— Тёмка! — от переизбытка чувств хватаю его за руку. — Ты самый лучший!

И вдруг все его действия в этом доме становятся на свои места. Артём меня развлекает. И делает всё, чтобы меня развеселить. Как умеет.

Я правильно понимаю? Кажется, что логика этого сверхчеловека потихоньку укладывается в голове. Но слишком идеально всё получается…

— Иди к Ксюше.

Выводит из комнаты за руку, как маленького ребёнка. Ведёт к девочкам на кухню.

— Юле грустно и страшно, — даёт им инструкцию, как детям недавно. — Что делать с таким, знаете лучше меня.

Отпускает меня. Подходит к раковине и спокойно начинает мыть гору посуды.

— Да брось, сама помою, — спешит к нему Ксюша.

— А Юлю я с вами в этом сраче оставлю, да? — равнодушно оборачивается. — Иди, не напрягает. Помою, раз у тебя времени нет.

Ксюша резко сдувается. Её становится жалко.

Артём очень тяжёлый человек. Осознаю это как никогда раньше. Я его каким-то волшебным образом переношу, потому что очарование перекрывает недостатки. Но какого его близким?..

— Ксюш, пойдём, — мягко беру Ксюшу за руку.

Оборачивается. Улыбается очень тепло.

— Если ты расстроилась из-за этого чистоплюя, я могу и его доконать, — предлагает Злата.

— Не ври, — холодный голос. — Со мной ни разу не прокатило. Бесит, да, Злат? Со всеми прокатывает, а со мной облом вышел? — оборачивается, приподнимает уголки губ, и я ловлю долю превосходства.

— Я до тебя доберусь! — Злата хищно улыбается. — Просто ещё не придумала как!

— Думай, — соглашается Артём равнодушно. — Тебе полезно.

— Златка, он манипулирует, — лезет Алиса. — Ты бесишься, ему хорошо.

— Пойдёт, — Тёма не отрывается от тарелок. — Манька злится прикольнее.

— Вот же мальчишка шкодливый! — Алиса вздыхает.

— Тот самый мальчишка, который прикрыл тебя и твою дочь от пули, — констатирует Тёма.

— Слушай, вот с кем мы спорим? — Ксюша вздыхает. — Ему слово — он в ответ десять.

— Уровень интеллекта позволяет, — Артём оборачивается и неожиданно сверкает широкой, очаровательной улыбкой. Отвешивает шутовской поклон. — Что, бесит? А я ещё и от вашей реакции кайфую при этом. Алиса закатывает глаза, Златка трясётся от злости, Ксюша вздыхает. Таких грех не потролить!

Снова отворачивается к тарелкам.

— Хорошо, что честно, — признаёт Ксюша. — Юленька, пойдём. Пойдём, моя хорошая. Ну-ка, показывай мне ручки.

Покорно протягиваю ладони. Ногти обгрызены. Не сдержалась.

— Ну, — Ксюша смотрит тепло. — Выбирай форму.

— А ты сможешь на таких? — смущаюсь.

— Я на любых смогу, — в улыбке гордость. — Может, очень длинных не получится, но красоту сделаем.

Тёма моет посуду, протирает столы, подметает пол и только после этого выходит.

— Какой тяжёлый, но какой полезный человек, — вздыхает ему вслед Алиса.

— Тёма очень хороший! — тут же заступается Ксюша. — Просто он у нас специфический.

— Всегда помогает, и с ним интересно. Поэтому и терпим, — влезает Злата.

— Мы его терпим, потому что любим, — заступается Ксюша. — Хотя да, местами именно терпим. И вообще, давайте о чём-нибудь хорошем.

— Гляньте, как могу! — Злата встаёт посреди комнаты, берёт яблоки из вазы и внезапно начинает ими ловко жонглировать.

— Ничего себе! — восхищаюсь.

Девушка ловко перебрасывает яблоки, пробует сменить положение рук и…

Одно из них прилетает прямо ей по макушке.

— Златка! — Ксюша вскакивает, отрываясь от гель-лаков. — Иди ко мне! Бедная моя девочка!

Прижимает маленький ураганчик к своей груди, дотягивается и по-матерински чмокает в макушку.

— Больно-то как! — Злата кривит хорошенькую мордашку. — У меня сотрясение…

— Давай лёд приложим! — бросаюсь к холодильнику.

— Нет там сотрясения, — Алиса тоже гладит подругу по голове. — Ну честно, нет! Не сотрясёшь ты таким маленьким яблочком мозги! Я тебе как эксперт-криминалист говорю.

— Давай курицу ей приложим, — Ксюша помогает мне достать. — Златочка, посиди, моя хорошая.

— Лис, а яблоком убить реально? — Злата тут же переключается.

Дверь открывается. Заходит Артём. Окидывает нас взглядом.

— Телек починил. Юль, тебе здесь интересно?

— Да, — признаю очевидное. С девочками мне хорошо.

— У меня сотрясение! — жалуется Злата. — Яблоками жонглировала, и мне по голове прилетело.

— У тебя не может быть сотрясения, — отзывается Артём равнодушно. — Сотрясать нечего.

Вот почему нельзя просто встать и зажать ему рот рукой?..

— Не обижай, пожалуйста, Злату, — прошу максимально на его языке. — Напрягает.

— Злата сама кого хочешь обидит, — возражает Тёма.

— Злате больно, — объясняю. — Ей хочется, чтобы её пожалели.

— Жалейте, кто не даёт? — Артём даже не удостаивает Златку взглядом. — Смотрите, как надо.

Берёт несколько яблок, подкидывает и ловко перекидывает их у себя над головой.

— Я же её и научил, — ловит одной рукой. — На её голову, — хмыкает.

Господи, да сколько же в нём талантов?!

— Тём! — Златка тянется к Артёму всем телом. — А яблоком по голове убить реально?

— Я тебе больше скажу, — Тёма наклоняется к ней, как будто хочет поведать какую-то тайну. — Реально убить даже камушком из рогатки, если знать место, в которое нужно стрелять, и стрелять с нужной силой.

— Место! А какое?! — Златка подскакивает.

— Артём! — пытаюсь голосом выразить свои опасения. Вот только место, в которое надо убить, шебутной Злате знать не хватало.

— Так я тебе и сказал, — Тёма ухмыляется уголком губ. — Я к детям. Юль, если станет скучно или что-то не понравится — придёшь ко мне.

Выходит, плотно прикрыв за собой дверь.

— А вот это он зря, — Алиса встаёт и дверь открывает. — Я боюсь предположить, чему он их научит в этот раз. Историю тюремных татуировок уже знают, с отвёртками на «ты», матерятся на пяти языках, благо перевод он им не озвучил…

— Тёма, — стону в потолок. Ну вот как так можно?!

— Ага, мы тоже так реагируем каждый раз, — улыбается Алиса. — Тебе с ним очень тяжело?

— Нормально, — формулирую максимально нейтральный ответ. И молюсь, чтобы мимика не выдала, что с Артёмом мне не просто нормально, мне с ним замечательно!

Ещё какое-то время разговариваем с девочками, и я втягиваюсь. Алиса рассказывает о том, что совсем недавно сама оказалась в ситуации, когда за ней охотились. Злата показывает фокусы. Не всегда удачно, но с душой. Ксюша рассказывает про детей и работу мужа.

И я чувствую, что всё здесь для меня. Что все хотят поддержать и помочь. Девочки сочувствуют мне. Не задают кучу вопросов про маньяка, как подруги. Не пугаются и не смотрят, как на прокажённую. Просто сочувствуют и отвлекают.

Делаем ногти. Ксюша очень старается, и в итоге получается чудесный ярко-оранжевый маникюр. Несколько ногтей остаются без лака, туда мы клеим картинки с ярким солнышком и цветными звёздочками.

Я раньше любила всё очень яркое. И мне снова хочется жить. Быть собой, смеяться, любить, общаться с людьми…

И это всё Артём. Нет, не колдун. Добрый волшебник и фокусник, который ловким движением достаёт из рукава новые развлечения, чтобы мне захотелось оправиться и идти к восстановлению. Мой супергерой. Волшебный сверхчеловек, который раскрасил жизнь яркими красками меньше чем за сутки.

Ксюша делает для меня форму бровей, наклеивает ресницы-лучики. Получается немножко аляповато, почти анимешно, но я так люблю.

Смотрю на себя в зеркало и не могу поверить. Глаза горят, на щеках румянец. Даже измождённое лицо стало круглее и в разы живее.

И я не могу подавить желание побежать похвастаться Артёму.

— Смотри! — показываю ему руки. Тёма сидит за столом, делает с Милой английский.

Впрочем, при моём появлении отвлекается. Внимательно рассматривает ногти.

—

— Лак сама выбирала? — поднимает взгляд.

Киваю. Не понравилось? Слишком ярко?.. Будет обидно, на самом деле, я хотела поделиться своим восторгом.