— Куда мы идем?

Мы выходим на улицу, и я замечаю легкую прохладу полуденного воздуха.

— Туда где получше и безопаснее, чем в этом месте. Мне нужно всё спланировать, а для этого требуется место понадежнее.

Нас ожидает машина. Блестящая. Черная. Ничем не примечательная, но определенно высокого класса. Он идет к водительскому месту, бросает сумку назад, а я забираюсь на пассажирское сиденье, пристегиваясь.

Наш недавний побег как, будто произошел миллион лет назад. Иван напряжён и молчалив, пока мы выезжаем с подъездной дорожки. Башни города подступают всё ближе, пока мы едем. Не знаю, сколько мы в пути, возможно, минут пятнадцать, двадцать, не больше, но опять же, я не следила за временем. Машина замедляется, и мы паркуемся у сверкающей высотки.

Это не казино и не то здание, в котором, как я знаю, живёт его команда. Что-то недоброе начинает назревать у меня в животе, и я понимаю, что ничем хорошим это не закончится.

Иван хватает сумку и бросает ключи невысокому мужчине в костюме, который выбегает из здания. Когда я не выхожу из машины сразу, он обходит её и открывает дверь, его костяшки белеют на верхнем крае окна.

— Вылезай нахрен из машины, Силла. Я не буду спорить с тобой сейчас. Я просто вытащу тебя, перекину через плечо, а позже мы обсудим твое наказание.

Не важно, о чём он думает, у меня нет сил на борьбу. Он ведёт меня к лифту, на котором мы поднимаемся на несколько этажей вверх, и останавливается у отделанной хромом двери. Мы заходим, и я останавливаюсь в прихожей. Мой взгляд обводит комнату, пока я впитываю её в себя.

Место огромное, полностью открытое, одна сторона комнаты вся в окнах. Мебель минималистичная и низкая, не загораживающая вид.

— Что это за место? Ещё одно убежище?

Он вздыхает.

— Вроде того. У меня есть жильё в казино. Эту квартиру мне купил Адриан, чтобы я ею пользовался, но я редко здесь бываю. Большую часть времени я забываю, что она существует. Так что, полагаю, это моя квартира.

Я осматриваюсь, ища хоть что-то, что говорило бы о нём. Хоть что-нибудь? За углом на барной стойке стоит невысокая стопка стаканов, и небольшой столик, но больше практически ничего нет. Даже массивные произведения искусства на стенах, совсем на него не похожи. В нём есть какая-то брутальная красота, которой я не вижу ни в одной части этого прохладного, спокойного пространства.

Осмотревшись, я на цыпочках пробираюсь в комнату, где он скрылся. Это спальня, мебель в ней такая же, минималистичная и функциональная, как в предыдущей. Большая кровать выбивается из общей планировки комнаты и стоит вплотную к стене из окон. Словно можно перевернуться и выпасть прямо наружу, если бы не стекло.

— Это твоя комната? — я даже не даю ему шанса ответить. — И если это так, то где буду спать я?

Он развешивает пару вещей в шкафу и выключает свет.

— Ты будешь спать здесь, со мной. Я не хочу, чтобы ты пропадала из поля моего зрения.

Его слова заставляют меня вздрогнуть.

— Что? Что я вообще могу сделать?

Его глаза сужаются, и он обходит меня, чтобы встать лицом к окнам.

— Не знаю. В этом-то и суть. Пока я не узнаю тебя лучше и не пойму твои мотивы, не хочу, чтобы ты была далеко от моего поля зрения или досягаемости.

Я смотрю в потолок, чтобы сдержать слезы, грозящие пролиться. Когда понимаю, что не расплачусь перед ним, я встречаюсь с ним взглядом и киваю.

— Хорошо. Делай со мной, всё что хочешь. Все остальные так и делают.

Его челюсть напрягается, он разворачивается, направляясь ко мне и останавливаясь так, что мы стоим грудь к груди.

— Даже не смей намекать, что я хоть чем-то похож на них.

Я позволяю ему увидеть в моих глазах то, о чём я думаю. Позволяю обвинению повиснуть между нами. Возможно, это усугубит ситуацию и сделает всё хуже, но мне плевать. Он думает, что намного лучше их. Что может брать у меня то, что хочет, когда захочет, и раз он делает это приятным и защищает меня, я скажу «спасибо» и свернусь калачиком у его ног.

Я сверлю его взглядом, он сверлит меня, его рот так близко к моему, что я чувствую его теплое дыхание на своих губах и подбородке. Проходит еще минута, судя по моему, бешено колотящемуся сердцу, и он отстраняется, направляясь обратно в гостиную.

Он хватает что-то у двери и направляется в помещение напротив этой комнаты. Я иду следом, потому что, черт возьми, что еще мне остается делать прямо сейчас?

Я вхожу следом и наблюдаю, как он раскладывает оружие на замысловатой стене. Вся комната отделана перфорированной панелью, на которой закреплены различные пистолеты, ножи и другие острые предметы. Они блестят под потолочным освещением. Мне должно быть страшно, но, как ни странно, я не боюсь. Скорее, я заинтригована и заворожена.

На полу расставлены ящики, в которых, как я полагаю, хранятся боеприпасы для всего этого чудесного оружия.

— Святое дерьмо. У тебя собственная, блять, оружейная.

Он раскладывает несколько вещей на стенде.

— В пентхаусе есть побольше. Это только моя личная коллекция.

Забудьте о простом любопытстве… Похоже, это начинает меня заводить. Внутри всё горит, моё нутро сжимается вокруг пустоты.

— Ну и что теперь? Ты будешь нянчиться со мной, пока не перебьешь остатки моей семьи?

Он не смотрит на меня, когда говорит.

— Хочешь посмотреть? Или предпочтешь, чтобы я запер тебя на всё это время? Если бы всё зависело от меня, у тебя в руках был бы пистолет, и ты была бы рядом со мной, помогая. Думаю, однажды ты пожалеешь, что не взяла всё в свои руки. Пожалеешь, что не отомстила сама.

Я качаю головой и сажусь на один из ящиков.

— Нет. Я не такая, как ты. Мне не нужно пачкать руки в крови, чтобы потешить какую-то извращенную часть себя. Я знаю, кто я и что натворила, и когда придет мой час умирать, я ни о чем не буду жалеть. Я не ищу мести. Я хочу быть свободной.

Глава 20

ИВАН

Дважды за ночь Силла пыталась выскользнуть из-под моей руки. Она привыкла действовать бесшумно, но у меня куда больше практики просыпаться от угрозы. Стоило ей отодвинуться, как я притягивал ее обратно к себе. Аромат мыла и ее тела, смешавшийся с моим, тут же снова погружал меня в сон.

Она не покинет меня, пока я не уничтожу её отца-ублюдка и всю его чертову семью, а если она попытается сбежать, я выслежу её также как и его. Потерять её сейчас, будет неприятно, но я уверен, что справлюсь с этим. За прошедшие годы мне уже приходилось справляться с потерей людей, так что в этом не будет ничего нового.

Я переворачиваюсь, к восходящему солнцу, и смотрю на хромированный лабиринт города. Поскольку обычно я в казино, сюда не приходу. Черт, большую часть времени я вообще забываю, что это место существует, но моменты как этот… мне нужно постараться помнить о нем. Моменты, когда мой разум не собирается взорваться под тяжестью моего гнева.

Силла ворочается в постели рядом со мной, а затем сдергивает мою руку со своей талии.

— Ты проснулся? Можно мне, наконец, встать и сходить в ванную?

Я чешу голову и смотрю на неё сверху вниз.

— Не надо, черт возьми, притворяться, что я мешал тебе пописать. Ты хотела выбраться из постели, чтобы сбежать из квартиры. Не волнуйся, завтра можешь вставать сколько душе угодно. На двери стоит сигнализация. Если ты хоть вздохнешь рядом с дверной ручкой, она даст мне знать.

Её нахмуренный вид заставляет меня улыбнуться, когда она направляется в ванную и с грохотом захлопывает дверь.

Я иду в гардеробную и беру несколько вещей, которые принес Михаил. Белая шелковая блузка на бретельках с нежной кружевной отделкой, подходящее белое кружевное белье, черные узкие джинсы, что означает, я смогу пялиться на округлые изгибы её задницы в любое время, когда захочу, и пара черных кожаных ботинок, чтобы завершить образ.