Вильяда брезгливо поморщился, словно наступил в коровью лепешку. Он развернулся к своим гвардейцам.

— Эту шваль разоружить. Мордой в брусчатку, кто дернется, сразу в расход! Магов в ошейники!

Гвардейцы маркиза молча двинулись вперед. Стражники, видя направленные на них тяжелые арбалеты и холодную готовность убивать, побросали алебарды с таким лязгом, будто это они обжигали им руки. Маркиз шагнул к выжившим защитникам тупика. Те сбились в плотную кучу, выставив вперед топоры и окровавленные мечи. Они смотрели на Вильяду загнанными волками.

— Вас никто не тронет, — жестко, без грамма сочувствия, но убедительно сказал Алехандро. — Уходите дворами на юг. Здесь сейчас будет не до вас.

Он не стал дожидаться благодарностей и резко развернулся на каблуках.

— За мной. Пойдем искать нашего доблестного полководца… Я его лично придушу!

Командующий столичной стражей, граф Альвар Осорио, пребывал в отличном расположении духа. Да, ситуация вышла из-под контроля, да, квартал полыхал, но зато какой шанс выслужиться! Он стоял на небольшом возвышении у въезда на центральную площадь квартала, окруженный тройным кольцом личной охраны, и с наслаждением наблюдал за процессом.

А процесс шел. Прямо перед ним, на крепком дубовом суку старого вяза, болтались три тела в гражданской одежде. Один уже затих, а двое еще судорожно дергали ногами, пытаясь достать носками сапог несуществующую опору. Хрип, бульканье, хруст шейных позвонков.

Осорио плотоядно улыбнулся, потирая пухлые ручки в дорогих перчатках. Мятежники. Бунтовщики. Какая разница? Главное — показательная казнь.

Внезапно короткий, резкий свист распорол воздух. Веревка над крайним повешенным — тем, что еще хрипел — лопнула с сухим треском. Срезанная тяжелым болтом. Тело мешком рухнуло на камни, забившись в приступе кашля.

Граф Осорио удивленно, почти обиженно повернул свою массивную голову, собираясь наорать на криворуких арбалетчиков, но слова застряли у него в жирном горле.

К нему, прямо сквозь почтительно и испуганно расступающиеся ряды стражи, ехал всадник в темном плаще. Гвардейцы в цветах Вильяды шли следом, оттесняя людей Осорио щитами.

— Ваше сиятельство! — пискнул Осорио, мгновенно меняя выражение лица с палача на шлюху, увидевшую богатого клиента. Он суетливо засеменил навстречу. — Маркиз! Какая честь! Я так рад вас видеть в этот тяжелый для столицы час! Мы тут…

— Закрой свой поганый рот, Осорио, — мрачно, не повышая голоса, но так, что услышали все вокруг, оборвал его Алехандро, натягивая поводья. Конь всрапнул, обдав графа комьями грязи из-под копыт.

Осорио поперхнулся, улыбка сползла с его лица, как кусок сырого теста.

— С каких это пор, — Вильяда смерил его презрительным взглядом сверху вниз, — городская стража убивает людей без суда и следствия? Вешает на деревьях, как бешеных собак?

— Так… бунт же, ваше сиятельство! — с наигранным удивлением, разводя руками, забормотал Осорио. — Вооруженный мятеж против Короны! Они убили десятки моих парней! Я обязан… К тому же, — он чуть понизил голос, доверительно заглядывая маркизу в глаза, — наследник лично одобрил все наши действия. Приказал действовать максимально жестко!

Вильяда чуть прищурился. Внутри него щелкнул невидимый тумблер. Вот оно. Вылезло мурло.

— Наследник? — переспросил маркиз, склонив голову набок.

— Ну да! Старший сын нашего дражайшего короля, принц Виртел! — закивал Осорио, решив, что нашел непробиваемый аргумент. — Его высочество изволил передать через своих людей…

— А скажи-ка мне, пока еще командующий стражей, — вкрадчиво, почти ласково перебил его Алехандро. Он нагнулся с седла, нависая над вспотевшим графом. — Принц Виртел имеет генеральский чин, чтобы принимать на себя командование войсками в столице?

— Эээ… нет, но… — Осорио начал покрываться красными пятнами.

— Может быть, он входит в Малый Совет Короля? — продолжил давить маркиз, чеканя каждое слово.

— Никак нет, но он же…

— Или, хотя бы, в Военный Совет?

— Я… Ваше сиятельство, как же так? Он ведь старший сын! Прямой наследник! — лихорадочно залепетал граф, понимая, что земля уходит из-под ног. Глаза его заметались по сторонам, ища поддержки у своих офицеров, но те отводили взгляды. Никто не хотел влезать в мясорубку между маркизом и кронпринцем.

— Мы все знаем, Осорио. Все знаем, — прошептал Вильяда, и в этом шепоте было столько яда, что можно было отравить колодец.

— Что… что знаете? И кто «все»? — выдавил из себя главстраж, чувствуя, как по спине течет липкий пот.

— Идиот! — рявкнул Вильяда так, что конь снова дернулся. — Ты развязал бойню в столице! В столице, мать твою! Без отмашки Короля! Без приказа военного министра! Ты поддался на уговоры сопляка, который решил поиграть в вершителя судеб, и теперь вы оба в таком дерьме, что не отмоетесь!

Осорио затрясся всем своим грузным телом. Главстраж попытался выдавить из себя хоть какие-то оправдания, что-то жалкое про «стабилизацию ситуации» и «угрозу трону», но слова превратились в бессвязное мычание. Вильяда же мысленно довольно потирал руки. Старший сынок короля подставился просто сказочно, а вместе с ним и вся его клика прихлебателей. Лучшего повода для масштабной зачистки политических оппонентов нельзя было и придумать. Младший принц будет в восторге.

В этот момент к маркизу, ловко лавируя между солдатами, подскочил один из его адъютантов. Приподнявшись на стременах, он быстро, горячим шепотом передал на ухо свежие разведданные.

Маркиз выслушал, коротко кивнул. Губы его тронула сардоническая усмешка.

— Осорио. Подойди-ка сюда, — ласково, как собаку, позвал он графа.

Подчиненные Осорио буквально отшатнулись от своего командира, образуя вокруг него натуральную зону отчуждения. Граф сделал два неуверенных шага вперед, комкая в руках снятые перчатки.

Маркиз чуть подался вперед, не слезая с лошади.

— Рассказывай. С чего все началось? Только без бреда про заговор против Короны.

— Стража… мои люди… пытались задержать подозрительных личностей в кабаке, — глотая слова, начал Осорио. — Но за них вступились какие-то наемники. Оказали вооруженное сопротивление. Говорят, из отрядов «Соколов» и «Северных волков». Началась потасовка. А потом… потом в ход пошли мечи. Стражу начали массово резать. В квартале начали скандировать «Долой Короля!»…

— Даже так? — искренне восхитился Вильяда, всплеснув руками. — «Долой короля»? Вот никогда бы не подумал, что твои жирные, откормленные на взятках индюки полезут в свалку с вооруженными бунтовщиками в первых рядах. Обычно ты сразу прячешь свою толстую тушку за спинами солдат, дожидаешься, пока всех перебьют, а потом радостно вешаешь выживших раненых. Герой, однако.

— Время такое, ваше сиятельство, — нервно, почти извиняюще улыбнулся граф. — Приходится самому… пример подавать.

— Ну да. Ну да, — протянул Вильяда с сарказмом. Он выпрямился в седле. — Освободить проезд! Гвардия, за мной!

Он дернул поводья.

— А ты, Осорио, едешь со мной.

Граф побледнел так, что стал похож на кусок старого сала.

— К-куда, ваше сиятельство?

— Прямо в логово бунтовщиков, — радостно известил его маркиз, обнажая зубы в волчьей улыбке. — Ведь ты же ничего не боишься, верный слуга Короны? Личный пример, все дела. Поедешь в авангарде.

Это был даже не приказ, это был приговор. Двое гвардейцев Вильяды уже спешились и, не церемонясь, подхватили обмякшего графа под мышки, поволочив его к свободной лошади.

Следующая сотня метров улицы, ведущей вглубь квартала, была абсолютно пустой. Ни души. Только разбросанный мусор, брошенные телеги да кровь, щедро полившая булыжники мостовой. Тишина стояла такая плотная, что звенело в ушах. Это была неправильная, опасная тишина.

За небольшим изгибом улицы, там, где площадь сужалась, переходя в горловину переулка, маркиз увидел причину этой тишины.

Баррикада. Наспех, но чертовски грамотно собранная из перевернутых телег, тяжелых дубовых столов, бочек с землей и выломанных дверей. Перед ней, образуя своеобразную мертвую зону, лежали тела стражников. Их не просто убили, а нашпиговали железом так, чтобы ни у кого не возникло желания подойти ближе.