— Почти не считается. С этих денег и закроешь. Ты хотела задний забор укреплять.
Надя вновь поблагодарила, забрала Леона и пошла к машине — пес успел подбежать к вольерам Батона и Зевса, понюхаться с ними. Лера ее провожала, а Рита осталась сидеть за столом. Открыла конверт — там лежали новенькие однотысячные купюры. Десять штук.
Когда Лера вернулась, Рита еще сидела, тупо глядя на деньги.
— Лер, за неделю донатов пришло на двадцать тысяч. Больше, чем за тот месяц. Я сейчас закрою первую кредитку полностью, сразу за те два потребительских кредита примусь.
— Ты спасла того куна — Лера сняла очки, протерла краем ветровки. — Видео удалили, но обзоры живут. Люди хотят верить, платят за надежду.
Рита подключила телефон к зарядке. И замерла. Она пропустила планерку! Странно, внутри не было привычного страха. Уволят — пусть. Впервые за два года работа в IT не казалась единственной соломинкой, удерживающей над пропастью нищеты. Теперь есть тексты и у нее приют… Но тут же в груди неприятно кольнуло — ее магия не бесконечна. А когда в ней уже сформировалось смирение, пришла расслабляющая мысль — сегодня воскресенье. Никто не уволит в выходной.
— Лер, я должна тебе кое-что рассказать.
Рита выложила все. Про потерю сил и пустоту в ладонях. Как пыталась лечить Тору но не могла. Как испугалась, что дар исчез навсегда. Про феникса, который представился Краудсом. Как потом сидела всю ночь, пустая и полная одновременно.
— Он сел прямо на калитку, — шептала Рита, сама не веря в правдивость своих слов, Лера слушала с открытым ртом, забыв про свой блокнот. — Настоящая огненная птица, Лер! Но его пламя было заражено скверной. И представляешь, я коснулась его, но даже не обожглась, А затем я излечила его, убрала эту скверну, а он… буквально перелил в меня свою магию. Сказал, "кошка не лжет", затем просто взял и улетел.
Брови Леры во время рассказа постепенно сдвигались к переносице, но она дослушала.
— Ты идиотка, что скрывала. Вот и все, что я тебе скажу! Доводила себя до того, что ключ в замке повернуть не могла. Зачем? Рита, ты не одна. У тебя есть я, подруги с универа, появилась София. Есть семья и баба Зина, черт возьми! Которая уже Зевса на себя чуть не оформила. Ты не обязана тащить все на себе. Поняла?
В горле стоял ком, Рита кивнула.
— И еще… Лер, ты только не обижайся, но… Давай отменим зачеты? Клятвенно обещаю, буду учить сама, постепенно, всегда буду советоваться! Но не экзаменуй меня. Я… хочу жить. А не выживать между дедлайнами и тестами. Я вроде как возвращаюсь к работе с текстами.
Лера заметно расстроилась, в глазах мелькнуло честное разочарование. Она любила порядок и контроль. Когда все идет по плану, по графику, по протоколу. Но затем вновь сняла очки, потерла переносицу:
— Хорошо. Да и у меня скоро начнется тяжелая учеба, времени совсем не останется. Но обещание держи: учись и советуйся. Не геройствуй больше. Иначе я приеду и лично прилеплю тебя к учебнику скотчем. И еще, — голос волонтерки принял смущенный тон. — Завтра вечером я приеду с Антоном. Нужно забрать троих котят — Пушка, Снежинку и Шпрота, а еще кота Питера. Я договорилась что передам их в городе во вторник утром. Я же жрица безопасности, вот и решила никому не давать адрес. Пока. Даже после того, как они заполнят анкету. Мало ли кто пишет после того хайпового видео только ради адреса. И знаешь, я оказалась права. Двое "кандидатов", как только узнали, что передача животных будет на нейтральной территории в городе, сразу слились. А еще я хочу завтра привезти настолки. Если ты не против. Посидим, поиграем, попьем чаю. И… ты посмотришь на Антона со стороны, ну с другого угла. Дашь мне свою независимую оценку.
— О давай! — оживилась Рита, в сознании уютно раскладывалась мысль о том, что в ее жизни возможен вечер настолок с друзьями даже в будний день, и вдруг вспомнила про еще одну часть ее жизни, которая возвращается — книги — Но… лучше, если нас будет больше. Я приглашу Софию. Она легкая. Разрядит обстановку. И книги привезет.
— Окей. Познакомлюсь с новой Кускосемьей.
София ответила моментально.
"Конечно буду! КШИР со мной, готов к переезду! И захвачу печенье, домашнее, с курицей. Ждите!"
"КОрицей?"
"КУрицей"
Рита улыбнулась, ее новая подруга действительно удивительна. Тем временем Лера залезла в телефон и вдруг встрепенулась.
— О, смотри, что мне прислали. Это та самая Вика.
На экране девушка вещала на камеру:
— …психолог намекнул, что я просто СЛИШКОМ красивая! Это так тяжело — быть идеальной! Звучит как бред, да? Но парни… они боятся. Думают, не потянут. Что я буду требовать, изменять, уйду к другому. Они не хотят связываться. Я одна. И мне одиноко. Мне нужен кто-то, кто будет любить меня просто так… Я хотела взять кошку из приюта, но и это сорвалось… Наверное, они тоже испугались моей энергетики…
Вика на экране всхлипнула, Рита едва не поперхнулась. В горле сжалось. Не от злости. От жалости. От понимания.
— Я ей напишу, — вдруг решительно сообщила она.
— С ума сошла?! — Лера попыталась выхватить мобильный. — Она только притихла! Сейчас опять начнется вой на всю Ивановскую!
— Нет, подожди, — Рита быстро открыла комментарии и принялась печатать. — Кажется, я вижу связь.
"Виктория, здравствуйте! — вежливо начала она. — У меня есть кошка, которая столкнулась с такой же проблемой. Ее зовут Муся. Она потрясающе красивая, черепаховая, молодая и абсолютно здоровая. Но все люди, которые приходят на смотрины, восхищаются… и уходят. Они просто боятся не потянуть такую царственную красоту. Всех остальных кошек постепенно разбирают, а Муся сидит и грустит в одиночестве. Мне кажется, у вас схожие судьбы. Приезжайте познакомиться".
— Да ты Ларисочка Гузеева — восхищенно прошептала Лера, глядя на экран.
Ответ пришел через тридцать секунд. Сначала в комментариях "напишу вам в личку", а следом в сообщения приюта прилетело подряд:
"Я думала о Мусе! Почти каждый день вспоминала. Видела ее на фото, но почему-то не могла решиться… Хотя на Джоконду была готова сразу… вы же о Мусе писали, в тот день, когда была та ситуация…"
"Наверное, вы правы — у нас схожая судьба. И то, что вы сейчас написали — похоже на знак. Когда могу приехать посмотреть на нее?"
"Только очень прошу, забронируйте кошечку за мной! Еще одного отказа я просто не вынесу! Я и так на психолога трачу бешеные деньги."
Рита и Лера переглянулись.
— Пиши сегодня, — скомандовала Лера. — Пока не передумала!
— Не передумает, мы свидетели рождения редкой дружбы и любви.
Лера уехала. Обещала вернуться завтра: с Антоном и с настолками. Рита осталась одна. Тишина вернулась, но уже не давила. Она просто была.
Рита поняла, что голодна, открыла холодильник. И замерла.
На нижней полке лежал пакет от родителей. Который они привезли в среду. Она забыла про него на три дня, вероятно потому, что времена были не то, чтобы голодные. Раскрыла, и запахи ударили в нос сразу. Колбаса — не дешевая, в шкурке, а хорошая, копченая, с белыми прожилками жира. Сыр — два бруска. Один твердый, желтый, другой — мягкий, сливочный, в рассоле. Овощи: помидоры, плотные, пахнущие солнцем и зеленью и огурцы, пупырчатые, холодные. Груши, мягкие, медовые. Бананы, уже в крапинку, сладкие. И консервы рыбные — хорошие, в банках с ключом.
А еще целая курица на подложке. Рита потрогала — мягкая, липкая. И запах был уже не свежим, тяжелым. Она не убрала ее в морозилку сразу. Забыла, забила. И курица испортилась.
Не зря мама несколько раз ее ругала за привычку откладывать разбор продуктов на потом.
Рита вздохнула. Достала мусорный пакет, выкинула курицу. Не жадничала, не жалела. Просто приняла факт. Остальное разложила — системно, как любит Лера. Колбасу — в контейнер, сыр — в бумагу, овощи — в ящик, фрукты — в вазу, консервы — в шкаф. Холодильник преобразился, из хаотичного склада одинокой девушки он стал… домашним, наполненным.
