Еще немного повертев его, Рэйна подошла к Бронту и крепко его обняла. Она настолько расчувствовалась, что на глаза навернулись слезы радости.

– Спасибо тебе. Огромное. Мне очень нравится.

– Я хотел тебя порадовать. И счастлив, что удалось. – Бронт покачал ее в своих объятиях, словно чувствуя ее настроение. – Только не забывай, что этой штучкой можно пораниться.

Рэйна тихо засмеялась, шмыгнув носом.

– Ах, как трогательно, – пренебрежительно фыркнули сбоку, испортив весь момент. Рэйна отстранилась от Бронта и увидела Саргона. Тот скучающе ожидал ее на выходе из сада. – Мы опаздываем.

– Ничего, подождешь, – холодно отчеканила девушка. Затем вновь обратилась к Бронту: – Я очень ценю то, что ты для меня сделал. И горжусь, что меня учил именно ты. Спасибо. А за меч отдельная невыразимая благодарность. Он мне поможет, я уже это знаю.

– Пусть он будет тебе другом хотя бы на несколько сражений, пока мы не выберемся отсюда.

С этими словами он щелкнул ее по носу и подтолкнул к Саргону. На прощание Бронт шепнул ей на ухо:

– Покажи ему, где Кошмары водятся.

Рэйна кивнула, криво усмехнувшись. Саргон закатил глаза.

– Тихого Кошмара, Бронт.

– Тихого Кошмара, Ангелок.

Они направились на один из этажей, в котором проходил маскарад. Люди в ярких костюмах, с цветами в волосах и раскрашенными под черепа лицами пели песни и играли на музыкальных инструментах. Они воспевали богиню Смерти и праздновали День мертвых. Души в костюмах скелетов выглядели очень счастливыми и веселились от души. Всюду лился смех, пестрели цветы, а огни в ночи горели так ярко, будто на дворе стоял день.

Рэйне кто-то вручил широкополую белую шляпу, а на Саргона повесили венок из цветов.

Саргон молча протискивался сквозь толпу, увлекая Рэйну прочь из города. Туда, где не доносились звуки праздника и стояла могильная тишина. Они шли довольно долго, петляя по склонам. Постепенно шум праздника растворился в ночи. Горячий воздух городка сменился прохладой, в которой стрекотали сверчки.

– Куда мы направляемся?

– Подальше от тех, кого можем случайно затронуть.

Рэйне показалось, будто они прошли половину измерения прежде, чем Саргон остановился посередине бескрайнего поля. Вокруг не то что не было и Кошмара… тут не было ни души. Только они, вытоптанное поле да звезды. Это место крайне ему подходило.

– И что мне делать? – уточнила Рэйна, оглядываясь вокруг. Несколько прядей волос выбились из ее высокого хвоста. Теперь их трепал ветер.

– Я призову Кошмары. Ты должна будешь показать, на что способна.

– Но…? – сощурилась девушка, чуя подвох.

Саргон цокнул языком, складывая руки на груди. Сегодня на нем был его извечный щеголеватый камзол, украшенный вышивкой, обтягивающие брюки и начищенные сапоги. Никаких признаков оружия.

Но Рэйна знала, что он и есть самое опасное оружие в Меласе. С его бездонными запасами силы, которые она тогда видела, этот факт был неоспорим.

Правда, сегодня Саргону и не нужно было брать с собой меч. Он взял Рэйну. И Рэйна в эту ночь была его главным оружием.

– Сыграем в маленькую игру с простыми правилами. Нас будет двое. А Кошмаров – десятки. А может, и сотни. Ты будешь моим охранником. А я твоим ценным грузом. И ты покажешь мне, насколько хорошо обучена защите не только себя, но и сопровождающих.

Рэйна поморщилась и наклонила голову, по-волчьи оскалившись.

– Ты хочешь сказать, что будешь просто стоять, как беспомощная принцесса, а я буду тебя защищать, аки прекрасный принц?

Саргон довольно кивнул. Рэйна глубоко вдохнула и выдохнула. Что ж, пусть будет так. Кажется, его это устроило. Но, когда камешки под ногами начали подрагивать, Саргон решил добавить:

– Надеюсь, не стоит уточнять, что с моей головы и волоска не должно упасть. Иначе придется возвращаться и доучиваться, моя дорогая.

– Принято, – больше прошипела, нежели сказала Рэйна. И закрыла глаза.

Силу Саргона она чувствовала в воздухе, как огромную свернувшуюся кольцами змею. Слышала в воздухе ее песнь, зовущую Кошмары на пир. Рэйна молча собиралась с мыслями.

Она не открывала глаз, когда вытащила меч. Бронт выковал к нему и ножны, которые она прикрепила на пояс. Клинок был удивительно легким и удобным. И он тоже звал ее.

Но не на смерть. А на бой ради ее цели.

В голове стали прокручиваться все моменты ее обучения. Рэйна вспоминала каждый финт, каждый урок, каждую крупицу сведений, что помогли бы ей в этом сражении.

Она воскресила в памяти все уроки с Бронтом, когда они бились из последних сил. Вспомнила посещение зала иллюзий и прохождение полосы препятствий, и как они косили иллюзорные Кошмары, будто колосья. Все-таки Рэйна была рада, что он смог ее на это уговорить! Сейчас эти тренировки оказались для нее бесценными.

Девушка напомнила себе о тех недолгих часах, которые Эль смогла ей уделить. И как учила ее совмещать свой элемент с любым другим.

Всплыл и их разговор с Иллиасом, когда они вместе посещали урок по танцам. Он показал ей, как с помощью движений тела направлять свою магию так, чтобы она не выплескивалась наружу стихийно. Рэйна знала, что тому же Иллиас учил и Ноа.

Рэйна перенеслась в тот день, когда ноулит затащил ее в библиотеку, чтобы помочь разобраться с ее даром. Вспомнила каждый их диалог, в том числе и самый главный вердикт Ноа:

– Твоего элемента – света – нет ни в одном существующем манускрипте. Это не плохо. Тут просто нужна смекалка. Ты – противоположность сотворению, ты – разрушение. Ярость и злоба толкают тебя на него. Раздражение, нервозность, адреналин. Это целый букет эмоций. Ты не совсем верно решила отключить все остальные: радость, удивление, сострадание и так далее. Цвет твоей магии белый. А белый вбирает в себя все цвета. Это означает, что ты можешь использовать весь спектр эмоций для усиления собственной магии. Эмоциональность, Рэйна, это твое оружие.

Сейчас она, помня их разговор, пробуждала в себе все, что у нее имелось. Все, что можно было обратить против Кошмаров.

Все моменты, что вереницей всплывали перед глазами: и счастливые, и отвратительные. Все, что Рэйна пережила в Меласе, вырывалось наружу и покрывало ее защитным слоем. С тех пор, как между ней и Ноа произошел этот разговор, она накапливала воспоминания, не чураясь их.

Какой бы жестокий и бездушный дьявол внутри нее ни сидел – она оставалась человеком. Который все равно откликался на эмоции, как любой другой.

Рэйна оставила защитный браслет лежать в кармане. Сегодня он был ей не нужен. Ее защищала собственная магия.

По мышцам разливалась сталь, напевала свою смертоносную песню. Когда она сжала в руке подарок Бронта, серебро растеклось по венам.

В одной руке Рэйна держала кинжал, в другой – меч. В кинжале бурлила сила тьмы Саргона, а в меч вливалась ее собственная, осваивая новый сосуд. И обе магии были готовы уничтожать все на своем пути.

Когда первые Кошмары с воем заполонили окружающее пространство, Рэйна взмахнула мечом, не открывая глаз. Ей требовался небольшой разогрев, поэтому девушка плавно сменила позу. За долгие часы тренировок она научилась гибкости и пластичности, которых ей не хватало.

Саргона она ощущала каждой клеточкой своего тела: ее магия с охотой отзывалась на его темную мощь. Мужчина находился за ее спиной, но благодаря их связующей нити она могла, даже не открывая глаз и не оборачиваясь, воссоздать его образ в своей голове. Протянув к Саргону невидимую нить своей магии, Рэйна ощутила, как щупальце его силы обвило ее. Этого Рэйне хватило, чтобы защита распространилась и на него. Вокруг них создался защитный купол.

Первый монстр атаковал стремительно, и Рэйна рубанула его с разворота. Так как монстры могли напасть на них со всех сторон, ей приходилось использовать и оружие, и магию. Брешей в защите быть не должно.

Второго она сразила в прыжке, а дальше все слилось в черно-белую картину клыков, тьмы и черепов. Их было так много, будто Саргон созвал сюда всех, что были на этажах. Но на размышления у Рэйны больше не было времени – только на оборону. Об атаках не могло быть и речи. Рэйна крепко-накрепко заняла оборонительную позицию.