Но и здесь крылась проблема. Мы не знали, чей это схрон, а значит, понятия не имели, кому можно безопасно продать его содержимое. Случайно выйти на хозяина при попытке сбыта — верная смерть, шансы выжить моментально упали бы до нуля. Поэтому я принял решение: будем сливать хабар мелкими партиями через независимых теневых брокеров. Кредитов это принесёт меньше, зато риски минимальны.

Вот только на Фронтире не зря говорят: не дели шкуру зверя, пока не пробил ему реактор. Иначе эта тварь может ожить и сожрать тебя вместе с твоими планами. Именно это и произошло.

Мы как раз стягивали такелажными тросами очередную партию контейнеров, когда на визорах наших шлемов вспыхнула тревожно-красная пульсация.

— Что за… — начал было Харрг, считывая поступающую с систем «Тени» телеметрию.

А затем ракси выдал такую многоэтажную конструкцию речевых оборотов, которой поаплодировал бы любой портовый грузчик во всей обитаемой Галактике. И я его понимал: сам чудом сжал челюсти, чтобы не добавить собственные эпитеты в тираду напарника.

Пассивные сенсоры «Тени» засекли мощный гравитационный всплеск от прокола пространства совсем недалеко от наших координат. Автоматика корвета, как и положено по протоколу выживания, тут же проанализировала сигнатуры прибывших. Сначала я понадеялся, что это случайный патруль или даже разведчики Пожирателей — в нашем положении это уже не имело особого значения. Но нет. Сканеры выдали две чёткие фрегатские сигнатуры.

Первая опознавалась как личный вымпел Маркуса Оберона — младшего сына одной из главных ветвей Клана. Не самая крупная фигура в династии, но и далеко не последняя пешка. А вот второй фрегат шёл под официальными транспондерами Имперского Патруля.

Ситуация складывалась предельно паршиво. Если наша старая электроника смогла считать их идентификаторы, то их передовые радары с большой вероятностью могли засечь суету наших дронов. А хуже всего было то, что мы оказались отрезаны от своего корабля, застряв в брюхе чужого мёртвого транспортника.

— Какого демона тут забыл этот выскочка? — Харрг в раздражении оттолкнул от себя стянутые ящики, заставив их медленно поплыть во тьму трюма.

— Понятия не имею, — мрачно отозвался я, изучая на тактическом дисплее предполагаемый вектор их движения.

Неужели этот тайник принадлежит кому-то из Оберонов? Если так, то вопросов к ним возникает угрожающе много. Главный вопрос: что в их личном схроне делают боевые мехи с гербами моей уничтоженной планеты? Холодная ярость тяжёлым комом свернулась в груди. Мало того, что Империя отняла у меня Дом, семью и будущее, заставив прятаться по крысиным норам Фронтира, так теперь в одной из таких нор я нахожу чужие секреты, за которые очень хотелось бы выставить счёт этим благородным ублюдкам.

Я с шумом выдохнул спёртый воздух шлема и принял решение:

— До корвета добраться не успеем — радары засекут маневровые вспышки наших скафов. Придётся затаиться прямо здесь. Места в трюме достаточно, массивный корпус транспортника должен экранировать наше тепло. А «Тень» полностью обесточена и сливается с обломками. Будем надеяться, что они просто пройдут мимо.

И мы замерли в ожидании. С каждой тягучей минутой напряжение росло, а тактический дисплей визора неумолимо подтверждал паршивый факт: пара фрегатов двигалась точно по нашему вектору. Системы «Тени» работали в режиме глухого пассивного сканирования, не излучая в эфир ни единого кванта энергии. Поэтому я рассчитывал, что обесточенный корвет, слившийся с холодным мусором, они не заметят.

Вот только нам двоим в трюме от этого было не легче.

Мы с Харргом без лишних слов решили вооружиться. Выудив из вскрытых контейнеров по тяжёлой штурмовой винтовке, мы разлетелись по разные стороны от центрального прохода. Глухо примагнитив ботинки к палубе и укрывшись за надёжно закреплёнными штабелями ящиков, мы проверили индикаторы зарядов и приготовились к горячей встрече незваных гостей.

Хотя, если посудить здраво, это нас сюда никто не звал.

— Как в старые добрые? — спросил Харрг по закрытому каналу связи.

Я невольно усмехнулся. Учитывая, сколько раз госпожа Удача одаривала нас своей улыбкой в подобных ситуациях, я уже начинал думать, что эта стерва явно делает ставки на наши жизни.

Мы перестали получать пакеты телеметрии с «Тени» в тот момент, когда фрегаты подошли слишком близко. Любой, даже самый короткий импульс перехватчика мог спровоцировать обнаружение корвета, а терять единственный корабль в тысячах парсеков от мало-мальски обжитых миров было равносильно самоубийству.

— Принимаем сразу всех? — деловито уточнил Харрг.

— Нет, первыми в бой не ввязываемся, — отрезал я. — Может, повезёт: они просто обшарят периметр и двинут дальше, а мы свалим по-тихому.

— Давай я парочку зарядов у пробоины поставлю, пока есть время? — предложил наёмник.

Я на секунду задумался. С одной стороны, грамотная ловушка никогда не помешает. С другой — это повышенный риск: сканеры имперской пехоты могли засечь активную электронику взрывчатки. Но, учитывая наше паршивое положение, любое тактическое преимущество было на вес антиматерии.

— Давай. По обе стороны от входа, направленный вектор взрыва в сторону коридора, — скомандовал я. — И ставь на пассивные детонаторы, чтобы не фонили в эфир.

— Не учи кота яйца лизать, — фыркнул Харрг, издав короткий рокочущий рык — подобие смеха.

Я тоже усмехнулся, наблюдая за тем, как напарник отключил магнитные подошвы и плавно оттолкнулся от палубы в сторону входа. Привычным жестом закинув штурмовую винтовку за спину на магнитный фиксатор, он на ходу отцепил с пояса пару плоских мин, которые мы успели выпотрошить из местного арсенала.

Вообще, найденного здесь снаряжения с лихвой хватило бы для экипировки крепкого наёмного отряда, способного безнаказанно наводить шорох по всему Фронтиру.

Я тяжело вздохнул, слушая собственное дыхание в тесном шлеме. Был бы у меня сейчас такой отряд… А так — увы, кредитов на наёмников у меня не водилось. Пока не водилось. Если мы сможем вытащить отсюда этот хабар и, главное, свои задницы, выручки вполне хватит на реализацию части моих грандиозных планов.

Правда, это паршивое слово «если» сейчас очень сильно всё портило.

Харрг установил мины по обе стороны от пробоины, направив векторы поражения так, чтобы плазменный шквал накрыл не просто идущих в авангарде, а всю группу, когда она втянется вглубь помещения. Визуально заряды моментально слились с обгоревшей обшивкой, а переведённые в пассивный режим детонаторы сводили шансы их дистанционного обнаружения практически к нулю. Вообще, МК-149 — отличная игрушка, особенно благодаря их адаптивному камуфляжному покрытию. В своё время в наземных операциях они доставляли массу хлопот даже регулярным армейским частям.

Закончив со второй миной, ракси показал мне большой палец, плавно оттолкнулся от палубы и поплыл обратно в своё укрытие. Примагнитившись на прежнем месте за контейнерами, он подал голос по защищённому каналу:

— Как думаешь, эта большая шишка спустится к нам лично? — это он о Маркусе.

— На кой чёрт дворянской морде марать ботинки в этой пыли? Не думаю, — я покачал головой внутри шлема.

Маркус Оберон. Младший отпрыск одной из побочных ветвей клана и на редкость мерзкий тип. Лично мы не пересекались: он был сильно младше, и к тому моменту, когда наши пути могли бы сойтись на каком-нибудь светском приёме, Империя уже выжгла мою семью из списков живых. Но Фронтир полнится слухами. И, если верить болтовне на станциях, Маркус обожал развлечения. Причём не банальные азартные игры или дорогое пойло, а чужую кровь.

Для этого ублюдка было обычным делом стравить двух отморозков и с улыбкой наблюдать, как они рвут друг другу глотки. Или, того хуже, спровоцировать кровавую бойню на истребление между целыми астероидными колониями просто забавы ради. Проще говоря — избалованный щенок с прогрессирующим комплексом Бога. Отчасти именно поэтому он находился в немилости у патриарха собственного Дома. Маркус доставлял слишком много проблем, которые старшим приходилось гасить баснословными кредитами или политическими услугами. А услуги в нашей Галактике стоят в разы дороже любых денег.