Вожделенные штаны, как выяснилось, стоили пятьсот, жилетка тянула на четыреста эр, поэтому копить, как подсчитал на листочке Авдей, предстояло долго. Надо полазать, решил он, и проведать заодно Тётку-шепотуху, авось, ещё чего подскажет. Вот только хорошо бы лезть одному, без компании, чтобы не спалили случайно ни тётку, ни завалы, про которые она знает. Чего бы придумать? Авдей пошатался по району, и наткнулся на компашку мелких — девятилетки игрались во дворе одного из домов, причем игрались в какую-то совершеннейшую ерунду. Авдей покумекал пару минут, затем подошел к мелким, и сказал:

— Чего фигней маетесь? Айда со мной на набережную, там прикольно.

— А чего делать там? — спросил в ответ один из мелких. Это был пацан, повыше всех остальных, в относительно чистой одежде — видать, мамка подсуетилась, прибарахлила ему к каникулам новья.

— Шмелей гонять, — ответил Авдей. — Там забор тёплый, до фига их.

— А зачем? — не понял мелкий.

— Игра такая, — объяснил Авдей. — Типа как в догонялки с ними играть.

— Так мы не умеем, — протянул другой пацанчик.

— А я научу, — хмыкнул Авдей. — Давайте, пошлите, прикольно получится.

Прикольно и получилось. Мелкие покидали камнями в забор, а затем, по наущению Авдея, кинулись врассыпную, кто куда, шмели, разумеется, устремились за ними — ну а чего, они ж тупые — а сам Авдей в этот же момент нырнул сперва в дыру в заборе, а затем в нужный лаз. Прошел подальше, вытащил приёмник. Нормально, до положенной песни больше двух часов, много чего успеть можно. Он посветил вокруг себя, вспоминая дорогу, и направился через подвал вниз, туда, куда и планировал.

— Тёть, я тебе хлебушка принёс, — сообщил Авдей когда Тётка-шепотуха ответила на его приветствие. — Как просунуть-то его? Куда?

— Так ведь некуда, я ж говорила тебе, — ответила Тётка-шепотуха. — Ну, можешь несколько крошек в щелку сунуть, вон в ту. Ага. Сувай, сувай, если мелкие, пролезут. О, вижу. Спасибо тебе, добрый мальчик. Уважил старую.

— Да всегда пожалуйста, — вежливо ответил Авдей.

— Нашел чего на завале? — спросила Тётка-шепотуха.

— Нашел, ага, — Авдей покивал, хотя, конечно, тетке это было всё равно не видно, потому что стоял Авдей далеко от места, которое она могла разглядеть. — Фарфора немножко, и провод. Тёть, а вот мне бы ещё провода, выключателей, и можно изоляторов мелких. Которые как гирьки с дырочкой. Не знаешь, где такое поискать?

— Надо подумать, — ответила та. — Дай-кось соображу. В том завале не ищи, ну, разве только провод. Выключатели, говоришь? Это тебе, наверное, в тайный отвал нужно, там всякое найти можно.

— А чего это такое — тайный отвал? — спросил Авдей.

— Понимаешь, Большой Дом, он же хитро построен был, — принялась объяснять Тётка-шепотуха. — Центральная часть высоченная, и два здания по краям, как крылья. А теперь сам подумай: такая махина на берегу реки стояла, где топко, и не падала, хотя вода совсем близко была. Как считаешь, почему так получилось?

Авдей нахмурился. Он понятия не имел, почему. Может, бетона побольше залили?

— Бетон, наверное, крепкий был, — ответил он наугад.

— Это да, это верно, бетон очень крепкий, — подтвердила тётка. — Но не только бетон, Авдюша. Большой Дом, он был построен, как корабль. В центральной его части подвалы были сильно глубокие, и наискосок шли, чтобы получился как бы киль корабельный, а по бокам построили подвалы помельче, и с большим связали.

— Как это? — удивился Авдей.

— Металлом, балками, стяжками, ну и бетоном крепким, — объяснила тётка. — И работало это так. Центральная часть и себя держала, и крылья, а крылья эти, ну, два дома по бокам, центр балансировали. На качелях же ты качался, да?

— Ага, — покивал Авдей.

— Ну и вот тут то же самое, — Тётка-шепотуха усмехнулась. — Инженерия, понимать надо. Так вот, к чему я это говорила-то. Когда дом падал, центральная его часть ухнула в самый большой подвал, который под ней находился. А подвал провалился в пещеру подземную, которая под ним всё это время была, только не знал никто. Ухнул, и слегка так её засыпал. И вот там, в подвале да в пещере, и получился самый большой завал, про который никто не знает, потому что он глубоко. Соображаешь?

— Ну, типа да, — подтвердил Авдей.

— А теперь смотри. В боковинках жили люди победнее. А кто побогаче, в центре обитали. Значит, самые дорогие вещи, и самые лучшие провода с выключателями где оказались? — спросила Тётка-шепотуха.

— В центре, — озвучил очевидное Авдей. — Ух ты! Здорово как! Там, значит, всё самое хорошее лежало, да?

— Лежало, — согласилась Тётка-шепотуха. — И по сей день лежит, потому что добраться до этого завала дело непростое.

— И никто туда не долез? — удивился Авдей. — Триста лет же лазат все подряд. Небось, порастащили уже всё давно.

— Кто долез, мальчик, тот там и остался, — кажется, Тётка-шепотуха вздохнула. — Потому что сложно там оказаться, да и обратная дорога тоже непростой будет.

— Как это — остался? — спросил Авдей.

— Засыпало их, — буднично ответила Тётка-шепотуха. — Кого от жадности, кого от торопливости, кого по глупости. Но ты мне, мальчик, понравился, поэтому тебе дорогу я подскажу, так уж и быть. Хотя и с условием.

— С каким? — тут же спросил Авдей.

— Желаю я, Тётка-шепотуха, чтобы в гости ко мне приходил почаще, истории мои слушал, и разговором развлекал, — хихикнула Тётка-шепотуха. — Согласен?

— Ну… да, — пожал плечами Авдей. Условие показалось ему как-то даже слишком простым, чего бы и не согласиться.

— И чтобы никому про меня не рассказывал, — уже более строго сказала тётка. — Договорились, или чего?

— Договорились, — кивнул Авдей. — Ну, и как лезть-то туда? А то у меня времени не так много, скоро петь пойду, на улицу надо. Я бы сейчас быстренько сгонял, и…

— Не спеши, — окоротила его Тётка-шепотуха. — Ишь, прыткий какой выискался. Чтобы туда отправиться, подготовка нужна. Просто так не получится.

— А чего надо готовить? — нахмурился Авдей.

— Веревки нужны, хотя бы две. Вода, ну, фляжка. Фонарь…

— Так есть в приёмнике, — перебил её Авдей.

— Это слабый, а нужно сильный, и чтобы батареи надолго хватило. Ещё одежда нужна какая-нибудь старая, но чтобы была тёплая. Там, понимаешь, холодно внизу, ты в своей майке враз замерзнешь. Это уже не совсем подвал, это ж пещера, понимать надо, — строго сказала тётка. — Ещё перчатки хорошо какие-то раздобыть, чтобы руки не подрать, там железа старого много. Ну и рюкзак, чтобы добытое наверх вытащить. Видишь, как всё непросто?

— Ну… да, вижу, — Авдей задумался. — Одежду я дома возьму, свою же, зимнюю. Она уже того, износилась. Мамка сказала, к зиме новую брать будет мне. Рюкзак… одолжу, ну или сопру где.

— Воровать нехорошо, — строго сказала тётка. — Купи.

— На что? — спросил Авдей.

— И врать нехорошо. У тебя в кармане шуршит, эры там, — кажется, Тётка-шепотуха рассердилась, и Авдей испугался — а ну как прогонит. — Продал, небось, то, что я тебе собрать подсказала? Глаза не отводи. Вижу, что продал. Сколько рюкзак новый стоит?

— Семерку, ну или пятёрку, если маленький, — угрюмо ответил Авдей.

— Маленького хватит, большой ты там всё равно не протащишь, — Тётка-шепотуха задумалась. — Веревки есть, где достать? Бельевые не подойдут, надо крепкие.

— У верхолазов можно раздобыть, — вспомнил Авдей. — Они продают, если списанные. Вроде недорого.

— Вот две штуки и купи, только смотри, чтобы были не сильно стёртые. Хотя ты легонький, тебя выдержат. А, и перчатки там же раздобудь, наверно, у них тоже есть, — подсказала тётка.

— Ладно, сделаю, — покивал Авдей. — Фонарь только поискать придётся на барахолке. И фляжку.

— Вот и поищи, — решительно сказала тётка. — Как раздобудешь всё, сюда спрячешь, у меня, и тогда расскажу, как к тому завалу пробираться. Только учти, дело это небыстрое, за два часа точно не управишься.