— Инспектор Шнайдер? Можно вас на пару слов?

— Да, конечно. Слушаю.

— Вы можете объяснить, что здесь происходит? Что это значит?

— Мне кажется, президент очень хорошо все объяснил.

— Бросьте, Курт. Давайте без этого дерьма.

— Вам не нравилось Содружество, вы хотели жить сами по себе. Вам дали эту возможность.

— Он сказал про заморозку торговых контактов.

— Да, это так. Рекомендую прочитать текст закона, он уже есть в сети.

— Да подождите вы, Курт. — с досадой махнул рукой собеседник. — Это все правда? Мы теперь сами по себе?

— Конечно. Вас что-то не устраивает?

— Вот дерьмо. А как же технологии, заводы?

— То, что прямо сейчас находится у вас на планете, останется в вашем полном распоряжении. Кроме того, никто не запрещает вам разрабатывать новые технологии, открывать новые физические законы, торговать с соседями и наслаждаться свободной жизнью. Вы же этого хотели, я прав?

— Послушайте, инспектор, вы знакомы с господином Янковским, вы…

Директор явно хотел попросить меня о чем-то важном, однако я заметил идущего к выходу Кайзера, стремительно попрощался и бросился догонять шефа. Кое-какие моменты требовалось решить прямо сейчас.

— Вильгельм, на пару слов.

Кайзер удивленно обернулся в мою сторону, затем понял, кто именно с ним говорит и доброжелательно кивнул:

— Слушаю.

— У тебя в машине.

— Хорошо, идем.

Мы вышли из комплекса, в сопровождении подтянувшейся охраны добрались до стоянки флаеров, после чего нырнули в громоздкий черный аппарат, живо напомнивший мне бронированные микроавтобусы, на которых ездила политическая элита во времена моей юности.

— Я сейчас в администрацию. Тебе куда?

— Все равно. Здесь можно говорить?

— Конечно.

— Очень хорошо. Вильгельм, мне нужно умереть. Очень срочно, в течение двух-трех дней.

— Так, — произнес Кайзер, массируя виски. — Давай без этой идиотской театральщины. Что тебе нужно, где, когда?

— Мне нужно, чтобы мой корабль взорвался во время отлета на Землю. Взорвался так, чтобы все здесь смогли рассмотреть взрыв, но никто не смог добраться до обломков.

— Зачем?

— Наши друзья из внешних колоний решили сделать из меня пугало. Навесили все возможные ярлыки, обвинили во всех возможных преступлениях и так далее. Звучит смешно, но они сейчас объединены только благодаря мне.

— Так.

— Пока они находятся здесь, мы должны у них на виду стереть к чертовой матери этот символ. Уничтожить его.

— Можешь не продолжать. Список необходимого?

— Толковый офицер службы безопасности, грамотный исполнитель, новая личность. И серьезное расследование, в ходе которого мы тщательно вытряхнем душу из самых рьяных сепаратистов, а взамен подбросим им несколько правдоподобных версий случившегося. Внешний след, внутренние разборки, месть и так далее. Пусть гадают, верят и радуются.

— Хорошо, Курт. Без проблем.

Спустя четыре дня на орбите Барнарда-один произошло экстраординарное событие — управляющий интеллект одного из готовившихся к вылету на Землю кораблей во время штатной проверки двигателей неожиданно спровоцировал включение инвертированного поля Шульца, в результате чего аппарат вышел из строя, уничтожив судно, а также всех находившихся на борту людей. Гравитационная волна дошла до орбитальной базы и вызвала мелкие неполадки, часть обломков практически сразу же сгорела в атмосфере, но телеметрия сохранилась, позволив установить имена жертв внезапной трагедии.

История Курта Шнайдера официально завершилась.

В небольшом конференц-зале царил мягкий и уютный сумрак. Рядом с массивными кожаными креслами находились аккуратные столики с напитками, граненые края бокалов загадочно поблескивали во тьме, красивые вычурные бутылки невольно притягивали взгляд, однако собравшихся в комнате людей сегодня интересовали совершенно другие вещи.

Гости без лишней суеты заняли привычные места, возникла маленькая пауза, однако деловой этикет был полностью соблюден — уже через несколько секунд сгустившуюся тишину нарушил отчетливый звук приближающихся шагов, а затем на сцене возник худощавый мужчина среднего возраста, одетый в безукоризненный деловой костюм. Докладчик мимолетно улыбнулся слушателям, подошел к изящной черной кафедре, на мгновение задумался, после чего едва заметно кивнул собственным мыслям и начал говорить:

— Уважаемые господа, рад снова вас всех приветствовать. Как вы уже знаете, с недавних пор меня зовут Кристоф Коль и сегодня я намерен обсудить с вами базовую концепцию института наблюдателей.

Конец книги.