Второму посетителю напиток показался слишком горьким. Третий попросил еще меда. Четвертая посетительница выпила две чашки и купила небольшой сверток молотого цикория для дома.

К середине утра у входа образовалась очередь.

Марина не обольщалась. Людей привлекала бесплатная дегустация, громкая история с найденной диадемой и возможность собственными глазами увидеть баронессу, о которой несколько дней писали столичные вестники.

Однако далеко не все уходили с пустыми руками.

К полудню Лина продала двадцать три небольших свертка молотого цикория. Каждый был завернут в плотную бумагу и перевязан простой бечевкой. Марина собственноручно написала на них название, способ приготовления и несколько слов о вкусе.

«Золотой корень. Обжаренный напиток из Дикой долины. Две чайных ложки на одну чашку. Заваривать кипящей водой».

Правда, никакого золота в темно-коричневом порошке не наблюдалось, но покупатели, похоже, не возражали.

- Госпожа, у нас заканчивается молоко, - прошептала Лина, наклоняясь к Марине. - И Агата уже дважды спрашивала, когда мы заплатим за булочки.

- Передай, что рассчитаемся после закрытия.

- Я уже передавала.

- Тогда добавь, что ее булочки съели даже быстрее, чем мы продали напиток. Это должно ее утешить.

Лина посмотрела на пустые подносы.

- Не утешает.

К прилавку подошел полный мужчина в длинном зеленом сюртуке. На груди у него поблескивал медный знак торговой гильдии. Он не стал пробовать напиток, а сразу положил перед Мариной сложенный документ.

- Мастер Клаус Граус, старший поверенный столичной гильдии заморских товаров, - представился он. - Вы торгуете заменителем кофе без соответствующего разрешения.

Разговоры в очереди стихли. Несколько посетителей заинтересованно повернули головы.

Марина взяла документ и пробежала глазами первые строки.

- Насколько я понимаю, ваша гильдия распоряжается торговлей кофейными зернами, чаем, пряностями и прочими товарами, привезенными из-за моря.

- Именно так.

- А мой цикорий растет в Дикой долине.

- Это напиток, похожий на кофе.

- Если я сошью бальное платье из мешковины, оно станет шелковым только потому, что покрой похож?

В очереди засмеялись.

Мастер Граус поджал губы.

- Не пытайтесь запутать меня словами, госпожа баронесса. Вы обжариваете растительное сырье, измельчаете его и завариваете горячей водой.

- То же самое делают с ячменем, желудями и многими лечебными травами. Вы собираете пошлину со знахарей?

- Знахари не продают свои отвары под видом кофе.

- И я не продаю. На вывеске ясно написано: «напиток из корня цикория».

Она достала из-под прилавка папку, которую привез Эдмунд, и положила перед гильдейским поверенным разрешение на производство. Документ был скреплен королевской печатью.

- Кроме того, здесь указано, что мне разрешены изготовление и продажа напитков из цикория, садовых плодов и местных трав. Если у гильдии есть возражения, вы можете обратиться в Королевскую канцелярию.

Мастер Граус внимательно изучил печать.

- Разрешение временное.

- До завершения регистрации патента.

- Патента, которого у вас пока нет.

Марина перевернула следующий лист.

- Уже есть.

Мастер Граус нахмурился еще сильнее.

Эдмунд сдержал обещание. Патент защищал не сам цикорий, который при желании мог накопать каждый крестьянин, а разработанный Мариной способ обработки: очистку, сушку, постепенную обжарку и смешивание с определенными добавками.

Граус вернул документы.

- Гильдия еще рассмотрит этот вопрос.

- Буду ждать с нетерпением. А пока не желаете ли чашечку? Для представителей гильдии первая тоже бесплатна.

- Не желаю.

Через десять минут Марина заметила его у входа в почтовую контору. Мастер Граус стоял спиной к лавке и торопливо пил цикорий из чашки, которую, по всей видимости, попросил принести своего помощника.

Она сделала вид, что ничего не заметила.

Но скандальная новость тут же разлетелась: гильдейский поверенный тайком пьет напиток из «сорняков», продажу которого пытался запретить.

После полудня посетителей стало еще больше. Пришли служащие из соседних контор, приказчики, две модистки и даже несколько господ в дорогих плащах.

Особенно Марину заинтересовала высокая пожилая дама в темно-лиловом платье. Она появилась в сопровождении служанки, молча дождалась своей очереди и попробовала напиток без сахара и молока.

- Не кофе, - заключила она.

- Я никогда и не утверждала обратного.

Дама сделала еще глоток.

- Но вкус достойный. И после него не колотится сердце?

- Кофейных зерен здесь нет, поэтому такой проблемы быть не должно.

- Моему супругу лекарь запретил кофе. Он стал совершенно несносен.

- Из-за запрета?

- Из-за отсутствия кофе.

Марина с пониманием кивнула.

- Тяжелый случай.

- Дайте мне пять свертков.

- Пять?

- Если супругу понравится, пришлю управляющего за остальными. Меня зовут Аделина Мор. Я владею гостиницей «Серебряный гусь» возле дворцовой площади. Если ваш напиток действительно хорош, мы можем договориться о постоянных поставках.

Марина сама упаковала заказ и вручила его покупательнице.

- Завтра я пришлю вам улучшенную смесь. Эта обжарена немного сильнее, чем нужно.

Аделина приподняла бровь.

- Вы говорите мне, что ваш товар недостаточно хорош, когда я уже согласилась его купить?

- Я говорю, что могу сделать лучше.

Пожилая дама неожиданно улыбнулась.

- Пришлите. Посмотрим, чего стоит ваша уверенность.

Когда она ушла, Лина прижала руки к груди.

- Госпожа, вы знаете, кто это?

- Хозяйка гостиницы.

- В ее заведении останавливается половина знатных семей, когда приезжает в столицу! Если она станет подавать ваш напиток…

- Значит, нам понадобится значительно больше цикория.

Лина посмотрела на почти опустевший мешок.

- Нам в любом случае понадобится больше.

К вечеру от приготовленного запаса осталось совсем немного. Булочки закончились еще раньше, а Агата успела трижды сбегать в свою пекарню и принести новые подносы.

Марина закрыла дверь, перевернула табличку и с облегчением оперлась о прилавок. Ноги гудели, поясница ныла, но перед ней лежала первая выручка.

Деньги, заработанные ее собственным трудом.

- Не так уж много, - заметила Лина, пересчитав монеты.

- Для первого дня - достаточно.

- На ремонт крыши все равно не хватит.

- Зато хватит заплатить Агате, рабочим и заказать новую партию упаковочной бумаги. А завтра мы заработаем больше.

В дверь постучали.

Марина насторожилась, но за стеклом показался Эдмунд. За ним стояли двое охранников, один из которых держал под мышкой тяжелый архивный том.

- Мы закрыты, - сказала Марина, впуская инспектора. - Но для представителя канцелярии могу сделать исключение.

Эдмунд оглядел пустые подносы, чашки и почти опустевшие мешки.

- Полагаю, открытие прошло успешно.

- Мы продали почти все.

- Впечатляет.

- Счет за ремонт крыши впечатляет меня намного больше.

Марина заметила архивный том.

- Вы вернули грамоту?

Улыбка исчезла с лица Эдмунда.

- Вернул. По официальному требованию палаты Корнелиус передал книгу судебному посыльному.

Охранник положил том на прилавок. Книга была огромной, в темном кожаном переплете с позолоченными металлическими уголками.

- Но есть проблема, - продолжил Эдмунд.

Он раскрыл книгу ближе к середине.

Между двумя пронумерованными страницами виднелся неровный обрывок пергамента шириной в палец. Лист вырезали почти у самого корешка.

- Нужная страница исчезла, - сказала Марина.

- Да. Корнелиус утверждает, что она отсутствовала уже в тот момент, когда он получил том.

- А архив?

- Хранитель настаивает, что перед выдачей все страницы находились на месте. Но лично он книгу не проверял. Это сделал младший помощник.