Наш общий босс часто встревал между нами во время тренировок и показывал, как нужно вести меня в танце. При этом, он охотно демонстрировал Крису прямо на мне все свои феноменальные па..

У Энцо со мной действительно захватывающе получалось, публика из учеников каждый раз восторженно нам аплодировала.

Несмотря на нашу неоспоримую химию в танце, я так и не решилась на его предложенный квартет. Танцы всегда были моим приятным хобби, но не более. Учёба продолжала оставаться на первом месте…

Я мечтала закончить университет и найти работу со смыслом, где-нибудь в международной организации и что-то связанное с проектами по развитию и помощи бедным странам третьего мира. Меня будоражили страны Африки, и я часто представляла себе, как буду много путешествовать и помогать живущим там людям становиться на ноги с помощью получения улучшенного образования или же обучения новым технологиям. Всё это давало мне сил и мотивации, часами сидеть над книгами и конспектами, вникая в саму суть немецкого образования.

Твёрдо исходя из того, что мой Любимый тоже отправится на Рождественские каникулы домой, я планировала остаться в своей общаге и досконально разобраться в сложных теориях макро- и микроэкономики, тем более, что выводить уравнения из поставленных задач не совсем хорошо получалось.

Моим планам не суждено было сбыться. За пару дней до Рождества Ханнес невзначай спросил то, что вмиг подняло мой пульс до 150.

— Амира, мои родители недавно спросили, любишь ли ты носить маленькие сумочки? И есть ли у тебя какие-то предпочтения к маркам?

Я приподняла брови. Ещё немного, и они взлетят… Вылетят ракетой с лица!

— Ты конечно же поедешь в Аахен со мной на Рождество, — объяснил он мне как дважды два — Мы пробудем там пять дней, затем полетим оттуда на Фуэртевентуру, где справим Новый год и проведём вдвоём десять дней…

На минуту куда-то пропал мой дар речи, после я уже сообразила, что это означало бы аж целых пятнадцать дней беспрерывного совместного проживания вместе с ним на одной (его!) территории…

Майн Готт! (Мой Бог — нем.)

Мы наверняка надоедим друг другу или разругаемся в пух и прах уже через неделю!

— Моё Сокровище, а не торопим ли мы события? Знакомство с твоими родителями, наш первый совместный отпуск… Что будет таким темпом дальше? — постаралась передать ему свои сомнения в шутливом тоне.

— Не знаю, — по чесноку ответил он и притянул за талию к себе — Но я сказал своим, что мы приедем вместе! А ещё я уже взял нам дешёвые авиабилеты. У моих родителей там бунгало, так что за проживание не не нужно платить…

Ханнес

Я радовался как ребёнок, когда Принцесса с моей первой же попытки согласилась на моё предложение. Я не хотел оставлять её одну — даже на пять дней, поэтому впервые в жизни подумал не поехать домой на Рождество, а остаться вместе с ней в Берлине. Но после телефонного разговора с Ульрихом, твёрдо решил взять её с собой. Отец сам пригласил её к нам.

Мама сильно взволновалась, поскольку до этого я ещё ни разу не приводил ни одну из моих кратковременных пассий домой. Она сразу начала ломать голову над тем, что подарить Амире, какую кухню она больше всех любит, в каком ресторане заказать столик на четверых на второй день после сочельника…

Я остался равнодушным к её "куропатничеству". В глубине души был уверен на все сто в том, что моя Амира прекрасно поладит с моими родителями, а те воспримут её, как родную. В тот момент я хотел воспринимать желаемое за действительное, поэтому недооценил два ярко выраженных качеств у моей девушки — стремления к независимости всегда и везде, а также чувства справедливости во всём.

Амира старалась, неважно куда я с ней ходил, сама оплатить за себя. И если я приглашал её в ресторан, то в следующий раз она непреклонно настаивала на приглашении меня за свой счёт.

Забавная! Или она думает, что я считаю деньги?!

Позже дело оказалось не только в деньгах. Моя девочка так же, как и я, охотно делилась со мной вкусным кусочком своего стейка, коктейлем или тирамису, уступала мне более лучшее место в кинотеатре или театре и даже приносила с собой мой любимый гель для душа, если ходила одна закупаться…

Вначале я ужасно злился на все её эти, для меня, однозначно феминистические замашки. Чуть позже стал восхищаться её стремлением оставаться финансово независимой, как и её искренней заботой обо мне.

По поводу выкупленных авиабилетов на Канары мы едва серьёзно разругались, когда я напрочь отказался брать от неё деньги. В итоге, ради её же сатисфакции нехотя взял тот конверт, что она мне подсунула. Содержимое последнего я с удовольствием потратил на особенный рождественский подарок для неё…

Амира

Ханнес и я вылетели в день Сочельника, 24 декабря в совместный с Маастрихтом аэропорт Аахена.

— Ты всё взяла?

— Да.

— А паспорт?

Его этот вопрос перед самым Check-in у гейта улыбнул…

Через три часа нас уже встречали в зале прибытия его родители.

«Милые люди!», пришло первое на ум, как только я их увидела…

Ульрих оказался таким же высоким и атлетически сложенным мужчиной лет пятидесяти, а его супруга Эва — стройной зеленоглазой блондинкой, выше своего мужа на полголовы.

Так вот от кого у моего Йонни зелёный чистый луг в глазах!

— А́мира, — произнесла его мама и как-то вся засмущалась, покраснев в лице. — Вы… хорошо долетели?

— А как Вы относитесь к шопингу? — неожиданно спросил меня его отец, похоже взволновавшийся не менее своей жены.

— Нормально отношусь. Вы хотите пройтись по мной по магазинам?

Ульрих сразу начал распинаться об удобстве пешеходной зоны, где находятся целые ряды таких известных брендов, как Прада, Гуччи, Армани, Луи Витон итд.

Неужели я похожа на "шмотницу"? Или наоборот: одета так стрёмно, что это режет им глаза?

Мы прямиком поехали в Альтштадт (Старую часть города), где они первым делом показали основную достопримечательность их красивого средневекового городка — Аахенский собор.

Архитектура последнего покорила меня с первых же минут.

— Что это, готика или барокко? — раскрывая рот, ходила и рассматривала я прекрасные фрески внутри величественного здания.

— И то, и другое, но преимущественно готический стиль, — отвечал Йон — Здесь захоронен Карл Великий (IX век), легендарный король франков… ЮНЕСКО признало собор первым объектом Всемирного наследия в Германии.

— Могу себе представить, — не переставая щёлкала я своей старенькой Коникой. — Давайте, вместе?!

Его родители сфотографировали нас у главного алтаря.

— Аминь, — усмехнулся Ханнес и почесал живот. Мой желудок тоже заурчал от голода

Слегка погрустневший, почти ностальгический взгляд Эвы на сына навёл меня на мысль сфотографировать их троих на том же самом месте у алтаря. Они конечно сделали абсолютно равнодушный, нордически сдержанный вид, но я-то почувствовала все их тайные вибрации…

Эва засияла после сделанного мной фото. Она шла с мужем впереди нас и кажется бурно обсуждала меня, поскольку пластично изображала руками в воздухе мою фигуру… Мне вдруг стало ужасно стыдно за быстро набранный, явно лишний килограмм на моих широких бёдрах.

Во всём виноват её сыночек и его жуткая страсть к круассанам!

На теле Эвы я не заметила ни единого лишнего жирка. Как бывшая манекенщица, она сумела до сих пор прекрасно сохранить свою фигуру "90x60x90", не то что некоторые…

Не мудрено, что Ульрих пылинки с неё сдувает!

Их одиноко стоящий, ярко-голубой домик за городом поразил своим внутренним великолепием и… Абсолютной, нет, стерильной чистотой!

«Как в музее…», пронеслось в голове, когда я после посещения гостевого туалета рассматривала начищенные до идеального блеска арматуры крана и ванный столик. Я даже присела на корточки и критично присмотрелась с разных углов на гладкую поверхность — но одного пятнышка от воды!