Анке ждала меня уже у входа с двумя велосипедами. Округлив глаза, я с трудом поверила, что Берлин — город велосипедистов. Во время езды по городу я что-то не заметила постоянных велодорожек. Они то были, то внезапно обрывались, или же сливались с основными дорогами-шоссе. Анке также одолжила мне свой шлем.

— Так будет быстрее сделать все дела, чем ездить и искать парковку, — пояснила она.

Когда я впервые села на велик и поехала вслед за ней, первые ощущения казались мне потрясающими: парящая лёгкость в голове, напряжение мышц в икрах и куча адреналина в моменты, когда я проезжала всего лишь в паре сантиметров между машинами на светофорах.

На одном из перекрёстков мне вдруг просигналил кто-то сзади. Обернувшись, я увидела парня в машине, похожего на турка. Из его машины лилась на всю мощь турецкая музыка, похоже это был Таркан… Он прокричал мне что-то типа «Эй красотка!» и демонстративно громко надавил на газ, когда загорелся зелёный свет, обдав меня и Анке едким запахом бензина. «Почти как у нас дома», улыбнулась я сама себе.

Проехав около часа по городу и закупив всё то, что мне было на первое время необходимо, я умирала с голоду.

Анке повела меня в одно известное марокканское кафе-забегаловку в районе Кройцберг и угостила там фалафелем (вегетарианское блюдо). Кафе «Марракеш» пользовалось огромной популярностью как у коренных жителей Берлина, так и у туристов. Здесь можно было услышать как минимум пять иностранных языков, хотя многие, в основном, разговаривали по-английски.

«Туристы, здесь так много туристов!» отметила я про себя.

Атмосфера кафе была сказочно-восточной: арабские фрески на стенах, уютные подушки коврики на скамьях, темноволосые бойкие повара-продавцы…

— Амира, а у тебя есть парень? — спросила меня вдруг Анке, когда мы уже поели и допивали чёрный чай Ассам с сахаром и лимоном.

— Нет, я сейчас вообще не заинтересована в отношениях, — ответила я ей честно — Хочу сначала поступить, затем найти работу… Да и как-то не встретился пока тот самый, надеюсь ты понимаешь, о чём я?

Анке кивнула мне слегка в ответ и неожиданно заулыбалась кому-то за моей спиной. Я обернулась, заметив знакомую мне фигуру.

«Опять он? Что за наваждение? Он что следит за мной?»

— Йохан, давно не виделись! — громко воскликнула Анке.

Ханнес улыбнулся ей во весь рот и подошёл вплотную к нашему столику всё той же ленивой, плавной ленивой походкой, что и в общаге.

«Надо же как тесен наш мир!», промелькнуло в моей голове.

— Воу… ТЫ тоже здесь? — вдруг поразился он не меньше меня, переспросив — Ми-и-ира, кажется так да?

— Вы знакомы? Когда успели? — вытянула в удивлении своё веснушчатое лицо Анке.

— Да-а-а… Мы живём в одной WG, как оказалось, — ответила я нарочито коротко и небрежно, проигнорировав при этом его последний вопрос ко мне.

Ханнес невозмутимо продолжил свой "допрос" о нашем с Анке знакомстве. Анке, не дав мне и слова вставить, выложила ему всю историю с нашим тандемом. После чего они незаметно перешли на свои общие темы. Из их разговора я поняла, что они знают друг друга с их какой-то общей студенческой подработки. Где именно они успели вместе поработать — не уточнили, но похоже в целом ребята неплохо общались друг другом.

Мне почему-то снова стало неловко. В основном от подозрения, что он мог услышать моё признание Анке пять минут тому назад.

«Да пофиг, что мне до его мнения? Даже если и так, то пусть знает!» — гордо расправив плечи, я посмотрела ему с вызовом прямо в глаза.

Ему самому было похоже абсолютно всё равно, так как он полностью увлёкся разговором с Анке. За всё время их разговора он ни разу не посмотрел меня.

Под конец их болтовни я уже совсем расслабилась и полностью погрузилась в свои мысли о завтрашнем дне, не вслушиваясь в их речь, как Ханнес внезапно обратился ко мне:

— Амира, в следующую субботу в нашей WG будет Party (Вечеринка). Мы всегда перед началом нового семестра проводим её, собирая всех друзей и знакомых со всей общаги. Я буду диджеем, но для всей моей аудиоаппаратуры понадобится прайм-место. Твоя комната как раз посередине коридора. Да и розеток у нас в коридоре не так много… Короче, могу я подключить всю свою систему в твоей комнате? — его пронзительно-выразительный взгляд был направлен мне прямо в глаза.

Я же настолько заслушалась его приятной интонацией, что смысл всего сказанного им, до меня дошёл не сразу. Ещё я почему-то отметила про себя, что глаза у него в ярко-солнечном свете — изумрудно-зелёные…

«Вот же хамелеон!»

— Да конечно, без проблем, — спохватилась я через минуты две.

На тот момент я ещё совсем не умела говорить своё твёрдое НЕТ. Да и не хотелось никого в моей новой WG обидеть отказом или же показаться нелюдимкой…

Предстоящая вечеринка вскоре напрочь вылетела у меня из головы. Постепенно входя в ритм новой жизни, я с удовольствием учила всё больше новых слов и терминов. До сдачи языкового экзамена у меня было около двух недель. Я старалась слушать почаще радио, а также смотреть новости или политические ток-шоу по ТВ. Анке притащила мне свою любимую газету «Zeit» (Время — нем) и журнал «Spiegel» (Зеркало — нем). Из последних я могла хорошо пополнить свой словарный запас, а также узнать об актуальных экономических событиях в мире.

Мои соседи тоже потихоньку привыкали ко мне и к моим привычкам. Я смогла поладить почти со всеми кроме Фабиана и Анны. С этими двумя мне было сложно найти общие темы. Анна похоже больше общалась с парнями, а от девушек держалась подальше. А Фабиан возможно невзлюбил меня из-за моего помешательства на чистоте. После ужина я постоянно надраивала кухню до блеска по вечерам, когда все расходились по своим комнатам, предварительно загрузив грязную посуду в посудомойку.

Тогда я часто включала радио с хит-парадом и намывала плиту, шкафы и поверхности. Мне это помогало яснее мыслить и не думать о плохом, например, что я не сдам экзамен или не найду через четыре недели новое жилье. Руки были заняты делом, а результат не заставлял себя долго ждать.

Папа Фло сначала беспокоился, что я не соблюдаю их ежедневный график поочередного дежурства на кухне. Но через пару дней он, как и все остальные жильцы нашей WG, забил на график и кайфовал от того, что его за всех выполняла я.

Появление Ханнеса в общаге меня с каждым разом всё меньше и меньше будоражило. Я стала привыкать к нему, как и ко всем остальным соседям. К тому же, мой мозг был до отказа забит подготовкой к вступительным экзаменам…

В четверг вечером, сидя в своей комнате и читая Гёте на немецком, я вдруг услышала протяжные частые женские стоны и звук, бьющейся об стенку кровати. Об мою стенку! Посмотрела на часы — время детское — всего десять вечера. Снова углубилась в своё чтение. Звуки участились и ускорились. Прошло минут двадцать, а их интенсивное траханье не прекращалось!

Вот же секс-робот грёбаный, а она… Постыдились бы так громко орать! Не успела я фыркнуть, как наконец подошёл их кульминационный момент, и я впервые услышала его глухой финальный стон… Глубина последнего меня необъяснимым образом всколыхнула.

Я встала и открыла своё окно, впуская свежий сентябрьский воздух, зажигая сигарету. На моём столе одиноко стоял бокал белого вина «Pinot Grigio», вернее его дешёвой версии из дискаунта «АLDI». Взяла его в руки, сморщилась от глотка и первой затяжки. Залюбовалась небом, усыпанным звёздами. Алкоголь и никотин приятно вскружили голову, подарив на секунды освобождающую невесомость.

Мои мысли парили где-то так далеко, что я и не заметила, как давно открылось соседнее окно справа от моего. За мной наблюдал мой сосед, тоже закуривший.

— Zigarette danach? (Сигарета после? — нем) — подкольнула его, а сама чуть не прикусила язык.

Ханнес лишь усмехнулся и продолжил внимательно рассматривать меня в лунном свете, будто впервые в жизни увидел.