На секундочку напомню — даже банально катящееся по земле ядро при столкновении с человеческой ногой моментально травмирует её или отрывает за счёт кинетической энергии. Снаряды сыпались на головы мертвецам чугунным градом, снося их обратно, откуда пришли, пробивая насквозь и летя дальше по новым целям. Наши канонады произвели мощную сумятицу, замедлив врага.

«Нельзя им позволить сблизиться на расстояние выстрела», — подумал я, осознавая, что среди воскрешённых полно магов, усиленных татуировками, их заклинания нанесут разрушительный вред.

Некоторые мёртвые бежали быстрее остальных, были ловчее, перепрыгивали через катящиеся ядра, уклонялись и в целом показывали феноменальную выносливость. Вот они и являлись меченными, самыми опасными среди этого сброда. Жуткие твари вполне способны разорвать человека пополам за счёт дикой физической силы, да и карабкаться по стенам им не составит труда.

— Магам приготовится! — скомандовал я, когда авангард элитных зомби уже замаячил в пределах досягаемости 12-фунтовых пушек.

В этот момент кто-то из новобранцев на восточной башне, пуча глаза от страха, показал дрожащим пальцем вниз.

— Смотри, тот одноногий, это же Витька Истоминский! Да, вон глянь, его кривую рожу из тысяч узнаю!

В небо то и дело летели ракетницы с ярким магическим освещением. Поле боя даже в такую темень отлично просматривалось.

— И точно это же наши! Наши ребята! — завопил второй, тыкая локтем хмурного соседа.

Бывшие когда-то в одной дружине, они в этот вечер оказались по ту сторону баррикад. Эмоции такая дрянь, что сразу не вытравишь, не вырвешь из себя с корнем, особенно когда накатывают без предупреждения. Несмотря на свой опыт и достижения, мужчины, мягко говоря, поплыли, утратив боевой дух. Нечисть парализовала их умы.

Святославе поручили руководить этой группой из двенадцати магов. Стоя на возвышенности, они сейчас имели преимущество в дальности.

— Какая теперь разница? — сплюнула она в ров. — Заткнулись все, а то как бабы разревелись! Слышишь ты, — она подняла забрало и схватила за шиворот низенького мужичка. — Ещё слово и полетишь в дёсны долбиться со своим дружком! Ясно выражаюсь? — она вытолкала мага наполовину за зубчатый парапет.

— Я понял-понял! — завопил раскисший гридень.

— Святослава Георгиевна.

— Что? — грозно обратилась она к другому гарнизонному.

В голове у неё царила ясность после съеденного шарика стяженя, но до того, как объявили тревогу, она прекрасно проводила время, заваленная пустыми кружками из-под пенного. Отмечала сорванный куш. Конченый некромант испортил такую идиллию…

— Вы доложите об этом воеводе? — сглотнув, спросил товарищ струсившего, причём он упомянул в первую очередь именно воеводу, Драйзера боялись пуще барона.

Сослуживцы в ожидании посмотрели на облачённую в доспех двухметровую женщину. Они понимали, взбучка после штурма гарантированна. Какие-то там мертвецы отошли на второй план перед реальной угрозой. Неугомонный немец три шкуры с них сдерёт.

— Ц, не мели ерунды, — она выпустила из своей лапищи охнувшего мага и повернулась обратно к нападавшим. — Барон объявил готовность! — сразу же сообщила она после трубного сигнала. — Аккумы перед собой, подсоединяемся!

Она нагнулась, взяла за ручку чёрный куб у себя под ногами и водрузила перед собой. «Стрелка» — это знак для вливания магической энергии в аккум, «двузубец» — для подсоединения и её расходования. Всё предельно просто.

Так как дар Святославы бил куда дальше остальных, она получила разрешение вести огонь по своему усмотрению.

— Ну что, черти поганые, щас вы у меня прикурите, — забрало хлопнуло, и воительница направила ладонь перед собой, выстраивая сложную огненно-цветочную проекцию.

Её заклинание обычно никогда не пригождалось из-за чрезмерной убойности — в экспедициях нужды в нём не было. Странно, но почему-то чаще всего она применяла его против людей. Живых или мёртвых — неважно. Всё, что попадало внутрь еë квадрата, изничтожалось, плавилось, умирало без шансов.

Святославе приходилось тренироваться с Гио далеко от Таленбурга. Они под это дело выжгли в дубраве целую поляну. Спустя какое-то время путём замеров Джанашия вычислил площадь поражения: 2500 м² или четверть гектара.

— Ядрёна вошь! — взялся за голову молчавший до этого маг, когда увидел вылезшие из земли огненные цветы, «подарки» взорвались цепочкой и скосили в ноль распоясавшихся бегунов.

— Они просто исчезли… — произнёс хриплым голосом проштрафившийся гарнизонщик.

— Ждать команды, — напомнила им Святослава и соткала вторую проекцию, наводя заклинание правее, где больше всего мертвецов.

Закончив его, она включила материализацию и, не отвлекаясь на восторженные крики со всей стены, взялась за третью «Красную жатву». Лава, мало того что убивала, так ещё и преграждала путь!

«Выходим за лимиты», — она мысленно потирала ладошки, потому как никогда ещё не испытывала такого ощущения одновременного злорадства и эйфории.

Всю свою жизнь Святослава выслушивала сетования витязей, насколько бесполезный у неё дар. Из-за него никто не брал в группу, крутили у виска, стоило увидеть выжженный дотла лес, с пеной у рта поносили за испорченные трофеи и внаглую требовали компенсаций!

Сколько же раз она проклинала себя за неумение обращаться с магической энергией, сколько слёз тихо пролила, прячась по съëмным углам. А вишенкой на торте были непрекращающиеся самобичевания от нищеты и безысходности. Скоро перевалит за третий десяток, а она не представляла, что дальше. Куда ей, такой дуре, идти?

«Четвёртая „жатва“, пятая… Шестая… Десятая…»

Теперь это всë забылось как страшный сон.

Пот капал по лбу к бровям, дальше по щеке и на подбородок. Святослава больше ничего не слышала, не до того. Как маленькая девочка она своим огненным мелком перекрашивала зелёное травянистое поле в красное и находила в этом особое удовольствие, о да…

«Пусть всё сгорит дотла!»

Это была её песочница, а всякие таракашки, что корчились где-то там внизу, не проблема. Вот они бегут, падают и всё — их больше нет, тю.

Ограничения исчезли.

Магическая энергия подсасывалась из аккума, её много, нет, не так: её ПРЕСТУПНО много. Хватило на двадцать полноценных заклинаний, и только тогда запас иссяк. Рыцарь в раздражении отбросила его в сторону и взяла следующий.

— Святослава Георгиевна.

— Да? — рявкнула она на подчинённого, что умолял не сдавать ребят.

— Кажется, всё.

— Что всё? — не поняла она, подсоединяясь к свеженькому аккуму.

— Враг всё.

Ей указали пальцем на клубы дыма и отсутствие какого-либо шевеления. Девушка опомнилась и сняла шлем. Обзор расширился. Изничтожающий обстрел покрыл половину свободной площади от леса до стен. Почти вся армия врага растворилась в небытие, лишь внизу бултыхались какие-то остатки мертвецов во рве, но их бодренько добивали маги со стены.

— Блин, я только разогналась! — она с сожалением ударила по зубцу ладонью в латной перчатке, но вскоре её жалоба потонула в нарастающем победном рёве защитников.

Святослава Георгиевна Волкова

Прошлый общественный статус: «Пустоцвет» — талант, что погиб в самом расцвете, так и не раскрывшись в полную силу.

Новый общественный статус: «Огненная валькирия» — воительница, чьё пламя выжигает поля и обращает врагов в пепел.

Отвага (59/100) +1

Если честно, нам осталась лишь точечная работа по устранению огрызков мёртвого воинства. Волкова управилась и без нас. Две тысячи врагов как не бывало, смотрелось устрашающе. Гридни объявили огневичку богиней и пронесли на руках через полгорода, готовые любого порвать за косой взгляд в её сторону.

Расслабляться было рано, оставалась угроза от самого некроманта, но я отметил сначала быстрое исчезновение тевтонцев, а с ними и главного зачинщика. Не рискнёт он в одиночку соваться против такой силищи. Кем бы ты ни был, заклинание, бьющее по площади, сотрёт тебя за секунды. Исключение только одно — меч Аластора.