Двери лифта снова раздвинулись, впуская новую партию спасённых. Рен — парень, который почему-то был чертовски похож на того наглого пирата, называвшегося «лордом Валиантом», — стоял у самых створок, собранно и уверенно координируя поток людей.

Это действительно были дети. Принцесса изумлённо изогнула бровь, заметив, что среди плачущих ребятишек гуськом шагают не только человеческие дети, но и ксеносы: маленькие фарианцы с нежной сиреневой кожей, мохнатые детёныши ракси. Сначала аристократка подумала, что произошла какая-то дикая ошибка или путаница, но Рен реагировал на инородцев абсолютно спокойно — направлял их к дальним диванам, подавал воду и не делал ни малейшего различия между расами. Для уроженки Центральных Миров, где ксеносы веками занимали лишь низшие социальные ниши, это зрелище выглядело почти дико.

На самом деле принцесса никогда не испытывала личной неприязни к представителям иных рас. Просто в высшем свете Столичных Миров к ксеносам с детства привыкали относиться исключительно как к функциональному инструменту — слугам, рабочей силе или наёмникам. Законы Трона декларативно гарантировали равенство всех разумных, но на деле высшая аристократия смотрела на инородцев свысока.

Девушка поднялась с дивана и намеревалась решительным шагом подойти к Рену, чтобы заставить его хоть как-то прояснить происходящее. Однако её порыв был остановлен неожиданным препятствием: прямо перед ней выросла крошечная фигурка маленькой ракси.

— У тебя волосы совсем как у меня шёрстка! — с детской непосредственностью заявила малышка и ткнула мягким когтистым пальчиком в сторону принцессы.

Девушка невольно опешила, но тут же бросила взгляд на пушистые ушки девочки. И вправду: густая шерсть маленькой ракси имела редкий, глубокий каштановый оттенок — точь-в-точь такой же, как у самой принцессы. Девушка всегда гордилась своими волосами: в отличие от многих придворных дам, добивавшихся нужных тонов генотерапией и химическими пигментами, её цвет был абсолютно натуральным.

— Да, правда… — не слишком уверенно произнесла принцесса, всё ещё смущённая таким открытым вниманием.

— А как тебя зовут? — с чистым детским любопытством продолжила допрос девчонка, чуть дёрнув пушистым ушком.

В этот момент монолитные стены подземного комплекса содрогнулись от мощной вибрации, прокатившейся по полу. Где-то совсем рядом, прямо над их головами, в поверхность планеты со свистом врубился очередной тяжелокалиберный снаряд, выпущенный с имперского линкора.

От страха маленькая ракси мгновенно прижала уши к голове и рванула к первому же источнику защиты, который попался ей на глаза. Она с ходу влетела в объятия принцессы: вцепившись тонкими когтистыми пальчиками в ткань свободного комбинезона, малышка уткнулась лицом в бедро девушки и жалобно всхлипнула, всем телом, дрожа от грохота.

Столь внезапный порыв ксеноса заставил принцессу окончательно опешить. Несколько секунд девушка непонимающе оглядывалась по сторонам, но взрослые ополченцы у входа были слишком заняты распределением новых беженцев, чтобы обратить внимание на плачущего ребёнка.

Принцесса тихо вздохнула. Медленно, с некоторой нерешительностью, она опустила ладонь на голову девочки и ласково провела по шелковистой шёрстке между ушек. Текстура действительно оказалась невероятно приятной — чем-то напоминала ворс дорогого кашмирского ковра в её личных покоях на Терра-Нове, но под пальцами чувствовалось ласковое, живое тепло настоящего испуганного существа.

— Т-ш-ш… Всё хорошо, не бойся, — нежно произнесла принцесса, успокаивая то ли напуганную малышку, то ли собственное отчаянно колотящееся сердце. — Меня зовут Венера. Но ты можешь звать меня просто Вени. А тебя как зовут?

Девчонка молчала несколько секунд, то и дело тихими толчками всхлипывая. Наконец, немного успокоившись под ритмичными поглаживаниями и сделав для себя какое-то важное детское решение, она едва слышно пробурчала, так и не отрывая мордочки от ноги принцессы:

— Лика…

— Вы отлично справляетесь, ваше высочество, — раздавшийся совсем рядом голос Рена заставил принцессу вздрогнуть.

Венера была слишком увлечена тем, что успокаивала малышку Лику, и не заметила, как к ней подошёл бывший оперативник. В отличие от грозного ксеноса-ракси, который недавно держал её на прицеле в момент ультиматума флоту, и самого Дэмиана — хмурого, резкого «пирата», Рен выглядел куда более цивилизованно. Сдержанные манеры, спокойный и уважительный тон — он скорее напоминал офицера из Центральных Миров, чем наёмника с Фронтира.

Девчушка-ракси, всё так же не выпуская из пальчиков комбинезон Венеры, осторожно высунула мордочку и посмотрела на Рена одним золотистым глазом с узким зрачком. Внимательно изучив мужчину, малышка, судя по всему, посчитала его безопасным и снова спряталась, уткнувшись в бедро принцессы.

— Спасибо, — тихо ответила Венера. Поколебавшись секунду, она спросила: — Что с родителями этой малышки?

Рен бросил короткий взгляд на испуганную ракси, затем перевёл сдержанный, глубокий взгляд на принцессу.

— Или они всё ещё там, на верхних уровнях… или… — Старший помощник не стал договаривать тяжёлое «или». Венера прекрасно поняла его и без слов.

— Он… — девушка запнулась, вспомнив жёсткий приказ Волка у дверей бункера. — Он правда запретил родителям сопровождать детей?

— Правда, Ваше Высочество, — спокойно, без единой тени сомнения подтвердил Рен.

— И его угрозы насчёт расстрела за панику… Это была не просто попытка запугать толпу?

— Какие могут быть шутки в нашей ситуации? — Рен чуть качнул головой, окинув взглядом прибывающих беженцев. — Волк слов на ветер не бросает. Если бы кто-то попытался сорвать эвакуацию детей или устроить давку — он привёл бы приговор в исполнение на месте. Без колебаний.

— Он настолько жесток? — спросила Венера, со смешанными чувствами глядя на бывшего имперского офицера.

— Почему вы считаете это жестокостью? Вовсе нет, это взвешенное и предельно рациональное решение, — с лёгкой, сдержанной усмешкой ответил Рен. — Поймите, принцесса, реальный мир за стенами столицы и резиденций императора кардинально отличается от тепличных условий, к которым вы привыкли.

— И давно вы ему служите? — решительно спросила Венера, гордо вскинув подбородок и с вызовом посмотрев на собеседника. — Простому пирату и безжалостному изменнику Трона?

— Не так давно. И, честно говоря, я сам пока знаю его не слишком хорошо, — Рен был абсолютно спокоен. — Но за то мгновение, когда моя жизнь полностью зависела от его решений, я успел понять главное: он вовсе не так прост. Он уж точно не рядовой пират и тем более не простой мятежник. Впрочем, и святым героем я его не назову. А теперь прошу меня извинить, ваше высочество, у меня ещё много работы.

Рен сдержанно склонил голову и, развернувшись, направился к группе ополченцев и медиков-ксеносов, занимавшихся прибывшими беженцами.

Принцесса осталась стоять посреди шумного бункера. На полном автомате она продолжала плавно поглаживать мягкую шёрстку маленькой Лики, не сводя задумчивого взгляда со спины уходящего офицера. В её сознании всплывали образы, заботливо вложенные учителями во дворце: дикие, кровавые бунтари Фронтира, грабящие всё на своём пути… Но так ли это на самом деле? Вдруг всё, что ей твердили с детства о мятежниках и контрабандистах, — лишь удобная лживая сказка Трона?

Ей только предстояло во всём этом разобраться.

Пройти эти шестьсот метров действительно не составило труда. Для имперских штурмовиков одинокая фигура на поверхности не представляла особой ценности: дроны методично заходили на бреющий полёт над руинами сектора, пытаясь подавить выживших зенитчиков. При каждом таком пролёте я просто падал ничком в багровую пыль Раграса и замирал, выжидая, пока назойливые механизмы уберутся подальше.

Куда сложнее оказалось обнаружить сам вход в комплекс управления батареями. Я совсем забыл, что точные координатные привязки остались в памяти заклинившего скафандра, который теперь валялся внутри разбитого танка.