К обеду появился суровый мужчина в возрасте. Я понял, что это командир, ещё до того, как Вейл назвал его. Наемники с заметным уважением во взглядах смотрели на этого человека и сразу же освобождали дорогу. Он был старше Гервина, с проседью в коротких волосах и короткой щетиной. Несмотря на возраст, походка выдавала в нем опытного воина, у которого еще остался порох в пороховницах. Командир обошёл новые стойки, проверил одну сапогом и остановился доволен. Поговорил с Вейлом и велел готовить завтра двадцать человек к речному порту. Вечером Гервин сообщил, что мы отправимся с ними.

— У компании прибывает дорогой груз. Господин Брант распорядился, чтобы вы помогли с разгрузкой и охраной. На месте будете выполнять указания Вейла. Самостоятельно никого не задерживать, не обыскивать и не трогать. Если начнётся драка, остаетесь возле груза, пока не получите другой приказ. — выдал он указания.

— Что именно разгружаем? — спросил я.

— Лекарские припасы. Часть принадлежит нам, часть мы обязались доставить заказчику.

Гервин еще раз повторил, что никого трогать нельзя, и затем удалился.

За нами пришли в предрассветное время. Десять бойцов в неполных доспехах несли копья и щиты, шестеро — арбалеты, остальные вели две пустые телеги. Вейл распределил людей ещё во дворе. Мы с Игорем шли между телегами. Арбалетчики держались впереди и сзади, а двое после выхода свернули в соседний переулок и ушли параллельной улицей.

Грузовые ворота открыли по предъявленному знаку компании. Писарь сверился с записью о нашем входе, отметил выход и назначил двух городских стражников сопровождать отряд до порта. Райс утром отличался от того города, через который нас вели накануне. Улицы ещё не успели заполниться зеваками. Открывались лавки, дворники сгребали к канавам мусор, грузчики тянулись к реке с крюками и верёвками на плечах. Люди замечали нас, останавливались, но строй Чёрной ладони не давал подойти ближе. Один мясник так и застыл с половиной туши на спине, пока мы не скрылись за поворотом.

Порт занимал несколько улиц вдоль реки. Здесь пахло рыбой, мокрой древесиной, смолой и лошадиным навозом. У причалов стояли баржи, над крышами складов вращались длинные грузовые стрелы, а между телегами сновали писари с писчими принадлежностями. Вейл провёл нас к огороженной площадке возле каменного склада. На воротах уже ждал человек в синей накидке.

Пока писари сверяли печати, наёмники заняли позиции. Четверо арбалетчиков поднялись на складскую галерею. Двое остались у ворот. Копейщики перекрыли проход между причалом и телегами. Мне с Игором отвели полосу возле дальней стены: брать ящики с настила, нести до телег и возвращаться тем же путём. Вейл встал так, чтобы видеть и нас, и груз.

Баржа пришла через полчаса. Её подтянули канатами, прижали к причалу и бросили сходни. Сначала вынесли обычные бочки со спиртом. Затем пошли небольшие, окованные железом ящики. От них тянуло сушёными травами, горькой смолой и чем-то резким, пробирающим до слёз. Внутри перекатывались мешочки с солями и стеклянные сосуды, проложенные соломой. Работа наладилась быстро. Портовые грузчики снимали товар с баржи, ставили на настил, двое людей торговой гильдии проверяли знак на крышке. После этого мы переносили ящик к телеге, где наёмники укладывали его и накрывали парусиной. На каждый ящик приходилось ждать проверки. Унести разом половину баржи нам не позволяли, да это и не требовалось.

Первые неприятности устроили не воры. Один грузчик, проходя рядом, громко спросил, сколько людей мы съели, чтобы вырасти такими. Игор резко повернул голову, посмотрев на грузчика.

— Иди отсюда, плешивый, пока я тебе зубы то не повыламывал, — гаркнул Вейл.

Грузчик сразу присмирел после такой отповеди.

К середине разгрузки я начал различать запах каждого товара. Спирт бил резко и чисто. Тёмная смола пахла хвоей и горечью. От лекарской соли щипало язык, хотя я не пробовал её даже близко. Этот же запах неожиданно появился справа, у ряда пустых тележек. Там шёл один из портовых рабочих. Пустые руки, крюк за поясом, расстёгнутая куртка. Он не приближался к нашим телегам и двигался к боковому проходу, которым пользовались люди гильдии. Однако от него отчетливо тянуло запахом соли. Я поставил ящик на настил и посмотрел на баржу. У края стояла вскрытая тара с треснувшей сургучной печатью. Доска на боку была прибита свежими светлыми гвоздями. Проверяющий гильдии спорил с писарем и пока не видел ни ящика, ни уходящего рабочего. До человека было шагов тридцать. Я мог догнать его раньше, чем он достигнет прохода.

— Десятник — позвал я, не сходя с места. — Справа, рабочий в коричневой куртке. От него пахнет тем же, что лежит в ящиках.

Десятник не стал спрашивать, уверен ли я. Послал двух бойцов к проходу, а сам подошёл к повреждённой таре. Один из гильдейских людей увидел движение и попытался закрыть крышку. Вейл упёрся в неё ладонью. Рабочий в коричневом оглянулся. Двое наёмников ещё не успели отрезать выход. Он бросился между пустыми тележками, сшиб женщину с корзиной и рванул в узкий проезд вдоль склада.

Игор возвращался от телеги и оказался ближе всех.

— Закрой проход! Не дай ему уйти! — крикнул Вейл.

Брат шагнул в проезд, и загородил своим могучим торсом выход. Рабочий затормозить не успел, врезался в Игора плечом и отлетел на землю.

— Великан напал! — заорал он, ещё не поднявшись. — Стража!

По порту прокатился шум. На галерее щёлкнули рычаги арбалетов. Один стрелок перевёл оружие на Игора, двое других начали искать цель в толпе. Городские стражники выхватили мечи, но между ними и братом уже бежали люди. Игор не двинулся, за что я был готов его расцеловать прямо тут. Рабочий вскочил, увидел перед собой образину братца и начал отползать назад. Из-под расстёгнутой куртки выпал свёрток, который лопнул, рассыпав белые кристаллы. Резкий запах сразу усилился.

— Стоять на месте! — рявкнул Вейл.

Приказ относился ко всем. Я остался возле груза. Игор убрал руки от стен и поднял их перед собой. Вор догадался метнуться обратно, но с другой стороны его уже встретили два наёмника. Один сбил человека щитом, второй прижал коленом к мостовой. У вскрытого ящика тем временем задержали проверяющего торговой гильдии. Под боковой доской обнаружилась пустота, а под его плащом — короткий ломик и кусок сургуча нужного цвета. Всё заняло несколько минут, после которых стража вывела вора и представителя гильдии с заломанными руками.

Вейл подошёл к брату, посмотрел на рассыпанные кристаллы и на вмятину в грязи, где только что лежал вор.

— Опусти руки, дурень. И иди носить товар.

Вейл приставил двух копейщиков к портовым рабочим, после чего потребовал заменить проверяющих. Повреждённый ящик пересчитали отдельно. Не хватало трёх свёртков; два нашли у беглеца, третий — под настилом возле баржи.

Обратно мы шли рядом с нагруженными телегами. У ворот писарь снова сделал отметку. Вейл передал городской страже короткий рапорт о задержании и отдельно сообщил, что великаны не покидали назначенного места без приказа. После этого колонну пропустили во двор. Брант ждал возле конторы вместе с Гервином и Лотаром. Сначала они приняли документы на груз, проверили печати и выслушали Вейла. Нас позвали только тогда, когда телеги укрыли под навесом и выставили часовых.

— Три дня закончились, — сказал командир.

Лотар разложил на бочке два одинаковых листа. Брант продолжил:

— Предлагаю испытательный договор на месяц. Жильё и еда за счёт компании. Жалованье — половина доли обычного штурмовика каждому до первой боевой задачи. Команды получаете от назначенного десятника. В город выходите только с отрядом или по моему разрешению. Магию без прямого приказа не используете. Оружие выдадим, когда решу, что оно вам потребуется. Нарушите условия — договор заканчивается и дальше вы сами по себе.

— А внесенный нами залог? — спросил я.

Лотар коснулся нижней строки.

— Переходит на срок договора. После месяца либо вернём, либо зачтём в новый договор. Писарь уже понёс продление поручительства. Договор начнёт действовать, когда начальник смены внесёт обновленные документы в управу.