Сфера холода ударила следом почти без паузы. Мое щит-поле защитило меня от мгновенного обморожения тканей (я видел однажды в кино про полярников из "Леннаучфильма", что бывает с человеком при такой температуре), но нагрузка на мой внутренний энергетический контур была колоссальной. Я физически чувствовал (это была почти осязаемая боль), как энергия утекает из моего солнечного сплетения (моего "реактора"), как перегреваются каналы вдоль позвоночника к мозгу (предохранители Зорана работали на пределе своих возможностей).

Ещё чуть-чуть, и сработает автоматическая блокировка. Зоран называл это "защитой от дурака". Тогда меня это позабавило. Вот только сейчас было не до смеха.

Не мог стоять в обороне, ведь они были сильнее меня. Но зато я был быстрее за счёт того, что мог управлять инерцией своего тела так, как им и не снилось! Поэтому рванулся вперед со скоростью пули (для обычного человеческого глаза я был бы размытым пятном), проскользнул мимо агента-Стрелка (он дернулся следом за мной всем корпусом своего дымного тела, но не успел), а я оказался прямо перед тем существом-Искажателем, что создавало холодную сферу.

У меня не было времени на сложные манипуляции с гравитацией или создание силовых полей сложной конфигурации. Поэтому не найдя ничего более умного, просто ударил его кулаком в центр гладкой чёрной "головы".

Врезал ему со всей мощью усиленного до предела тела, одновременно сжав пространство в точке удара. Раздался звук бьющегося стекла, сфера холода вокруг него лопнула как мыльный пузырь от резкого перепада давления, сам агент отлетел назад на добрых пять-шесть метров спиной вперёд и врезался в боковую часть аварийного поста управления, с такой силой, что смял защитный кожух и разбил часть приборной панели.

От эпицентра удара по его чёрной фигуре пошла трещина-паутина, и он начал распадаться! Агент просто испарился, превратившись в облачко черного дыма с едким запахом озона и горелого пластика (запах короткого замыкания огромной мощности), который тут же рассеялся без следа.

Мой внутренний индикатор дрогнул. Семьдесят три процента заряда. Цена одного удара дороговатая, но зато точно окупается.

Осталось двое: тот Стрелок, и Сканер, которого я самым первым впечатал в пол. Сканер уже поднимался на ноги, его дымная фигура стекалась обратно в цельную форму из разрозненных клочьев мрака.

Агенты перегруппировались мгновенно с нечеловеческой координацией движений. Теперь они стояли спиной к спине: Стрелок контролировал пространство перед собой (с конусом тьмы), а Сканер прикрывал тыл. Сначала они были уверены в своём превосходстве, и только после гибели одного из них прекратили меня недооценивать, осознали свою ошибку, — перед ними был не Хранитель-пацифист вроде Зорана (который лишь наблюдал), а воин-берсеркер-гибрид новой формации. Хе-хе.

"Не расслабляйся", — сказал я себе, продолжая мониторинг своего организма, пока появилась короткая передышка.

После перегруппировки, агенты сменили тактику с прямой агрессии на тактическое превосходство через подавление огнём и пространством.

"Стрелок" перестал создавать огромные конусы разрушения шириной во весь коридор (это было слишком энергозатратно, а может, просто боялся разнести тут все, поставив свою главную цель под удар), вместо этого он начал формировать более мелкие сгустки тьмы размером примерно с теннисный мяч или ручную гранату Ф-1 ("лимонку") и швырять их в меня.

Я уклонялся на пределе возможностей своего нового тела, нырял под столы для персонала дежурной смены (которые тут же аннигилировались за моей спиной со звуком лопнувшей лампочки), перекатывался за массивные колонны самого реактора (которые взрывались каменной крошкой от близких попаданий). Это был смертельный танец со смертью среди крошившегося металла и бетона.

Тем временем сканер начал точечные атаки с помощью сгустков, искажающих пространство.

В воздухе вокруг меня от бойни расползались волны так сильно, что у меня закружилась голова (вестибулярный аппарат обычного человека давно бы отключился) и сбилось чувство равновесия до такой степени, что верх казался низом. Реальность плыла.

Всего один неверный шаг, и я споткнулся.

"Стрелок" тут же воспользовался этим секундным замешательством, и метнул конус тьмы мне прямо под ноги!

Я подпрыгнул на пять метров, используя гравитацию для прыжка по дуге, уцепился за одну из магистральных труб системы охлаждения реактора под самым потолком (она была теплой от теплоносителя) и повис над полем боя.

Но это была ловушка, я висел теперь как муха в паутине.

"Сканер" направил свою силу вверх! Пространство вокруг меня начало закручиваться спиралью. Металл труб начал скрипеть от чудовищного напряжения и деформироваться.

Температура в энергетических каналах перевалила за критическую отметку. Предохранители уже пытались отсечь поток энергии к мозгу. Я начинал терять контроль.

"Нельзя, — стиснул я зубы. — Не сейчас". И мысленно приказал системе остыть. Она едва, со скрипом послушалась.

Канал энергии у меня вдоль позвоночника взорвался болью, мой внутренний предохранитель пытался отсечь поток энергии к мозгу во избежание необратимых повреждений нервной системы.

В этот момент их ментальный голос ударил по моему сознанию, пробив защиту щита-зеркала. Это был не звук, а мысль, лишённая эмоций, похожая на скрежет камня о стекло.

"Сопротивление, — прозвучало у меня в голове. — Биологический объект высокого порядка энергии. Не Хранитель. Слабая копия".

Я вздрогнул, но не от страха, а от ярости.

"Вы не пройдете!" — мысленно ответил я, вкладывая в посыл всю свою волю.

Ответом была волна ледяного презрения.

"Корм, — пришла мысль-ощущение. — Всё есть корм для Порядка. Сопротивление бессмысленно".

Корм? Вот так-так! В прошлой жизни я был кормом для заводской системы. Винтиком. А здесь никаким кормом становиться не собирался.

Нужно было заканчивать это немедленно!

Собрав последние крохи сил (я уже чувствовал себя как перегретый силовой трансформатор во дворе московской подстанции перед коротким замыканием), сделал единственное, что могло их остановить одновременно, — создал гравитационную воронку прямо между ними.

Это был мощный импульс отрицательной гравитации ("антиграва"). Эффект был подобен взрыву вакуумной бомбы наоборот, — воздух из реакторного зала со свистом устремился к центру воронки! Бумаги со столов полетели туда же.

Агенты Тёмного Порядка потеряли опору и их подбросило вверх центробежной силой. Они повисли в воздухе под самым потолком метрах в трёх над полом!

Но главное, моя воронка нарушила их собственные энергетические поля.

Стрелок потерял концентрацию: его конусы тьмы рассеялись безвредным тёмным туманом, а Сканер потерял контроль над пространством: реальность перестала плыть перед моими глазами.

У меня было ровно две секунды форы, которыми я тут же воспользовался, — опустившись вниз с помощью контроля гравитации прямо перед ними у пульта управления реактором. Совсем не было времени думать о последствиях для экологии региона Урала или целостности стратегического объекта № 17-Бис "Кедр", потому что сейчас речь шла о выживании целой планеты.

Они пришли не за реактором. Их целью было изотопное хранилище. Но проникнуть в него можно было только через работающий технологический комплекс. Пока установка оставалась в рабочем режиме, её энергетическое поле одновременно поддерживало их присутствие в нашей реальности и позволяло использовать штатные системы комплекса для доступа к изотопам. Лишить их реактора означало одновременно разрушить оба преимущества.

Их тела были не настоящей материей, а сложной энергетической структурой, которая могла существовать в нашем мире только ограниченное время. Трещина в щите Гагарина позволяла им проникать сюда, но не давала возможности создать стабильный проход для остальных сил.