Мое сердце сумасшедшее, любимая, образумь его.

Почему в моем сердце такая неразбериха, любимая, объясни мне.

Любимая, пусть твой благоухающий край сари развевается по воздуху.

Любимая, пусть эта туча из твоих волос прольется дождем на меня.

Любимая, этот безумец пришел к тебе, поднося свою жизнь в подарок.

Любимая, этот мотылек погибнет в твоем пламени.

Любимая, ты ведь не знаешь, что в моем сердце.

Любимая, легенда о моей любви будет жить в твоей памяти.

Посмотрите вокруг, дорогие, взгляните на этих безумцев, на этих мотыльков,

Насколько любовь поглотила их.

Ах, встретившись с тобой, что стало с сердцем — как тебе сказать?

Как произошло такое чудо — как тебе сказать?

[Песня Tumse Milke. >Фильм «Main Hoon Na» (2004)]*

Девушка покачала головой. Сону и, правда, не исправим. Что бы он ни пел, ей казалось, что он поет о них. Давид, стоявший рядом с Ташей, толкнул ее в бок локтем и подмигнул. Смущенная улыбка на мгновение тронула губы девушки, но она взяла себя в руки и переключилась на работу. Пора было отыскать жениха с невестой, чтобы позвать их на церемонию.

— Что-то я не вижу жениха, — сказала Таша менеджеру.

Она искала среди гостей мужчину в традиционном свадебном одеянии, но не видела никого, одетого соответственно.

— Вон тот высокий мужчина в темно-зеленом костюме, — подсказал ей Давид.

Девушка с удивлением узнала в нем того здоровенного амбала, которого пропускала на концерт Сону в Мадурайске. Сейчас он выглядел вполне презентабельно и не так угрожающе, как тогда в сумерках.

— Господин Анджана? — Таша подошла к жениху, с интересом разглядывая его уже вблизи. — Церемония вот-вот начнется, приготовьтесь, пожалуйста.

— Спасибо, — ответил он приятным глубоким голосом.

Он пригладил лацканы пиджака и поправил и без того идеально завязанный узел изумрудного галстука с металлическим отливом. Было видно, что он волнуется.

— А где невеста? — спросила Таша у него.

— Она ушла переодеваться в гостевой домик. Скорее всего, скоро подойдет.

Таша посмотрела на часы. Ясное дело, что без невесты свадьба не начнется. Поэтому есть время сходить на перекур. Спрятавшись за ветвями большого мангового дерева, девушка с наслаждением сделала первую затяжку за весь день. До нее донеслась пронзительно грустная мелодия, и Сону запел с тоской в голосе:

Tere liye hai bechain dil

Dhoonde tujhe hi meri nazar

Chaahoon tujhe main kitna sanam

Tujhko nahin hai uski khabar

Khwaabon mein tu, aankhon mein tu

Dhadkan mein tu, saanson mein tu

Dekha karoon main jise raat bhar

Tu hai vahi chaandni

Bin tere kuch nahin ab meri zindagi

Tu hi meri aashiqui jaaneman

Tujhse hai meri khushi

По тебе томится сердце.

Лишь тебя ищет мой взгляд.

Насколько сильно я люблю тебя —

Тебе об этом неизвестно.

Во снах ты, в глазах ты,

В сердцебиении ты, в дыхании ты.

То, чем я любуюсь ночами напролет —

Ты и есть то лунное сияние.

Без тебя моя жизнь — ничто.

Душа моя, лишь ты моя любовь,

В тебе мое счастье.

[Фильм «Khakee» (2004)]*

Девушка сквозь листву посмотрела на певца и неожиданно встретилась с его взглядом. Сону, не отрываясь, смотрел на нее, как тогда на концерте, но в этот раз в его глазах читались раскаяние и грусть. Таша почувствовала, что к горлу подступает ком, и становится нечем дышать. Слезы прочертили соленые дорожки по щекам. Девушка резко отвернулась, промокнула глаза рукавом футболки и вышла из своего укрытия, оглядев немногочисленных гостей, которые уже заметно притомились в ожидании праздника.

Давид привлек ее внимание, постучав пальцем по часам на запястье, и показал в сторону беседки. Таша увидела там светлокожую девушку в длинном светло-зеленом платье, ее русые волосы чуть ниже плеч украшала заколка с цветами жасмина. Она разговаривала с женщиной средних лет. Таша быстрым шагом направилась к ним.

— Все готово к церемонии, — сообщила она, входя в беседку и обращаясь к молодой девушке. — Вы ведь невеста?

Та кивнула. Таша заметила, что свечи на столе стоят не зажженными и, достав зажигалку, поднесла пламя по очереди к каждой.

— Меня зовут Киния, — представилась невеста.

— Таша, — коротко ответила девушка, убирая зажигалку в карман джинсов.

— Церемония начинается. Пойдемте, — засуетилась женщина, с которой до этого разговаривала Киния, и почти выбежала из беседки.

Девушки последовали за ней. Не успели они сделать и пары шагов, невесту подхватила под руку какая-то странная женщина с длинными черными волосами, которые как будто жили своей жизнью, перекатывались волнами, колыхались, даже когда не ощущалось ни малейшего дуновения ветерка. Она повела ее к импровизированному алтарю со словами:

— Я отведу тебя к алтарю. Передам твоему мужу.

Почему-то в этот момент невеста не выглядела счастливой. По крайней мере, так показалось Таше. Но она решила, что происходящее не должно ее волновать, поэтому отошла на некоторое расстояние, присоединившись к Давиду.

В сгущающихся сумерках арка, украшенная цветами и лампочками, создавала волшебно-праздничную атмосферу. Под ней стоял Санджай с ярко-желтой веревочкой в руках и с улыбкой ожидал свою невесту.

Дама с длинными волосами начала церемонию бракосочетания.

— Согласны ли вы…

— Это местная судья что ли? — спросила Таша шепотом Давида.

— Ведьма, — как можно тише ответил менеджер. — Тетушка КАНК.

— Да ладно?!

Впрочем, чему тут удивляться. Волшебный мир, мать его. И тут до Таши вдруг дошло, что девушка рядом с Анджаной может быть такой же попаданкой, как и она, которую выдают замуж за местного мужчину. Вопрос в другом, добровольно или нет? Но Таша не успела расспросить Давида — на ее глазах начала разворачиваться настоящая мыльная драма.

Напротив жениха и невесты стояла невысокая худощавая женщина. Ее точеная фигура была обтянута кроваво-красным платьем, поблескивающим в свете от фонарей. Густые вьющиеся волосы собраны в высокую прическу. А на лице застыла зловещая усмешка. Присутствующие гости смотрели на нее с ужасом, тихо перешептываясь между собой.

От нее исходила холодная и злая аура, и Таша поежилась, обнимая себя руками, чтобы прогнать колючие мурашки. Из перепалки между главными героями, девушка поняла, что это бывшая Санджая, и с сочувствием посмотрела на невесту. Но та, хоть и выглядела испуганной, не спасовала перед нежданной гостьей.

— Только этой ведьмы здесь не хватало, — с досадой пробормотал Давид.

— Ты это в переносном смысле или в буквальном? — уточнила у него Таша.

— Буквальном.

— Какая интересная свадьба, — воскликнула девушка. — Не хватает только нашей бабули для полного комплекта.

В этот момент тетушка Канк решила ускорить мероприятие.

— Давайте сократим церемонию, — с улыбкой произнесла она. — Вы согласны отныне быть мужем и женой?

— Согласен.

— Согласна.

— Вот и прекрасно. Объявляю вас мужем и женой. Эй, можете зарегистрировать невесту! — крикнула она, и к новоиспеченным молодоженам подошла девушка с папкой бумаг.

Прежде чем расписаться Санджай надел на шею невесте ярко-желтую веревочку, нанес ей на пробор синдур и что-то тихо прошептал. После того, как пара поставила подписи в бумагах, Кинии выдали какую-то карточку, похожую на обычную банковскую.

— Что это у нее? — Таша по-прежнему использовала Давида в качестве справочного бюро.

— Такую карточку получает попаданка после замужества. Это окончательный документ, подтверждающий ее статус.

Гости кинулись поздравлять молодоженов, никто уже не обращал внимание на женщину в красном, сидящую у бара с пустым бокалом.

Таша тоже хотела пойти поздравить девушку с законным браком, но тут кто-то схватил ее за руку и повел в сторону сада. Сону, не говоря ни слова, вел ее, крепко сжимая ладонь в своей руке. Наконец, они остановились, и Таша смогла перевести дыхание после быстрой ходьбы. В темноте почти не было видно его лица, только блеск глаз, и это немного пугало девушку. Она не понимала, зачем он привел ее в сад в чужом доме.