– Я не чувствую вины, – отрезал Виктор.

– Чувствуешь, – спокойно сказала Света. – Иначе ты бы не смотрел на Деймона так, будто должен ему что-то. Иначе ты бы не рассказал мне эту историю.

Он хотел возразить, но не нашёл слов. Потому что она была права. Чёрт бы побрал её проницательность.

– И что ты предлагаешь? – спросил он глухо.

– Пока ничего, – она покачала головой. – Он не готов слушать. Его боль слишком свежа, даже спустя столько лет. Но когда-нибудь момент настанет и ты должен быть готов сказать правду, как бы страшно это ни было.

Виктор снова посмотрел на Деймона. Тот, словно почувствовав взгляд, поднял голову и встретился с ним глазами. В этом взгляде было столько ненависти, что, казалось, ею можно было резать стекло.

– А если он не поверит? – тихо спросил Виктор.

– Тогда мы будем искать другие пути, – Света улыбнулась той самой улыбкой, которая его бесила и одновременно успокаивать. – Для того я здесь и нужна, чтобы искать пути там, где их, как кажется, нет.

Она встала.

– Пойдём. Нам к ректору. А Деймон подождёт ещё немного.

Виктор поднялся следом, но перед тем как выйти из столовой, обернулся. Деймон смотрел им вслед, и в его глазах горело что-то, от чего у Виктора похолодело внутри. Это был не просто гнев. Это была ненавить.

– Света, – сказал он тихо, когда они вышли в коридор.

– М-м?

– Он не просто ненавидит меня, он готов на всё. Я видел такие взгляды раньше у тех, кто уже перешагнул черту.

Света остановилась и посмотрела на него.

– Ты боишься за меня?

– Я… – он запнулся, – я не хочу, чтобы ты пострадала из-за моего прошлого.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что у него перехватило дыхание.

– Виктор, милый, – сказала она, и это «милый» прозвучало так естественно, будто она говорила так всю жизнь, – я психолог. Моя работа – встречаться с чужой болью и не давать ей себя сломать. И у меня есть ты, самый страшный злодей этой Академии в качестве телохранителя. Думаешь, какой-то студент с комплексом неразрешённой травмы меня напугает?

Ректор Фолл встретил их в своём кабинете с папкой бумаг и усталой улыбкой на лице.

– Доброе утро, – сказал он, жестом предлагая садиться. – Я подготовил ваши документы, Светлана. Вы зачислены на факультет общей магии, первый курс. Расписание уже утверждено, занятия начнутся завтра. Ваша легенда: Вы из отдалённого региона, поздно поступили из-за семейных обстоятельств, магией владеете слабо, поэтому будете учиться с нуля. Вопросы?

– Только один, – Света взяла папку и пролистала. – А почему первый курс? Я вообще-то взрослая девушка.

– Потому что на старших курсах сразу заметят отсутствие базовых знаний, – терпеливо объяснил ректор. – А на первом все учатся с нуля, даже те, у кого магия проявилась поздно. Там вы будете не одной такой.

– Логично, – кивнула она. – Ладно, первый так первый. А Виктор?

– А что Виктор? – ректор перевёл взгляд на него. – Виктор числится как ваш сопровождающий. Формально – как лицо, находящееся под надзором. На территорию Академии допускается только в вашем присутствии. На лекции – с вами. В библиотеку – с вами. Везде – с вами.

Виктор ожидал чего-то подобного, но всё равно внутри кольнуло. Он был заключённым на поводке и поводок этот держала рыжая девчонка, которая сейчас с интересом разглядывала расписание.

– Завтра так завтра, – сказала она, закрывая папку. – А сегодня нам нужно в библиотеку за книгами.

– Всё уже готово, – ректор протянул им ещё один лист. – Вот список литературы. Подойдёте к главному библиотекарю, магистру Орвину. Он выдаст всё необходимое. И, Светлана…

– Да?

– Будьте осторожны. Не все в Академии рады вашему появлению.

– Я заметила, – она улыбнулась. – Но спасибо за предупреждение. Идём, Виктор, у нас много дел.

Библиотека Академии Лунного Пламени была величественной. Высоченные стеллажи уходили под самый потолок, теряясь в полумраке, по проходам сновали студенты с грудами книг, в воздухе пахло старым пергаментом, воском и чуть-чуть – магией. Где-то в глубине мерцали огоньки – возможно, светильники, возможно, чьи-то заклинания.

Магистр Орвин оказался сухим, сморщенным старичком с глазами-бусинками и таким длинным носом, что на кончик можно было вешать пенсне. Он окинул их цепким взглядом и, не сказав ни слова, протянул стопку книг, перевязанную бечёвкой.

– Ваше, – прокаркал он. – Первокурсница, значит. Ну-ну. Учебники не потеряйте, с магией не экспериментируйте. Вопросы есть?

– Есть, – Света улыбнулась своей самой обаятельной улыбкой. – А где тут можно почитать в тишине? Ну, кроме читального зала.

Орвин посмотрел на неё с подозрением, потом перевёл взгляд на Виктора, который молча стоял рядом.

– С ним?

– Мы тихо.

Библиотекарь хмыкнул, но махнул рукой куда-то вглубь.

– Идите в северную галерею. Там почти никто не ходит, но если хоть одна книга пострадает…

– Я отвечаю, – перебил Виктор, неожиданно для самого себя. – Лично.

Орвин уставился на него с непередаваемым выражением лица.

– Ладно. Идите.

Света взяла стопку книг и попыталась её поднять, но стопка не поддалась.

– Вииииить, – позвала она жалобно. – Тут килограммов двадцать, наверное.

Он вздохнул. Снова эта непонятная форма его имени. Щёлкнул пальцами, и книги послушно поднялись в воздух, образовав аккуратную парящую стопку за его спиной.

– Ого, – восхитилась Света. – А так можно было с самого начала? Я чуть позвоночник не надорвала!

– Ты не спросила, – сухо ответил он, но в глубине души шевельнулось удовольствие. Она восхищалась его магией, приятно.

Они пошли в северную галерею. Там действительно было тихо, пыльно и пустынно. Виктор опустил книги на один из длинных столов, а сам сел на подоконник, наблюдая за Светой.

Она разложила учебники, открыла первый попавшийся и углубилась в чтение. Виктор смотрел на неё и думал о том, что за всю свою долгую жизнь он никогда не сидел в библиотеке просто так. Всегда с целью, с задачей, с поиском нужного заклинания или редкого артефакта. А сейчас он просто сидел и смотрел, как она шевелит губами, читая про себя, как хмурится, когда что-то непонятно, как заправляет прядь волос за ухо.

Это было странно, но почему-то не раздражало.

Маркиз, который всё это время следовал за ними, обошёл галерею по периметру, исследовал каждый пыльный угол и, убедившись, что опасности нет, неторопливо направился к Виктору.

Виктор заметил кота краем глаза, но не подал вида. Маркиз запрыгнул сначала на подоконник, посидел, глядя в окно, потом перебрался к Виктору на колени. Устроился, свернулся клубком и замурчал.

Виктор замер.

– Маркиз, не мешай, – рассеянно сказала Света, не отрываясь от книги.

– Я не мешаю, – раздался глубокий мурлыкающий голос с колен Виктора. – Я создаю терапевтическую атмосферу. Между прочим, в моём мире таких, как ты, называют котетерапевтами. Я работаю.

– Я тоже работаю.

В башню они вернулись уже под вечер. Света была полна энергии, несмотря на гору учебников и долгий день.

– Так, – сказала она, оглядывая гостиную. – Осталось главное.

Виктор замер.

– Что?

– Ремонт, – повторила она. – Ты видел, как здесь всё мрачно? Чёрный камень, зеркала, кованая мебель. Это депрессивно. Я так работать не могу, мне нужен уют.

Она взяла ноутбук, открыла какую-то папку и повернула экран к нему.

– Смотри. Вот это – стиль скандинавский минимализм. Светлые тона, дерево, много воздуха. А это – бохо. Текстиль, подушки, пледы, растения. А это – лофт, но с элементами уюта. Выбирай.

Виктор смотрел на фотографии и чувствовал, как его привычный мир рушится окончательно. Она хочет превратить его башню в светлую, уютную нору с подушками и растениями?

– Ты серьёзно? – спросил он.