«„Рождаемость“, хм…» — я рассматривал новый динамический показатель, крутя в уме и так и эдак возможность извлекать из него пользу.

Пока нарыл два применения: актуальный сбор информации о составе рода и психологическое воздействие в прямой беседе. Например, я не знал, что у графа Зайцева погиб один из сыновей. Это сразу давало жирный штрих к его образу и характеру.

«Вот только одного количества детей как-то маловато», — размышлял я и невольно потянулся к жирной надписи «Живые».

Каждое слово подозрительно выделялось другим шрифтом при ближайшем рассмотрении.

«Ого, интересно! Как я не заметил этого раньше?»

Суматоха дел настолько затянула, что я пропустил важное уточнение, в каждую надпись при желании можно было «провалиться».

Живые: 5 ♂/2 ♀

♂ Александр Робертович Зайцев

♂ Николай Робертович Зайцев

♂ Илья Робертович Зайцев

♂ Всеволод Робертович Зайцев

♂ Константин Робертович Зайцев

♀ Ольга Робертовна Зайцева

♀ Татьяна Робертовна Зайцева

Ради интереса заглянул и в другой раздел.

Умершие: 1 ♂/0 ♀

♂ Ярослав Робертович Зайцев

Так, да у нас тут полное семейное досье! Информация о детях незаметно для испытуемого выуживалась ментальным приёмом и удобно формировалась в список. Вручную такое провернуть, это надо годами тренироваться.

Я потыркался по именам. К сожалению, граф прибыл только с женой, так что при переходе в карточки детей в параметрах закономерно выскакивали.

???????

А вот Костю Зайцева я давно знал, но внёс его в своё хранилище карточек на заре формирования «диктатуры». Тогда я даже таланты с предельным уровнем развития не с первого раза различал, не чета нынешним способностям. У графского сына был ранг Мечник (E) — пока что это вся имеющаяся информация. Слабовато для юноши моего возраста, но поправимо.

«Перевоспитаем», — твёрдо решил я.

При нашей следующей личной встрече сведения о его параметрах обновятся, и тогда прикинем его сильные стороны и вектор развития. Костик пропадал в Ростове в каком-то из кабаков, завтра пошлю за ним гридня, вот ему сюрприз будет на больную голову!

Пока я мысленно ухмылялся, из-за стола в ближнем кругу резво встал элементалист Маркел Дёмин.

— Слово хочу взять, ваше благородие! — я кивнул ему, чтобы продолжал, ученик Нобу прочистил горло и прикрикнул, чтобы гам стих. — Тихо кому говорено! Не счесть, сколько даров наш барон получил в этот светлый день и я, как последний представитель рода, от лица Дёминых, не абы кого, а тоже баронских корней, — важно поднял он подбородок. — Имею желание вручить молодожёнам подарок!

Маркел достал с лавки свёрток и подошёл к нам. Со своим эффектным ожерельем из клыков он по настоянию мастера расстался. Аксессуар мешал фехтованию ручками и в физической подготовке, но вот серебряную серёжку Дëмин отвоевал как память о потерянной семье. Она досталась ему от отца и тихо колыхалась в левом ухе при каждом шаге.

Зная вспыльчивый и местами дурашливый характер Маркела, некоторые сначала восприняли его слова за шутку, но на молодом лице читалось волнение и решительность. Для него важно было не посрамить честь ушедшего рода и отдариться по достоинству.

— Это прекрасный подарок, спасибо Маркел, — я встал и обнял его, а Марина удивлённо заметила.

— Дорогие вещицы, откуда ты их взял?

Она держала в руках два медальона из чернёного золота, инкрустированные рубинами и бриллиантами

— Заработал, — подмигнул он, — пришлось, правда, попотеть, но то ли ещё будет, хах! В них, как память, можно вложить крошечный портрет супруга. С этим я заранее подсуетился, откройте, ваше благородие, — попросил он Черноярскую, и девушка с удивлением увидела под крышкой наши точнейшие реалистичные изображения.

— Маркел, это так трогательно, спасибо, — просияла Марина, а Дёмин заулыбался, потирая от неловкости шею.

— Что ещё подарить тем, у кого всё есть? Я только хотел…

Его слова прервал сначала грохот чего-то тяжёлого, упавшего неподалёку, а затем бабские крики. Мы все повскакивали, готовые отражать атаку недругов или покушение.

— Уважаемые гости, пока не выясним, что там, из терема не выходите! Нобу, Мефодий, Леонид, — раздал я быстро команды и троица рванула первыми на разведку. — Дом защищён, без паники! Не создавайте давку! Сидите, Ваша Светлость, скоро всё выяснится, — велел я встревоженному герцогу и кивнул его смазливой рыжей лекарше, чтоб была наготове.

— Аха-ха-ха! — прогремел басовитый смех берсерка, и у многих отлегло от сердца.

— Что там? Что там произошло? — с любопытством спрашивали аристократы и их свита.

Удержать подобный наплыв я не смог и спустился с крыльца вниз, давая возможность остальным разглядеть причину переполоха.

— Иней, собака такая, ты чего творишь? — ругалась прибежавшая Лукинична, рядом с ней тёрся и Гио, земельник приветственно помахал мне.

На входе в дом валялась туша здоровенного матёрого медведя. Виверн беспардонно на неё взобрался и издал победный рык. Я уловил в его ментальном поле помимо ноток радости ещё и мстительность.

«Интересненько», — я подошёл ближе и присел, оттянув за ухо косолапого хозяина леса, горло было филигранно разорвано, а на спине виднелись глубокие раны от когтей.

— Что, отомстил обидчику? — спросил я успокоившемуся виверну, указывая на старую полоску шрама на морде.

В прошлой схватке за территорию медведь расцарапал ему лицо, и отметина осталась на всю жизнь. То поражение Иней запомнил, запало оно в его гордую душонку.

— Р-раргх! — утвердительно дёрнул шеей магзверь, чем вызвал улыбки и смех окружающих.

С основания Таленбурга Иней для многих стал символом города.

— Это твой свадебный подарок, говоришь? — уточнил я после короткого контакта без слов.

— Р-раргх!

— Господи, как он его умудрился сюда притащить? — спросила Марина, подходя с левой стороны и хватаясь за мою руку.

Распластавшийся мишка её впечатлил.

— Всё слышали? Наш Иней притащил барону подарок! Лучшего мяса этому отморозку! — огласил новость Мефодий и приподнял тушу над головой, потрясая ей перед кричащей толпой.

Марина с благодарностью погладила виверна, и тот довольно фыркнул, почувствовал к себе расположение. Мне же подал сигнал не лезть со своими мерзкими нежностями.

«Понял, так и записал», — ответил я ему.

— Хороший выйдет ковёр в мой кабинет, — подытожил я, и Куликов передал медведя глипту кожевенника. — А сейчас бегом смотреть фейерверки!

Вызванный из Москвы маг-пиротехник заготовил отменные «огненные зрелища». Мы добрались до пристани, а там сошли к песчаному берегу к реке. По моему сигналу в небе распустились фосфорические папоротники, переливаясь всеми оттенками драгоценных камней.

Сотни искусственных змеев, гонимые умелой рукой мастера фейерверков, взвивались ввысь, чтобы столкнуться в ослепительной схватке и распасться медленно тающим созвездием.

Вместе с жителями Таленбурга поглазеть пришли и его гости: важничающие старосты моих деревень со своими семьями (от каждого я также получил дары), странствующие воины и маги, ищущие куда приткнуться, любопытные ростовчане, прельщённые праздником прямо под носом, витязи из храма, несколько человек из РГО, экспедиционного корпуса, купцы нашей будущей гильдии и много различного стороннего люда, явившегося наесться от пуза. В этот день я не отказывал никому.

В сверкании огней справа от нас визжала ребятня из кадетского корпуса, а поодаль от них я различил подошедших Фенечку и мачеху. Та, к моему удивлению, во всеуслышание дала мне своё благословение, обняла и разделила со мной хлеб.

Ладонью я почувствовал лёгкий нажим от Марины и повернулся к ней.

«Так вот, кто виновница внезапного преображения Агриппины Геннадьевны!»

Увидев её улыбку, я сам улыбнулся и покрепче обнял жену. Праздник на этом дне не заканчивался, но точку в нём поставило оповещение «Диктатуры» об изменениях в наших с ней параметрах.