Первый прорыв в Российской Империи произошел в небольшом поселении где-то в Сибири. Простой люд оказался категорически не готов к такого рода сюрпризам: к тому, что барин теперь может тебе не только плетей насыпать, но еще и задницу файерболом подпалить они, худо-бедно, привыкли, а вот нашествие демонов не оценили. Твари из разломов между реальностями сыпались самые разнообразные: одни походили на чудовищных зверей, другие были бесформенные и бестелесные - они могли растворяться в темноте и появляться в другом месте в одно мгновение, третьи вообще выглядели как драконы. Но кто бы не приходил из-за черты, их приход всегда сопровождался разрывом ткани реальности, искажением материи мира.

Местным аристократам ничего не оставалось кроме как начать борьбу с этими зверушками - нет, ну а как, если какие-то трехголовые собаки будут периодически безнаказанно жрать крестьян из твоей деревни то, во-первых, крестьяне разбегуться, а во-вторых, рано или поздно эти твари доберуться и до тебя. В итоге, аристократы со временем научились не только давать бой демонам, но и запечатывать прорывы. Но каждый раз, когда один прорыв запечатывался, вскоре случался новый. Вдали от крупных городов, где влияние магов было слабее, прорывы происходили часто и неконтролируемо, а в столицах и больших городах они почти всегда сдерживались, но вот сейчас, кажется, что-то произошло...

Прокрутив все это у себя в голове, я принялся что было зрения пялиться в одно из витражных окон, пытаясь разглядеть хоть что-то в утреннем небе. Я ожидал увидеть все, что угодно: трещину в небесах, напоминающую гигантскую рваную рану, из которых сплошным потоком будут течь на землю демоны, или же что-то похожее на затмение солнца, на худой конец, дракона, парящего в небе над Заячьим островом с когтями, длинными, словно кинжалы, и кожей, покрытой пульсирующими жилами и шипами… Меня устроило бы и что-то похожее на око Саурона, горящее ярким желтым огнем и источающее дымящийся черный туман в этот мир. Но я ничего не увидел. Ни-че-го... Только солнце, встающее над Невой.

Тем не менее, служители Ордена, которые уже столпились в зале, были не на шутку взволнованы:

- Это невозможно… - повторял себе под нос Патриарх, но затем он резко повернулся ко мне и спросил. - Это твоя работа?!

Я лишь пожал плечами - я то тут причем?

- Конечно нет, - ответил сам себе глава Церкви Российской Империи. - Но как...

- Святейший Владыка, мы должны спешить, - подал голос стражник. - Город под атакой…

Патриарх стиснул зубы, на его лице отразилась вся гамма чувств от разочарования до глубокой ярости.

- Твоя казнь откладывается, - наконец процедил он сквозь зубы. - Но не думай, что демоны спасут тебя.

- Как скажешь, Святой Отец, - хмыкнул в ответ я. - Тебе, кажется, есть чем заняться и без меня. У тебя тут целый город, который надо спасать.

Надеяться на то, что в хаосе демонического прорыва обо мне просто забудут не приходилось: двое служителей Ордена, едва ли не пинками, "проводили" меня до уже знакомой камеры, втолкнули внутрь и без лишних слов заперли дверь. Я так и не увидел ни одного, даже самого завалящего демона, а стражники не сочли нужным отвечать ни на один из моих вопросов о Лизе или Александре, за которых я очень переживал.

Время в камере тянулось невыносимо долго: я ходил из угла в угол как заведенный повторяя слова призыва Херобора, но сущность или была слишком занята (может своих встречал) или просто не желала приходить на мой зов. Или же я что-то все-таки напутал со словами. Я даже пытался ругаться на бестелесную тварь и торговаться с ней, то угрожая самыми страшными на мой субъективный взгляд карами, то суля все, что только он захочет, за помощь или хотя бы за информацию о Лизе и Александре. Ответом мне была только тишина.

Я уже почти сдался, когда услышал очень странный приглушенный звук, который шел, кажется, все из того же угла с надписями.

- Наконец-то, - приветствовал я Херобора, но тень так и не появилась.

А звук, звучавший кажется прямо из глубины стены и похожий на скрежет камня о камень, стал слышаться отчетливее. Спустя минут пять, я с удивлением увидел, как каменная кладка в дальней части камеры начинает медленно раздвигаться. Огромные глыбы, которые веками оставались неподвижными, начали двигаться, расползаясь в стороны. Пыль полетела в воздух, оседая на полу, и вскоре в стене образовался проход, узкий, но достаточный для того, чтобы в него можно было пролезть.

Я помедлил несколько секунд, подошел к проходу и выглянул наружу, едва не столкнувшись нос к носу с невысоким полным мужичком, с весьма заметной лысиной на макушке и в очках. Одет визитер был в серый спортивный костюм и кроссовки, и стоял на крохотном каменном выступе в стене. От неожиданности, гость коротко вскрикнул и едва не свалился со стены, но прямо под его ногой из каменной кладки крепости услужливо выехал еще один булыжник, образуя опору.

- Виктор Демидов? - тихим и мягким голосом спросил толстячок.

Я кивнул.

- Позвольте представиться, Сергей Иванович Риттих, гофмейстер Двора Его Императорского Величества, министр земледелия и землепользования.

С этими словами толстячок немного склонил голову и я неуклюже кивнул в ответ:

- Виктор, - тупо повторил я свое имя.

- Знаю-знаю, - торопливо ответил тот. - Простите великодушно, но времени мало, представимся по форме друг другу чуть позже. Нам с вами нужно уходить...

- Не могу не согласиться, Сергей Иванович, - удивленно проговорил я, - но есть одно но.

- Какое же?

- Княжна Троекурова и Александр Альский. Без них я не пойду!

- Конечно-конечно, - снова торопливо протараторил гофмейстер. - Они должны пойти с нами. Знаете ли вы где они?

Я отрицательно помотал головой.

- Что же, это несколько усложняет ситуацию, но, думаю мы справимся. Идемте же!

Гость начал спускаться вниз прямо по стене из которой один за другим выходили камни, образовывая некое подобие лестницы. Я последовал за ним к лодке, которая качалась на волнах в тумане здесь же и которую я сразу не заметил. Когда последний шаг был сделан и мы оба оказались в лодке, камни на стене снова начали двигаться, возвращаясь на свои места и оставляя тюремную камеру такой же, какой она была.

- Как вам удалось сделать это так легко? - спросил я, вспомнив, как Александр рассказывал мне о стенах склада, которые нельзя было разобрать из-за защиты местных геомантов. Сомневаюсь, что в крепости такой защиты не было.

- Ну-с, - застенчиво усмехнулся Сергей Иванович. - Не даром я министр. А камень, кстати, очень послушен тому, кто знает его язык. И мне достаточно просто попросить, чтобы он уступил мне дорогу.

* * *

Надувная лодка без весел и мотора мерно покачивалась на темной глади Невы у самых стен Петропавловской крепости. Солнце уже взошло, но резиновое суденышко от чужих глаз скрывала завеса густого тумана, так удачно задержавшегося сегодня на острове.

На борту находились трое: высокий парень кавказской внешности, молчаливый и сосредоточенный на том, чтобы все прошло максимально быстро и четко; некромант-недоучка, который все время нервно ерзал по сиденью и вертел по сторонам своей бестолковой головой, из-за чего кавказец вынужден был постоянно держать лодку в равновесии, не давая ей слишком сильно раскачиваться или накреняться; и толстячок в сером спортивном костюме, вот уже несколько минут сосредоточенно разглядывающий каменную кладку Петропавловской крепости.

Господин Риттих тяжело вздохнул, поправил очки, сползшие на нос, и приложил ладонь к стене. Так - как он сам это называл - гофмейстер разговаривал с камнями. А если говорить точнее, в данный момент он выспрашивал у них внутреннюю структуру огромного замка, занимавшего весь остров. Толстые крепостные стены, высокие башенки, колонны, лестницы, даже здания внутреннего двора и причалы - каждый камушек для министра был частью единого огромного организма, каждый мог рассказать свою историю и поделиться информацией. Подняв ладонь, гофмейстер мягко повел ею в воздухе, словно поглаживая крепость и в ответ камни начали отозваться ему шепотом.