Квир мысленно попытался открыть тактический интерфейс и запустил поиск доступных сетей.

Ожидаемо.

Планетарных сетей не было. Ни гражданских, ни военных. Эфир планеты был девственно чист. При попытке вывести данные по боевым единицам тактический интерфейс просто выдал ошибку.

— Напоминаю, на вас ПЕХ второго поколения, специальная версия, адаптированная под штурмовых клонов, — тут же прокомментировала Аси. — В данной комплектации отсутствует тактический командный модуль управления.

Квир мысленно отмахнулся и сразу вспомнил, почему обычно отключал её голос.

«Не умничай. Лучше проанализируй произошедшее на боте. Что это было? Диверсия? Предательство? Техническая неисправность?»

Аси взяла паузу на обработку запроса.

— Слишком мало данных. Нет доказательств диверсии, как нет и опровержения. Для точного понимания произошедшего требуется доступ к логам ИИ десантного бота.

Квир подавил желание выключить эту бесполезную пародию на личность.

«Найди всю известную информацию на сержанта».

Ещё там, в гипере, он почувствовал, что с Унт Сером что-то не так. Тогда списал это на сложную ситуацию. Стресс, повреждения, нестандартные условия, необходимость принимать решения без нормальной связи с кораблём. Странно было другое: если в сержанте действительно имелось несоответствие, почему внутренняя служба армейской безопасности не обратила на него внимания? Хотя, возможно, обратила, но признала годным к службе. Потери среди низового командного состава были высокими, пусть и несопоставимыми с потерями пешек. Но сержанты были аллурианцами, и их жизни старались не тратить зря. Могли закрыть глаза на мелкие отклонения.

— Сержант Унт Сер, — произнесла Аси.

Перед глазами генерала развернулось личное дело, поднятое из базы данных, хранившейся в имплантированных носителях информации.

Квир просматривал строки не торопясь.

Унт Сер.

Звание: сержант.

Уроженец планеты Раста-4.

Возраст: двадцать девять лет.

Близких родственников нет.

Спасён среди немногих выживших после освобождения планеты Раста-4 от оккупации Роем десять лет назад.

Квир задержался на этом пункте.

«То есть он четыре года выживал, прячась в подземельях, среди развалин, среди полчищ бронированных монстров?»

Он прикинул условия такой жизни и лишь сильнее нахмурился, читая биографию. Из досье выходило, что Унт Сер успел хлебнуть всякого и в подростковом возрасте близко познакомился с теми ужасами, которые творит Рой на захваченных планетах. По опыту Квир знал: немногие выжившие, приходившие потом в армию с таким багажом, становились наиболее мотивированными и беспощадными к врагу.

Что ещё?

Добровольно вступил в ряды космопехоты после трёхлетнего курса реабилитации.

Это тоже было понятно.

Окончил сержантское армейское училище с отличием. По окончании направлен в действующий сто двадцать первый штурмовой десантный корпус пехоты, базирующийся на линкоре «Звезда Аллурии».

В целом досье сержанта не вызывало у Квира вопросов.

Пока он не наткнулся в характеристиках на пометку внутренней службы армейской безопасности.

Нет, метка не говорила, что Унт Сер предатель. И никак не должна была влиять на его службу напрямую. Но она явно указывала на интерес к его персоне. Когда-то в деле самого Квира была такая же. Возможно, она оставалась там до сих пор, просто видимая только проверяющим более высокого ранга.

Получается, всё-таки случайность?

Техническая неисправность?

Вот только чутьё Квира, отточенное десятилетиями войны, почти вопило: произошедшее не было волей случая.

Он пролистал досье до конца и вернулся к пометке. Попробовал открыть её своим допуском.

Метка раскрылась.

Доступ разрешён.

Внимание: требуется подключение.

Получение данных невозможно. Нет доступа к сети.

Квир закрыл глаза, подавляя раздражение.

Помимо воли в голову полезли мысли, далёкие от нынешних проблем. Уставшее, ещё не восстановившееся сознание поплыло по закоулкам памяти. Сухие данные, формулировки и подозрения вдруг перестали держать его в настоящем.

Вспомнилось детство — дом на ферме родителей.

Он, двенадцатилетний Квир, стоял у крыльца и обнимал младшую сестру, глядя вдаль, где чёрное небо окрасилось ярко-оранжевым. Там был город, куда утром на флаере улетели мать с отцом. И это был их последний день вместе.

Квин в белом платьице, похожая на принцессу из детских программ, вжималась в него и прижимала к груди мягкую игрушку, подаренную родителями на её восьмой день рождения. Она тоже смотрела в небо.

Серые облака, готовые вот-вот пролиться дождём, сверкали. Молнии вспыхивали, пробегали по небу и скатывались вниз, ударяя в землю. Но не на них смотрела Квин широко раскрытыми глазами.

Она смотрела на вспышки выше облаков — туда, где корабли Роя разносили в клочья флот и планетарную оборону орбитальных крепостей.

Небо вспыхнуло особенно ярко, и, разрывая облака, к планете устремился пылающий крейсер.

«Стоп».

Квир приказал себе остановиться.

Старался отогнать воспоминание, но мысли уже стали тягучими, как кисель. Попытка спрятаться за сухими данными и формулировками терпела крах.

Руки Квин скользнули по его спине.

Она уже не смотрела в небо. Уткнулась ему в грудь, зажмурившись. Даже не плакала — только вздрагивала каждый раз, когда до них докатывались грохот и рёв падающих с неба обломков.

— Квин. Нам надо добраться до убежища.

Квир первым вышел из оцепенения, схватил её за руку и потащил ко второму флаеру, стоявшему на газоне за домом.

Машина услужливо раскрылась перед ними. Квир помог сестрёнке забраться в кресло и пристегнуться, сам сел на место пилота, вызвал навигационное меню на панели управления.

— Да где же ты…

Дрожащим пальцем он искал на карте точку убежища, напрочь позабыв, что она была вбита в экстренные маршруты. Квир паниковал, хотя пытался этого не показывать. Даже перед восьмилетней сестрой пытался выглядеть старшим. Надёжным. Взрослым.

— Ага. Вот.

Флаер мягко оторвался от земли и, быстро набирая высоту и скорость, помчался вперёд.

Через прозрачное стекло они смотрели на густые заросли Селарийского леса, проносящиеся внизу, смазанные хлеставшим по кабине дождём. Когда показалась широкая река, флаер спустился ниже и полетел вдоль русла в сторону гор, видневшихся вдали.

Небо продолжало гореть. Оно было усыпано дымными следами падающих обломков.

Потом появились они.

Сперва они были похожи на точки, затем — на более крупные силуэты. Наконец стали различимы корабли Роя: будто бесформенные куски астероидов, вплетённые в металлические жгуты хаотичных нагромождений, усыпанные нарывами и вздутиями пульсирующей живой плоти.

Где-то у горизонта полыхнуло, и в небо устремились светящиеся точки. Много точек. Быстрых, ярких. Затем такие же появились из других мест, будто сама планета сопротивлялась вторжению.

Теперь Квир понимал: это наземные силы обороны вступили в бой, стараясь проредить десантные силы врага. Тогда он просто смотрел, не в силах отвести взгляд. Совсем неподалёку из леса взлетели новые светлячки. Они двигались хаотично, дёргано, но безошибочно находили цели, и вскоре всё небо из хмуро-серого стало бордово-алым.

Корабли рархов ответили.

Навстречу точкам устремились другие. Чёрные дождевые тучи разрезали яркие росчерки тяжёлых орбитальных ударов.

Вспышка на миг ослепила Квира.

На месте, где недавно работала планетарная ракетная батарея, вспух огненный шар. ИИ флаера применил светофильтр и защитил пассажиров от тяжёлых последствий, но для самой техники близкий разрыв ядерного заряда не прошёл бесследно. Панель заискрила и перешла в аварийный режим.

Ударная волна настигла беглецов.

Флаер потерял управление, завалился на бок и стал терять высоту. Касание реки было жёстким. От удара машина несколько раз подпрыгнула, кувыркаясь, потом вылетела на берег. Сработавшая аварийная система заполнила салон пеной, фиксируя пассажиров.