Из комнаты донеслась какая-то возня.

— Свет, к вам — то он как попал? Не припомню, чтоб на подъезде значилось про приют для беспризорных душ?

— В некотором роде отдаю обязательства — как можно более беззаботно попыталась произнести ведьма.

Фёдор хрюкнул.

— Короче, по ряду причин я ему должна. Он вроде как из-за меня упокоился! — выдохнула она.

Антон пристальнее вгляделся в её лицо.

— Светлан, я извиняюсь, но ему — он кивнул в сторону стены, за которой скрывалось приведение — по виду лет сто пятьдесят… А вам тогда?

— Савушкин!

Студент поднял руки в примирительном жесте.

— Пётр Ильич прекрасный, душевнейший человек. Точнее, дух. Ну не суть, но есть у него один существенный недостаток.

— Какой же? — ехидно спросил Антон, скрестив руки на груди.

Ведьма вздохнула и глазами показала в сторону комнаты.

— Он не невидимый. За это его с родного погоста и прогнали — он там всех родственников покойных перепугал. Последний раз чью-то родственницу из мэрии едва до инфаркта не довёл, вот его смертник за ограду и отправил.

— Кто? — не понял Савушкин.

— Смертник. Погостная администрация. Там у них за порядком следит. Короче, Антон, выручай. Если я ещё пару ночей не посплю — я сама на это кладбище перееду.

Савушкину подметил, каким энергичным кивком минипиг отозвался при фразе о кладбище. Правда, что ль дела настолько плохи.

— Фросюшке гоняться за ним я запретить не могу. Дом охранять — это ж её прямая обязанность. Но и Петра Ильича с ней на одним квадратных метрах держать не получится –запричитала ведьма.

— А от меня вы чего хотите? –настороженно произнёс он.

Ведьма посмотрела на него долгим грустным взглядом. Кажется, ещё секунда и хрустальная слеза скатится по щеке…

— Пусть он у тебя чуток покантуется.

— Только призраков в съёмной квартире мне не хватало — запротестовал студент, делая шаг назад.

Света же, наоборот, подалась к нему, не меняя слезливое выражение лица.

— Антон, ну это же ненадолго. Сейчас вопрос с погостом быстро решится, и Пётр Ильич вернётся к себе.

Ведьма заискивающе улыбнулась. Савушкин достал из кармана джинсов телефон, заглянул в календарь.

— Ладно, но только до приезда Динара. — пробормотал он. — а то рассказывать ему сказки о призрачном дедушке не очень охота.

Поросёнок крутанул хвостиком и скрылся себя в комнате.

— Хорошо, спасибо — тон ведьмы резко изменился, приобретя деловые нотки — а ты вообще, чего так рано?

Антон нашёл нужный пост в ленте и протянул ей телефон.

— Едем с мисс Пигги на тайную веранду. — прочитала она и перевела непонимающий взгляд на Савушкина — и что? Пусть едут.

Тот ткнул указательным пальцем на тег «мисс Пигги». Экран заполнили фотографии парков, пляжей, дорогих ресторанов и просторной гостиной с высокими потолками.

— Вот наш ключик к Лисицыной.

Светлана расплылась в улыбке и воркующим голосом произнесла

— Феденька, солнышко, иди-ка сюда.

Из-за дверного косяка показался розовый пятачок. Выходить из комнаты Фёдор не спешил.

— Да не будут тебя снова заставлять адского змея выманивать— усмехнулась ведьма. Из её комнаты донеслись звуки, будто по полу волокли что-то тяжело.

Савушкин развернул экран телефона к поросёнку.

— Ну как? Хороша?

На фотографии в шезлонге лежала свинка в жёлтой панамке.

Фёдор перевёл вопросительный взгляд с нежащегося в лучах солнца минипига на студента.

— Лариса Константиновна — фанатка свиней.Ой, прости, поросят — затараторил Антон, пролистывая на экране фото с питомцем жены генерала. — Вроде даже президент какого-то там клуба. У них там выставки, соревнования…

Фёдор хрюкнул, развернулся и вальяжно прошагал в свою комнату. Через секунду дверь, разделяющая поросёнка и коридор с грохотом закрылась.

— Ретроград — вздохнула ведьма, глядя на преграду из белого дсп.

Антон, поморщился.

— И чего теперь делать будем?

Светлана одёрнула синий со звёздами халат.

— Как что — всё идёт по плану. Ты забираешь Петра Ильича, пока они окончательно не разнесли квартиру, и выясняешь, как нам через пига подобраться к Лисицыной. А с этим — она кивнула в сторону комнаты Фёдора — я поговорю. Не отвертится. Книгу не найдём, на какие шиши он по европейским столицам летать будет.

Антон кивнул, рассудив, что её слова звучат весьма здраво.

— И последний вопрос, как мне ваше привидение к себе доставить?

Ведьма развернулась и прихрамывая, удалилась в свою комнату. Скрипнули дверцы шкафа. Антон посмотрел на время— было без пятнадцати десять утра. Через минуту Светлана вытолкнула в коридор высокого тощего мужчину. Так в советской фильмографии представляли себе секретного агента: длинный бежевый плащ и жёлтая широкополая шляпа.

— Воротник ещё подними, чтоб борода не просвечивала — посоветовала ведьму Петру Ильичу.

Тот послушно одёрнул полы плаща.

— Класс — пробормотал Антон — конспирация высочайшего уровня. С общественным транспортом точно отбой — пойду каршеринг искать.

Попутчиком Пётр Ильич на удивление оказался очень приятным. Молчаливым. Он не выказал никого недовольства относительного играющего плейлиста, всю дорогу сидел тихо, провожая грустным взглядом пролетающие мимо дома и парки.

Когда они зашли в квартиру к Савушкину, призрак встал столбом в прихожей.

— Проходи — те — поправился Антон, прикидывая, распространяются ли на загробный мир человеческие правила этике.

Пётр Ильич проплыл в комнату.

Студент оглядел свою крохотную комнатёнку — диван, стол с открытым ноутбуком, чуть рассохшийся шкаф.

— Вот — он указал привидению на стоящую в углу табуретку — можете располагаться здесь.

Пётр Ильич присел на край, положил руки на призрачные колени, все также не проронив ни звука.

Антон глянул на часы, ещё раз посмотрел на внезапного постояльца

— Ладно, мне бежать надо, вы тут будьте, как дома, я скоро вернусь

И выбежал в коридор.

Сначала Антон заехал в Следственный комитет. Дверь он открывал с некоторым волнением, а уж когда на проходной отдавал дежурному паспорт, то еле совладал с трясущимися руками. Но как оказалось, что зря. Следователя, который вёл дело Гнилько, не было на месте. Молодая практикантка, орудующая длинной иглой, не отрываясь от стола, сообщила, что на время отпуска дела Данилова передали Ермолову. А тот вроде как с утра был, но вот буквально пять минут назад вышел.

Антон расположился на стуле в полутёмном коридоре. Окно было закрыто. Из-за закрытых дверей ближайшего кабинета изредка доносились взрывы хохота.

Он достал телефон и пролистал ленту. Дочка генерала выложила новый пост с обзором своего наряда для пляжа. Но стриженые кусты и качающиеся берёзки за её спиной выдавали, что видео снято явно не в Паттайе. Савушкин поставил лайк.

Через полтора часа усатый лейтенант скривился при виде Антона. Поставил стаканчик сверху на устилавший стол ворох бумаг. Матюкнулся, убрал, на бумаге отчётливо отпечаталось кофейное пятно.

— Да чтоб тебя. Ты по какому вопросу? — всё, ещё не глядя на Савушкина, спросил он, выискивая среди завалов свободное пространство.

— Эээ… Гнилько — пробормотал студент.

Лейтенант уставился на кипу томов, что подпирала собой стену. Поморщился и попытался вытащить из середины бумажной башни худенькую папку. Башня опасно качнулась. Со второго подхода ему удалось извлечь нужный том. Он без интереса его пролистал, остановившись на листе, отмеченном салатовым стикером.

— Так, вот здесь расписаться забыли — лейтенант указал на пустую графу с карандашной пометкой. — ручку вон из стакана возьми.

Савушкин достал из чаши синюю ручку и послушно вывел подпись в указанном месте.

— А. это, нашли, ну кто Гнилько? — пробормотал студент, отдавая бумагу полицейскому.

— Материал в работе не у меня. Все вопросы после первого августа следователю — ответил лейтенант, кивком указав, показав, что молодой человек может быть свободен.