Лучник, как и черноглазый с топором, отрывают взгляды от меня и смотрят на графа. Слушают.

А меня охватывает совершенно непонятное противоречивое чувство — страх перед ними, что меня увидели, и одновременно жгучее разочарование, что больше не меня не смотрят.

Что со мной творится?.. Это их особая не-магия так действует? Непонятно.

Впрочем, я тут же об этом всём забываю, потому что ловлю взгляд третьего орка — он так и продолжает смотреть на меня.

По сравнению с двумя другими, этот, третий, выглядит более узким и жилистым, хотя это явно не делает его слабее — наоборот, в его движениях чувствуется лёгкость и стремительная мощь.

Броня у него тоже кожаная, но с серым металлическим нагрудником и такими же пластинами на наручах. На поясе два кинжала с изумрудами на гардах.

Поймав мой взгляд, он… вдруг подмигивает мне! Задерживает взгляд… И лишь затем начинает смотреть на замок, стены, башни…

На его губах играет лёгкая, едва заметная улыбка, от которой почему-то хочется тоже улыбнуться. И лицо у него какое-то… открытое, что ли. И тоже красивое.

Мужественное, волевое лицо. Прямой внимательный взгляд.

Граф между тем показывает гостям в сторону входа в замок.

Их лидер идёт первым, следом за ним — второй, бросая на меня новый, чёрно-пронизывающий взгляд.

Мгновение. Короткое, почти неуловимое движение глаз. Но мне хватает, чтобы перестать дышать. Сердце замирает, а потом начинает биться с удвоенной силой.

Тот, что с кинжалами, замыкает. Идёт легко, небрежно, будто прогуливается по своему дому, а не по чужому замку в королевстве, с которым они ещё недавно воевали. Его глаза изучают стены, башни, бойницы.

Орки вслед за графом поднимаются на крыльцо.

И вновь — взгляды всех троих на меня. Вроде много людей во дворе, девушки вон тоже во все глаза смотрят на орков. Некоторые так бесцеремонно и восторженно, что мне даже стыдно за них.

И за себя стыдно, ведь я точно так же на них пялилась…

Но они-то… на меня смотрят! Лучник — прямо и пристально, так, что внутри всё переворачивается.

Второй глядит тяжело, и его чёрный взгляд проникает под кожу. Хочется сжаться в комок, спрятаться, но одновременно — замереть и позволить ему смотреть.

Третий бросает взгляд мельком, даже небрежно. Задерживается чуть… и снова оглядывает двор и стены замок.

Наконец, вместе с графом, они скрываются внутри.

Очень вовремя… потому что я чувствую, как моё заклятие невидимости... тает.

Ещё бы, я слишком разволновалась, потеряла концентрацию, и мамин дар отпустил меня. Теперь меня видно всем. Каждому, кто посмотрит в мою сторону.

Хорошо, что я в тени стою. Я прислоняюсь спиной к холодному камню колонны, пытаюсь отдышаться, прийти в себя.

Орки видят то, что скрыто. Они видели меня.

Надо мне срочно найти себе работу подальше от центрального здания замка и затеряться в постройках. Всего лишь день переждать.

Разворачиваюсь, чтобы скользнуть в проулок…

— Вот ты где!

Ледяные пальцы впиваются в мой локоть, дёргают, разворачивают. Я вскрикиваю от неожиданности и боли.

Годрил. Его колючие глаза сверлят меня, на лице — злорадная усмешка, от которой внутри всё холодеет.

— Всё, наработалась служанкой по замку, — шипит он, больно сжимая руку. — А ну пошла со мной! Орки будут мастерскую осматривать сегодня. Они сказали графу, что хотят посмотреть, а тот и не может им отказать. Так что бросай всё, иди, там прибраться надо! И эликсир доделать. Начнёшь с эликсира. Уборка потом.

Глава 5. Мастерская

Годрил тащит меня, и я спотыкаюсь — ноги не слушаются, потому что страх сковал всё тело, да и пальцы его впиваются в локоть так, что, наверное, синяки останутся.

Через двор, мимо слуг, которые отводят глаза и делают вид, что ничего не замечают. Им нельзя связываться с магом графа. Да и для чего бы им заступаться за меня? Я для них — никто.

Я молчу, вжимая голову в плечи, но внутри закипает злость. Я почти свободна. Осталось потерпеть совсем немного.

Перед дверью в подвал, ведущей к мастерской, Годрил резко останавливается, разворачивает меня к себе.

— Эликсир на большом столе, — цедит он. — Чтобы сразу начала делать!

Меня передёргивает от отвращения, но я киваю. Надо делать вид, что покорна. Уже недолго осталось ждать.

Годрил отпускает меня и уходит, бросив на прощание: «Я скоро приду, проверю, как работа идёт. Не вздумай прохлаждаться».

Я остаюсь одна у двери в подвал. Прижимаюсь спиной к холодной стене, пытаюсь отдышаться.

Рука, которую он сжимал, нещадно болит — наверняка будет синяк. Глаза щиплет от непрошенных слёз, но я не позволяю им пролиться. Не здесь. Не сейчас.

Меня охватывает плохое предчувствие. Отчётливо понимаю: надо бросать всё и бежать прямо сегодня.

Мысли лихорадочно мечутся: прямо сейчас мне уже точно никуда не деться. Годрил будет следить, все настороже.

Если я попытаюсь уйти сейчас — поймают, запрут.

Но ближе к ночи...

Как раз все устанут после приёма гостей. Когда стража сменится, да и Годрил, напившись на пиру, будет валяться в своих покоях — вот тогда шанс появится.

Я вспоминаю о долге, о расписке, о собранной сумме. Тайник с вещами, брошь, золото — всё готово. Осталось только дотерпеть до вечера. И сразу уйду. Что же касается недостающей суммы... в городе платки продам, пусть и за полцены. Как раз выкупить долг хватит, а там придумаю что-нибудь.

Заставляю себя успокоиться, разжать кулаки.

Сейчас надо спуститься в подвал — в мастерскую, сделать эликсир, прибраться. Быть незаметной, покорной, удобной. Чтобы ни у кого, даже у Годрила не возникло подозрений.

А ещё надо постараться не попасться на глаза оркам, когда он придут осматривать мастерскую. Уж слишком мне не нравится то, что они могут меня видеть под заклятьем невидимости. Да и мне спокойнее будет.

Захожу в подвал. Ингредиенты для эликсира стоят на большом столе.

Подхожу ближе. Вроде всё, как обычно. И всё же… что-то здесь очень сильно не так.

Всматриваюсь.

Зеленоватые магические светильники в углах отбрасывают пляшущие тени на стены, заставленные полками со склянками, ретортами, пыльными фолиантами.

Центральный стол завален так, будто здесь работали несколько дней подряд и даже не думали убирать, хотя ещё вечером я оставляла всё в идеальнейшем порядке.

Грязные колбы, рассыпанные порошки, какие-то непонятные субстанции в чашах — Годрил явно был в ударе.

Я подхожу к большому столу, где стоят ингредиенты для эликсира.

Две колбы — одна с мутноватой жёлтой жидкостью, вторая с густой синей. Рядом — пустой сосуд и активационный кристалл в центре стола. Огромный, чёрный, пульсирующий тёмной энергией. Я всегда его недолюбливала — от него веет чем-то неправильным, опасным.

Всматриваюсь в колбы. Дар молчит, но где-то на периферии сознания зудит тревога. Слабенькое, неясное беспокойство.

Что-то не так, но что именно — не пойму. Состав вроде знакомый, я такие эликсиры уже делала. Стабилизация магических потоков, усмирение буйных артефактов, обычная работа.

Но интуиция кричит: не трогай.

Стою, вглядываюсь в жидкости, в кристалл, в беспорядок вокруг.

Принимаю решение. Сначала уберусь.

Да, Годрил велел начинать с эликсира. Да, он придёт проверять.

Если придёт раньше — прикинусь дурочкой. Скажу: в замке же гости, ведь орки придут осматривать мастерскую, надо, чтобы всё блестело.

Порядок прежде всего, а эликсир — дело быстрое, успею. Я же не виновата, что здесь такое творится.

Максимум, отругает как обычно. Но пока я не пойму, что с эликсиром не так, не притронусь к нему.

Начинаю уборку. Это отвлекает — привычная работа, понятная, спокойная. Мою колбы, расставляю по местам порошки и травы, протираю столешницы.

В мастерской вообще-то должно быть чисто, я всегда оставляю её в идеальном порядке, когда ухожу. Но после того, как здесь поработает Годрил, создаётся впечатление, что не убирали год. Словно ураган пронёсся.