Полет прошел нормально. Все было сделано как и планировалось. Только вместо клена, молодой Степан Петрович предложил посадить дуб. Он и прочнее и живет дольше. Место, которое он выбрал было очень удачным. Широкое открытое пространство на высоком берегу реки. В центре поляны вырыли яму, положили тщательно упакованную коробку и сверху над ней посадили саженец дуба. Рядышком, молодой Степан Петрович, приладил деревянную дощечку с выжженной электровыжигателем надписью — «Мурзик» и силуэтом кота.

— Это зачем? — спросил подселенец.

— Чтобы никто не разрыл. Пусть думают, что тут похоронен кот. Никто не станет рыться в кошачьих костях.

— Верно!

Закончив работу, они вернулись обратно в квартиру Рябининых.

— Ну что, — сказал подселенец, — пора прощаться, молодой. Мне пора, я уже больше, наверное, не вернусь. Ложись на диван.

— Зачем?

— Тебе сейчас блокируют воспоминания обо мне.

— Почему? — удивился молодой Степан Петрович.

— Так нужно!

— То есть я о тебе не буду помнить?

— Нет!

— А о том, что мы делали за это время?

— Думаю тоже, по крайней мере, я через сорок лет ничего об этих приключениях не помню. Спасибо за помощь! Прощай!

При этих словах Екатерина Викторовна нажала красную кнопку на пульте. Изображение на экране мигнуло. Послышался голос молодого Степана Петровича:

— Черт, голова как болит. А чего я тут на диване в середине дня валяюсь? И что я делал утром! Вот Сан Саныч, со своей самогонкой, ну его к лешему.

По сигналу свекрови, Света отозвала Степана Петровича. Экран еще раз мигнул и погас. Трансперсонавт очнулся и встал с кресла.

— Вроде бы все прошло нормально, — сказал он, — я не помню ничего из того, что было в прошлом. И он забыл. Я покрутился в его голове, пока Света меня не забрала.

— Отлично, — сказал генерал, — партия переходит в эндшпиль.

Через три дня к офисному зданию холдинга жены Чубатого подъехало два внедорожника. В каждом сидели вооруженные люди. Охрана здания подняла тревогу. Из первой машины вышел высокий молодой человек с дипломатом в руках и направился к входу.

— Вы к кому? — спросил его дрожащим голосом охранник на входе в здание.

— Передайте Вере Григорьевне Соломиной — главе вашего холдинга — что Сергей Александрович Иванов-Бессонов просит принять его по важному, срочному и неотложному делу!

— Вас просят подняться к главе холдинга, — ответил дежурный пропускного пункта, после того, как куда-то позвонил, — Вас проводят.

— Минуточку! — скомандовал другой охранник, и стал водить рамкой металлоискателя спереди и сзади тела Сергея. — Чисто, — бросил он начальнику охраны, который стоял рядом.

— Что в Вашем дипломате? — спросил тот у молодого человека.

— Ноутбук для демонстрации видео файлов.

— Почему не на внешнем носителе?

— Так разве Вы бы позволили мне использовать такие носители на ваших компьютерах? — улыбнулся Сергей. — Из-за опасений, чтобы я не заразил их каким-нибудь «троянским вирусом».

— Тоже верно! — кивнул начальник охраны. — Откройте дипломат, — после чего внимательно осмотрел лежащий там ноутбук и проверил все карманы в дипломате ища спрятанное там оружие.

— Хорошо, все в порядке, — наконец сказал он, — идемте со мной.

Сергей, в сопровождении трех человек, направился к лифту и поднялся с ними на пятый этаж. Там они вышли из кабины, и, пройдя по широкому и длинному коридору, вошли в большую приемную. Сидевшая там — модельной внешности — секретарша, с интересом оглядев Сергея, встала и елейным голосом произнесла:

— Вера Григорьевна Вас ждет!

Сергей и начальник охраны вошли в огромный светлый кабинет. От наблюдательного взора парня не укрылось, что это кабинет женщины. Причем женщины со вкусом. На стенах — оформленных панелями оттенка светлого ореха — висели картины и фотографии с изображением животных и красивых уголков природы со всего мира. Повсюду расставлены вазоны и развешаны кашпо с живыми цветами. В одном из углов помещения стоял огромный аквариум с экзотическими рыбками. Пространство дышало покоем и уютом.

За большим светлым столом в изящном кожаном кресле сидела хозяйка кабинета, здания и всей нефтяной империи Соломиных. Красивая ухоженная женщина, с властным — если не сказать надменным — лицом, выглядящая значительно моложе своего возраста.

— Здравствуйте, Вера Григорьевна! — поздоровался с ней начальник охраны. — Я его привел. Мне остаться?

— Не нужно, Петр Иванович, я не думаю, что они настолько безумны, чтобы напасть на меня в моем же кабинете, — произнесла она строго, но с легко уловимыми нотками иронии, при этом склонив голову к плечу и изучающе взглянув на незваного гостя. — Можете идти! — спокойно ответила его хозяйка.

— Я буду в приемной! — бросил шеф службы безопасности и вышел.

— Здравствуйте, Вера Григорьевна, — поздоровался Сергей, — я присяду? — и не дожидаясь разрешения, прошел к столу для заседаний, который примыкал к столу владелицы кабинета, и сел.

— А Вы действительно наглец! — усмехнулась жена Чубатого. — Правильно муж о Вас рассказывал.

— Надо же, какая честь для меня, — протянул Сергей не нарушая тона беседа. — А он Вам рассказывал, как грязно домогался до моей жены? А десятки лет ранее до моей матери? — невинно спросил Сергей.

— Зачем? Я и так все это знаю. Ваша сокурсница, которая — кстати сказать — еще не является вам официальной женой, ему отказала. Это редкость. Обычно эти малолетние сучки сами рады и сразу набрасываются на него, когда он оказывает им внимание.

— Вы так спокойно об этом говорите? — удивился молодой человек.

— У нас открытый брак. И вообще, это не Ваше дело. Зачем Вы пришли? Дайте догадаюсь, — жена Чубатого на секунду задумалась, — думаю, ваша семейка, трезво все взвесив и оценив, решила капитулировать. И так как старшие члены семьи не решись сделать это открыто, они прислали Вас, в надежде, что я буду к Вам милосерднее! Договориться об условиях. Правильно?

— Не совсем, — Сергей лукаво улыбнулся ей в ответ устраиваясь поудобнее. — Раскрою секрет. Наша семья никогда ни перед кем не капитулирует. Наоборот — это да. Дайте своим сотрудникам задание собрать информацию по теме «Банда Сиплого» и Вам все станет ясно.

— Кто это такой этот Сиплый? — брезгливо спросила дама.

— Он возглавлял самую крупную группировку в округе, куда входил Академгородок в середине девяностых. И в безумии своем наехал на нашу семью. У нас там размещены производственные площади.

— И что? Почему мне это должно быть интересно?

— Он тоже хотел, чтобы мы капитулировали. Представляете, даже требовал у моего отца отдать ему мою маму — на ночь! Прямо как Вашему мужу мою жену захотелось. Наивные простаки.

— И чем все закончилось? — равнодушно бросила Соломина, вроде как ей это все вовсе не интересно.

— Ничем. Просто он и его банда, тридцать восемь бойцов-отморозков, исчезли, — улыбнулся Сергей.

— Как исчезли? — стараясь не выдавать интереса, спросила жена Чубатого.

— Так, — пожал плечами Сергей вроде как с сожалением. — Их никто никогда больше не видел.

— Как это возможно? — не поверила хозяйка кабинета.

— Вот так, — не переставал улыбаться Сергей, — ходили разные слухи. Кто говорил, что они все вместе уехали за границу, — голос Сергея изменился и завибрировал металлическими нотками. — А кто-то видел, как их тела топили в дальних болотах, — он снова улыбнулся, и произнес: — Люди всякое болтают.

Красивое лицо женщины исказила злобная гримаса и она, подавшись корпусом вперед и в упор глядя на наглеца, прошипела:

— Мы не банда шпаны, какого-то мелкого уголовника! Мы огромный холдинг! Вам болот не хватит всех нас утопить! — откинувшись вновь назад, она усмехнулась: — Да вы и не успеете. Вам будет просто некогда. Все свое время вы будете тратить по судам бегая.

Заметив абсолютную невозмутимость своего оппонента, она под другим углом оглядела спокойно сидящего и улыбающегося Сергея, и сказала: