— Что?

— Ничего.

— Ты звала.

— Я...

Она посмотрела на свои руки.

Я увидела.

Не когти.

Кожа вдоль пальцев покрылась тонкой серебристой полосой.

Будто под ней на мгновение проступил свет.

Я подошла.

— Больно?

— Нет.

— Что чувствуешь?

— Щекотно.

Серебро исчезло.

Я провела пальцами по ее руке.

Ничего.

Обычная кожа.

Лея посмотрела на меня.

— Это тоже волк?

Я не знала.

Но уже знала.

— Возможно.

Марк влетел в комнату.

— У меня коготь!

Лея посмотрела.

— Один?

— Пока один.

— У меня было серебро.

— Где?

Она показала руку.

— Уже нет.

— Это нечестно.

— Почему?

— У Леона серебряный волк. У тебя серебро. А у меня один коготь.

Я не выдержала.

— Вы оба замолчите.

Они посмотрели на меня.

— Что?

— Сейчас вы сядете. Спокойно. Никто не бегает. Никто ничего не проверяет. Никто не пытается специально вызвать волка.

Марк медленно убрал руку за спину.

Слишком медленно.

— Что ты собирался делать?

— Ничего.

— Марк.

— Рыкнуть.

Лея закатила глаза.

— Он идиот.

— Я хотел проверить.

— Никаких проверок.

— Хорошо.

— Обещай.

— Обещаю.

Я спустилась за Марой.

Она уже шла наверх.

— Оба?

— Оба.

Мы смотрели друг на друга.

— Значит, трое, — сказала она.

Слова прозвучали тихо.

Трое.

Не один ребенок с поздним пробуждением.

Не случайность.

Все трое.

В одну неделю.

После семи лет абсолютной тишины.

Я почувствовала, как внутри поднимается тот самый страх, который пыталась не замечать.

— Кайран должен узнать.

Мара удивилась.

Еще несколько дней назад я сама бы удивилась сильнее всех.

— Да, — сказала я. — Должен.

Он вернулся раньше, чем мы успели отправить человека.

Вошел во двор вместе с Оскаром.

Я уже ждала на крыльце.

Кайран сразу понял.

— Что случилось?

— Марк.

Его лицо изменилось.

— Началось?

— Да.

— Что именно?

— Коготь. Зуд. Пока без боли.

Он посмотрел на окно.

— А Лея?

— Тоже.

Кайран застыл.

— Что?

— У нее серебристый след под кожей. Исчез через несколько секунд.

Оскар медленно выругался.

Кайран ничего не сказал.

— Теперь трое, — продолжила я.

Он смотрел на меня так, будто все остальные звуки исчезли.

— Одновременно.

— Почти.

— Алира...

— Не говори, что это невозможно.

— Не собирался.

— Тогда что?

Кайран повернулся к Оскару.

— Возвращайся в Серый Хребет.

Я сразу напряглась.

— Зачем?

— Не за детьми.

— Тогда за чем?

Он посмотрел на меня.

— За архивами.

Оскар нахмурился.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Доеду только через два дня.

— Меня не интересует скорость, которая невозможна. Меня интересует, чтобы ты добрался.

— Что искать?

Кайран задумался.

— Все случаи позднего пробуждения в правящем роду. Тройные рождения. Серебряных волков. Нарушения родовой связи после рождения наследников.

Оскар кивнул.

Я вспомнила Ровена.

— И волка под тремя лунами.

Они оба посмотрели на меня.

— Краст говорил про рисунок.

— Верно, — сказал Кайран. — Найди.

Оскар уже собирался идти.

Я остановила:

— И еще.

— Что?

— Ищи не только последние книги.

— Насколько глубоко?

— Насколько возможно.

Кайран кивнул.

— Самые старые записи хранятся отдельно.

— У кого доступ?

Оскар ответил:

— У Альфы, хранителя родовых книг и нескольких членов Совета.

Хранительница.

Велара.

Имя всплыло в памяти неприятно быстро.

Я не видела ее семь лет.

Не хотела видеть еще столько же.

— Кто сейчас хранитель?

Оскар замялся.

Я уже знала.

— Велара, — сказал Кайран.

Внутри все стало холоднее.

— Твоя тетка до сих пор?

— Да.

— Значит, она узнает, что вы ищете.

— Возможно.

— Не возможно. Точно.

Кайран посмотрел на Оскара.

— Тогда не говори ей.

— Как я попаду в закрытый архив?

— Через мой кабинет есть второй вход.

Оскар поднял брови.

— И ты только сейчас мне об этом рассказываешь?

— Потому что раньше ты туда не лез.

— Очень доверительные отношения.

— Оскар.

— Все, понял.

Он ушел собираться.

Кайран остался.

— Покажи детей.

— Они наверху.

— Все вместе?

— Да.

— Хорошо.

Я посмотрела на него.

— Почему хорошо?

— Если признаки начнутся одновременно, лучше видеть всех.

— Ты говоришь как наставник.

— Сейчас я и пытаюсь им быть.

— Только наставником?

Кайран понял вопрос.

— Сейчас да.

Я кивнула.

Поднялись наверх.

Дети сидели на полу в комнате Леона.

Он уже проснулся.

Марк рассказывал про коготь с таким восторгом, будто получил награду.

Лея выглядела спокойнее.

Увидев Кайрана, Марк сразу протянул руку.

— Смотри.

Когтя уже не было.

Он замер.

— Был.

— Верю.

— Правда был.

— Я верю.

— Большой.

Лея сказала:

— Маленький.

— Для первого раза большой.

Кайран присел.

— Зуд остался?

— Немного.

— Покажи пальцы.

Марк дал руку.

Кайран проверил кожу.

Потом посмотрел на Лею.

— А у тебя?

Она протянула обе руки.

— Тут было серебро.

— Только на одной?

— Сначала на правой. Потом немного на левой.

Я удивилась.

— Ты не говорила про левую.

— Оно быстро было.

Кайран нахмурился.

— Жар?

— Нет.

— Слух изменился?

Лея задумалась.

— Не знаю.

— Запахи?

— Нет.

— Что-нибудь внутри?

Она снова подумала.

— Иногда как будто кто-то ходит.

Я похолодела.

— Где?

Лея приложила ладонь к груди.

— Там.

Леон поднял голову.

— У меня тоже так было.

Марк замер.

— И у меня.

Мы все повернулись к нему.

— Когда? — спросила я.

— Вчера ночью.

— Почему не сказал?

Он пожал плечами.

— Думал, живот.

Лея закатила глаза.

— Как можно перепутать волка с животом?

— Я не знал, что это волк.

Кайран сел прямо на пол.

Напротив троих детей.

— Хорошо. Теперь слушайте внимательно.

Они замолчали.

— Если чувствуете что-то новое, говорите сразу. Даже если кажется глупостью. Даже если думаете, что это живот, плохой сон или просто шум.

Марк поднял руку.

— А если нос чешется?

— Если необычно — говори.

— А если просто чешется?

— Тогда почеши.

Леон усмехнулся.

— Не усложняй.

Марк опустил руку.

Кайран продолжил:

— Никаких попыток вызвать обращение специально.

Я посмотрела на Марка.

Он отвел глаза.

— Никаких прогулок в лес без взрослых.

Лея кивнула.

— Никаких драк.

Марк возмутился:

— Я не дерусь.

Леон посмотрел на него.

— Вчера с Томом.

— Это не драка. Он меня толкнул.

— Ты толкнул обратно.

— Это ответ.

— Неважно, — сказал Кайран. — Пока звери пробуждаются, сильная злость может ускорить переход.

Марк сразу стал серьезным.

— Прямо в школе?

— Может.

— Я больше не дерусь.

Лея фыркнула.

— Посмотрим.

— Я серьезно.

— Хорошо.

Кайран посмотрел на всех троих.

— И последнее. Если начинается боль, сразу зовете взрослого.

Леон спросил:

— Даже если терпимо?

— Особенно если терпимо. Потому что потом может стать хуже очень быстро.

Сын кивнул.

Я стояла у двери.

Наблюдала.

Кайран говорил с ними спокойно.

Без власти.

Без приказов Альфы.