— Научишься.

— А если я не хочу учиться у вас?

Он встает.

Обходит стол.

И останавливается слишком близко.

Я задираю голову, чтобы смотреть ему в лицо, и внутренне проклинаю и его рост, и свои реакции, и весь этот день целиком.

— А вот это, Мирослава, — произносит он тихо, — мы еще проверим.

---

Глава 6

Глава 6

Если бы кто-нибудь спросил меня, как выглядит персональный ад, я бы без запинки ответила:

Это когда ты сидишь в приемной у человека, которого не выносишь, с пропуском на шее, временным ноутбуком на коленях и понимаешь, что уже третий час работаешь у него.

Добровольно.

Почти.

— Не надо так смотреть на экран, — говорит Лидия, проходя мимо. — Он не виноват.

Я поднимаю на нее тяжелый взгляд.

Она останавливается. Впервые за весь день в ее идеальном лице мелькает что-то похожее на человеческое участие.

— Голова болит? — спрашивает она.

— Самооценка.

— Это пройдет. Или усугубится. Зависит от того, сколько ты здесь продержишься.

Я невольно хмыкаю.

Лидия кладет мне на стол папку.

— Здесь список задач на сегодня. И не смотри так обреченно. Обычно он всех съедает куда быстрее.

— Спасибо. Очень поддержали.

— Обращайся.

Она уходит.

Я открываю папку и понимаю две вещи.

Первая: Глеб Ардов действительно решил использовать меня как помощника.

Вторая: он, кажется, искренне считает, что я справлюсь.

Потому что задачи там не из серии «принеси кофе». Там контакты подрядчиков, таблицы, организация графика встреч, проверка презентации к вечеру и еще целый список мелочей, в которых надо разобраться до шести.

— Издевается, — шепчу я себе под нос.

— Кто?

Я вздрагиваю.

Поднимаю голову.

Глеб стоит рядом.

Слишком тихо подошел. Как это вообще возможно с таким ростом?

— Вы, — честно отвечаю я.

Он смотрит на раскрытую папку.

— Уже сдалась?

— Я еще даже не начинала.

— Тогда жаловаться рано.

— А сочувствие у вас в принципе не предусмотрено?

— Нет.

— Заметно.

Он опирается ладонью о край моего стола. Наклоняется чуть ниже. Я чувствую запах его парфюма и мгновенно злюсь на собственное тело за то, что оно это чувствует вообще.

— Если хочешь уйти, скажи сейчас, — произносит он тихо. — Второй раз предлагать не стану.

Я смотрю на него несколько секунд.

Сердце колотится где-то под горлом.

Уйти?

Да.

Хочу.

Нет.

Не хочу.

Господи, почему рядом с ним все так сложно?

— Я останусь, — говорю я.

Его взгляд чуть меняется.

Почти незаметно. Но я вижу.

— Хорошо.

И он уходит.

Просто уходит.

А я еще секунд десять смотрю ему вслед и потом злюсь уже окончательно. На него. На себя. На этот кабинет. На его рубашку. На то, как спокойно он мной командует.

Чтобы не думать, я вгрызаюсь в работу.

И, к своему ужасу, через час понимаю, что мне… интересно.

Не все. Не сразу. Но в этом есть азарт. Структура. Темп. Ощущение, что я не просто пересиживаю катастрофу, а делаю что-то реальное.

Я составляю таблицу. Сверяю график. Один раз ошибаюсь, второй раз уже нет. Лидия пару раз поправляет меня сухо, но без издевки. Я втягиваюсь.

До тех пор, пока ближе к вечеру в приемную не заходит Вера.

Я поднимаю голову — и будто снова падаю в ледяную воду.

На ней кремовое платье, идеальная укладка и то самое выражение лица, которое говорит: «Я пришла сюда не как сестра. Я пришла как будущая хозяйка».

— Мирослава, — произносит она, и у меня мгновенно сводит скулы.

— Вера.

Лидия встает из-за своего стола.

— Добрый вечер. Господин Ардов сейчас освободится.

— Благодарю, — кивает сестра, а потом переводит взгляд на меня. — Не знала, что ты уже приступила.

Я молчу секунду дольше, чем прилично.

— Как видишь.

Она подходит ближе. Останавливается у моего стола.

— Ты могла бы предупредить.

— О чем?

— О том, что решила все же принять его предложение.

Я смотрю на нее снизу вверх.

— Мне казалось, ты не хочешь обсуждать со мной ничего, что касается Глеба Ардова.

— Я не хочу обсуждать с тобой лишнее. Но мне было бы спокойнее понимать границы.

О, вот оно.

Границы.

Я почти улыбаюсь.

— Какие именно? Рабочие? Или территориальные?

Вера бледнеет.

Но держится.

— Не начинай.

— Тогда не разговаривай со мной так, будто я уже в чем-то виновата.

— Ты всегда выбираешь самый разрушительный путь, Мира.

— А ты — самый удобный.

Голос за спиной звучит раньше, чем мы успеваем наговорить друг другу еще что-нибудь:

— Надеюсь, я не помешал семейной любви.

Мы обе оборачиваемся.

Глеб выходит из кабинета.

И в одну секунду все меняется.

Вера собирается. Улыбается. Чуть опускает ресницы.

Я наоборот — напрягаюсь.

Ненавижу это.

Как будто воздух в комнате сам перестраивается под него.

— Добрый вечер, — мягко говорит Вера.

— Добрый, — отвечает он и подходит ближе.

Смотрит на нее.

Потом — на меня.

И я почему-то чувствую этот взгляд физически.

— Вы уже закончили? — спрашивает Вера.

— Почти.

— Тогда, может быть, поужинаем?

Я опускаю глаза в ноутбук, как будто мне до смерти срочно нужно проверить цифры в таблице.

Не мое дело.

Не мое.

Пусть идут. Пусть обсуждают свадьбу. Пусть играют в свои взрослые идеальные сделки.

Мне плевать.

Совершенно.

— Нет, — говорит Глеб.

Я поднимаю голову раньше, чем успеваю себя остановить.

Вера тоже.

— Почему? — спрашивает она слишком быстро.

Он кивает на мой экран.

— Потому что Мирослава еще не закончила презентацию, а утром она нужна мне готовой.

Я моргаю.

Что?

— Я могу сама… — начинает Вера.

— Не можешь.

Тихо.

Спокойно.

Окончательно.

— Тогда я подожду, — говорит она после паузы.

И тут уже я не выдерживаю.

— Не надо.

Они оба смотрят на меня.

— То есть… — я быстро выпрямляюсь. — Я быстро закончу. Вам правда не обязательно меня ждать.

Господи, что я несу.

Зачем я вообще вмешалась?

Но Глеб смотрит на меня так, будто прекрасно понимает, что именно я чувствую.

И это бесит настолько, что хочется выйти из приемной и врезаться головой в стену.

— Заканчивай, — произносит он спокойно. — Я буду у себя.

Он уходит.

Вера остается стоять рядом.

А потом, не глядя на меня, говорит тихо:

— Не делай ошибку, которую потом не сможешь пережить.

И выходит следом.

Я еще долго сижу, глядя в один и тот же слайд.

Потому что впервые понимаю: я уже иду туда, откуда назад будет очень больно возвращаться.

---

Глава 7

Глава 7

К десяти вечера в офисе почти никого не остается.

Лидия уходит в девятом часу, сухо пожелав мне удачи таким тоном, будто оставила не наедине с презентацией, а в клетке с тигром.

Вера уехала около восьми. Я видела это краем глаза — как она вышла из кабинета Глеба, с прямой спиной, чуть слишком спокойная. Он не проводил ее. Даже не вышел.

И это почему-то кольнуло меня совсем не так, как должно было.

Я доделываю слайды, перепроверяю цифры и наконец отправляю файл на почту, которую мне выдали днем.

Через минуту приходит короткий ответ:

Зайди.

Конечно.

Ни «спасибо», ни «готово», ни намека на человеческую форму общения.

Я встаю, потягиваюсь и понимаю, что спина ноет, глаза слезятся, а голова тяжелая, как после бессонной ночи.

Стучу и вхожу.

Глеб стоит у окна.

Пиджак уже снят, галстука не было и днем, рукава снова закатаны. В полумраке кабинета он кажется еще жестче, еще темнее.

Он оборачивается, когда я подхожу ближе.