и вклад Скалы, что сильно выручил в критический момент, за малым не последовав на встречу с Пределом вместо неё. Только что сама парня спасла от Медвежути, как счёт сравнялся. Аномалия — поистине страшное и опасное место. Впрочем, в этом Флаграна успела убедиться ещё в тот первый, «забывашковый», раз.