— Она просто слишком прекрасна, — ввернул Юра, и Ксюша ощутимо толкнула его локтем в бок. — О понимание прекрасного доступно людям всех возрастов, профессий и наций.

— Ага, — кивнула мама.

И посмотрела на Женю. И было в ее взгляде что-то такое инородное, непривычное, колючее может, отчего я впервые допустил сомнение в том, что понимаю ситуацию правильно.

Наталья Викторовна жила у нас уже вторую неделю. Я тихо ненавидела и избегала ее. Сашка не понимал, что происходит, он никогда не сталкивался с такими вот тихими, бытовыми, женскими войнами.

В воскресенье мне на дежурство было в ночь, но так как режим был нещадно сбит, отоспаться я не смогла и убедившись, что дома никого нет, легла. Сон мой не продлился долго — вскоре я проснулась от заливистого, не принадлежащего свекрови и весьма громкого смеха. Я посмотрела на время — меньше двух часов спала. Уснуть снова мне явно не дадут, получается, меня будет вырубать все дежурство. А потом я вернусь, Саша уйдёт на работу и свекровь снова будет шуметь специально. Сдавшись, я вышла из комнаты.

— О, Женечка, — промурлыкала свекровь. — А к нам Кира заглянула.

Кира мило улыбнулась мне своей идеальной улыбкой, я махнула ей рукой в знак приветствия. Я снова почувствовала себя бледной молью по сравнению с ней, но сегодня это не делало мне больно. Я слишком хотела спать.

— Я спала, — устало сказала я.

— Ой, прости, я не подумала…а почему Саша не выходит, тоже уснул?

Я посмотрела на довольную собой свекровь. На идеальную Киру, в короткой, не по погоде юбке и злорадно усмехнулась.

— А у Саши проект горит, его прямо с утра и выдернули, несмотря на воскресенье.

Я злорадствовала во-первых потому, что свекровь в кои-то веки ничего не знала, во-вторых потому, что план покрасоваться стройными ножками перед моим мужем провалился.

— Как жаль, — протянула свекровь теряя всякую любезность. — Ничего, Кира, мы подождём, может он скоро приедет.

Ждите, подумала про себя я. Мне несколько минут назад пришло сообщение о том, что начальство рвёт и мечет, возможно, до позднего вечера просидеть придется. Я отправилась в душ, высушила волосы и переоделась, планируя свалить из дома. Обуваясь, слышала разговоры на кухне вполголоса, хотя особо и не старалась прислушиваться.

— Кажется, он ее любит, — тихо сказала Кира.

— Когда кажется, креститься надо, — фыркнула свекровь. — Ты в него с пятнадцати лет влюблена, твои чувства тоже надо уважать.

Я глаза закатила, а потом вдруг подумала — эти двое сидят тут и ждут Сашку. И ждать будут долго. Поэтому, воровато оглянувшись, я запустила руку в сумку свекрови. Дверь на кухню была закрыта, но страшно мне было так, что сердце о ребра грохотало — как не услышали только? М в сумке, у свекрови, как назло, столько всего, и гремит все…ключи нашлись в боковом кармашке.

— Забери меня на углу Островского, пожалуйста, — прошептала я в трубку Светке, словно свекровь и тут меня могла услышать, а я уже почти до остановки добежала. — я без тебя не вывезу, ты мне жизненно необходима.

Светка приехала на своей новой красной машинке — подарок влюбленного по уши ухажёра. Светлые волосы небрежно растрёпаны, на губах красная помада, в руках сигарета. Я села на переднее пассажирское и, как на духу, вывалила свой план, пока сама со страху не передумала. Это Светка у нас бесстрашная, а я вот трусиха.

— Авантюристка ты у меня, — выдохнула сигаретный дым Светка. — Но я одобряю, поехали, адрес говори.

Адрес я знала только потому, что Сашка до сих пор был прописан в той квартире, в гости меня свекровь не звала. Доехали быстро, поднялись на этаж. Возле двери я замерла.

— А если там и правда строители? — неуверено спросила я. — Стены штукатурят.

— Тогда скажи пришла с проверкой и пизды всем дай.

С тяжёлым вздохом и не без трепета я подобрала нужный ключ, отперла квартиру и вошла. Пахло вкусно — лимоном и цветами. Чисто, ни пылинки. Ламинат на полу, нисколько не вздувшийся. Стиральная машинка на месте. Обои на месте. Впрочем, кое что от ремонта есть — связанные между собой скотчем рулоны обоев, сложенные в коридоре. Стало быть, ремонт все же планировался. Когда нибудь, зачем спешить, когда можно пожить с любимым сыночком и его нелюбимой женой?

— Чего и следовало ожидать, — сказала Света.

— Саша ни за что поверит.

— Запиши видео.

Тогда Саша будет в шоке от того, что я украла ключи его матери, ворвалась в его дом…я так боялась потерять его, разочаровать его. Но Светка была права, иначе он мне не поверит.

— Запишу, — решительно мотнула головой я.

И записала. Короткий ролик, секунд на сорок, но все в нем было заметно и понятно. В чувством опустошения я заперла квартиру и спустилась вниз.

— Можно я посплю у тебя пару часиков? — спросила я. — Свекровь специально шумит, чтобы я не могла выспаться.

— Поехали, — кивнула моя любимая Света. — А потом тебя до офиса благоверного подкину, напиши, чтоб дождался. Поговорите без лишних ушей.

— Красивая и любимая моя Светочка, — пропела я, и звонко чмокнула ее в щеку.

Мы приехали в Светкину старую квартиру. Я легла в маленькой спальне, которой Света не пользовалась, высокая, железная кровать, старше нас обеих вместе взятых протяжно скрипнула, принимая мой вес, а затем успокоилась, обещая мне крепкий сон. На стене висел ковер — как у моей бабушки когда-то, красный, с загогулинами. Я провела по одной из них пальцем, как когда-то в детстве, ощутила кожей шершавую колкость ковра и тоже, как и кровать успокоилась. Все будет хорошо, а может и не будет, но поспать мне нужно в любом случае.

Женька стояла у проходной, ожидая меня. Она выглядела испуганной, взъерошенной, как промокший воробушек, и одновременно воинственной. Я сразу понял, что дело неладно.

— Соскучилась? — спросил я, поцеловав ее, чтобы немного разрядить обстановку. — У тебя же дежурство.

— Вот сейчас и отвезешь в больницу. Нам поговорить нужно, пошли в машину.

Я открыл дверь Женьке и дождался, когда она сядет. Закурить бы сейчас, неожиданно для себя подумал я, хотя прежде меня на сигареты даже по пьяной лавочке не тянуло. Сейчас бы стоял, затягивался, вдыхая горький дым и имел полное законное право оттянуть предстоящий разговор ещё на пару минут. Но сигарет не было, хотя я даже по карманам себя похлопал, словно они там когда-то бывали.

— Говори, — вздохнул я, садясь в машину.

Вместо слов Женька протянула мне свой разблокированный телефон и ткнула на экран, запуская видео.

— Смотри.

— Это мамина квартира, — растерялся я. — Ты разве там была? Не помню…

— Просто смотри.

Это и правда квартира моего детства. Чистота. Я даже мог воспроизвести на память запах, там всегда так пахло, свежо, и самую малость терпко, цитрусами. Я послушно досмотрел.

— О чем это должно было мне сказать?

Женька закатила глаза, досадуя на мою тупость.

— Это видео я сняла сегодня.

— Ты проникла в мамину квартиру? — дошло до меня. — Без позволения? Ты ключи украла? Женя, это аморально…

— Идиот! — рассердилась Женя. — Ты видишь, что там никаких следов затопления или ремонта? Обои она купила, да, наверное, чтобы тебе продемонстрировать обновления потом. У нее там нет ремонта, она просто так к нам заехала!

— Но зачем?

— Чтобы внести между нами разлад. Чтобы мы ссорились, у нее это прекрасно получается. Чтобы довести меня до истерики депривацией сна. Чтобы наша сексуальная жизнь сошла на нет и мы не сделали ей неугодного внука.

— Но зачем?

— Да потому, что она меня ненавидит!

Я откинулся на подголовник и закрыл глаза. Я устал от всей этой ситуации. Я хотел, чтобы все было как раньше, до свадьбы, до возвращения мамы из Европы. Чтобы мы просто были вместе и одного этого нам хватало для счастья, а сейчас просто по пизде пошло.