Теперь честно о том, что дальше.

Мир придуман шире одной книги. Задумано пять, и у каждой уже есть название — глагол, как у этой: «Держать», «Слышать», «Отдать», «Помнить», «Звать». Для второй есть план. Мину двадцать один год, и он неграмотен, а то, что он ищет, записано на Столбах. Читать придётся учиться в городе. И там же с ним случится то, чего он за всю жизнь ни разу не мерил.

Но будет ли вторая книга написана, я не знаю. Правда не знаю.

Такие книги пишутся долго и в тишине. Глава уходит, и дальше ничего не слышно. Мину было проще: он ставил двадцать силков и к утру знал, сколько сработало. У меня силков нет. Есть счётчик под книгой и комментарии.

И есть одна вещь, которую Мин в шестой главе выучил очень дорогой ценой, а я теперь понимаю про себя: вторые глаза не сообщают, чего они не видят. Тишина под книгой тоже ничего не сообщает. Она может значить «скучно», а может — «читаю, просто молчу». Отличить одно от другого мне нечем.

Поэтому просьба простая.

Если книга понравилась, поставьте лайк. Это секунда, а для меня это единственное число, по которому видно, что там кто-то есть.

Если есть что сказать, напишите. Что угодно. Где было скучно. Где вы потерялись в его счёте и перестали понимать, что он меряет. Кто из людей остался с вами. Верили ли вы Мину, когда он ошибался, — а ошибался он много раз, и я делал это нарочно. Ругань тоже годится: из ругани я узнаю больше, чем из молчания.

И один вопрос, на который мне по-настоящему интересен ваш ответ, а не мой.

В последней главе на полках две банки. Одна его, и по всем его мерам она лучше всего, что у них когда-либо было. Другая — старикова, с нижней полки, в серой нитке. Мин берёт старикову. Гу кивает.

Почему, по-вашему, он её взял?

Свой ответ у меня есть. Но Мин свой уложил в три слова и больше не нашёл, и я, пожалуй, тоже не стану.

Если наберётся достаточно тех, кому это нужно, будет «Слышать».

Спасибо.

Lanfir