— Работаю над улучшением жизни в деревне, занимаюсь делами своей школы, в общем забот много, — ответил я. — Но, честно говоря, ты часто приходила мне в голову.

Она подняла бровь, и на её губах снова появилась лёгкая улыбка.

— Надеюсь, что в положительном смысле?

— Конечно, — произнес я с уверенностью. — Ты вдохновила меня. После бала я чувствовал себя повешенным, искал какие-то пути, чтобы сосредоточиться.

Секунды тянулись, и в нашей тишине как будто витала неизречённая связь. Элиана посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнуло что-то глубокое и значительное.

— Я тоже о тебе думала, Лиам, но у меня было столько сомнений. Я не знала, как ты воспримешь моё отсутствие после нашей встречи в саду, — произнесла она, её тон стал более серьезным и задумчивым.

Мысли о том, как она ушла, давили на меня, но я был рад, что она пришла. Теперь у меня появился шанс разобраться со своими чувствами.

— Я не собираюсь оставлять недосказанным то, что произошло, между нами, — сказал я, чувствуя, как слова сами выходят наружу. — Я хочу, чтобы у нас была ещё одна возможность поговорить, давай попробуем начать сначала?

Элиана кивнула, и я увидел, как её сердце откликается на мои слова. Надежда и неизвестность заполнили это пространство вокруг нас, пока я сидел за столом, готовый открыться ей так, как не решался прежде.

Это была не просто беседа — это был момент, когда наши судьбы переплетались снова, и я знал, что не собираюсь упустить его.

— Я должна извиниться перед тобой. Я не должна была уходить тогда. Просто... Просто я испугалась. Испугалась того, что захотела открыться тебе.

Я внимательно слушал её слова, и в них звучало столько искренности и уязвимости, что моё сердце затрепетало. Я понимал, что её страхи были искренними, и это создавало между нами ещё более прочную связь. В этом мгновении я почувствовал, как расстояние, существовавшее, между нами, все последние дни, стало менее значительным.

— Элиана, — произнёс я, стараясь быть максимально поддерживающим, — я тоже испугался. Было так много неопределённости, и я не знал, как подойти к тебе. Мне тоже нужно было время, чтобы понять свои собственные чувства.

Она посмотрела мне в глаза, и я увидел, как понимающим взглядом она воспринимает то, что я говорю.

— Я понимаю это. Я просто не хотела причинять тебе неудобства. Это был момент, когда я почувствовала, что могу быть открытой, и потом, когда я исчезла, я поняла, что это было ошибкой. Я надеялась, что мы сможем продолжить с того места, где остановились, — произнесла она, сглотнув, как будто её слова давались с трудом.

Я чувствовал, как вся неделя тревог и вопросов уходит прочь. Время, которое мы потратили в раздумьях и одиночестве, теперь обретало смысл.

— У нас есть шанс всё изменить, — сказал я, чувствуя, как в груди разгорается надежда. — Если ты готова открыться, я готов делать то же самое.

В её глазах появился огонёк, и на губах вновь заиграла моя любимая улыбка. Она нежно кивнула.

— Я готова. Мне нужно было просто принять решение и понять, что мои страхи не должны управлять мной. Я чувствую, что, между нами, что-то особенное, и я не хочу это упускать, — произнесла она.

Сейчас всё вокруг словно затихло. Мы сидели напротив друг друга, и я знал, что это может быть началом чего-то удивительного.

— Давай попробуем поговорить о том, что нас объединяет и что нам действительно важно, — предложил я, наслаждаясь этим моментом.

Элиана вздохнула с облегчением и наклонилась чуть ближе. Я почувствовал, как между нами началась новая связь, основанная на доверии и открытости. Это был тот шаг, который мы так долго избегали, и теперь он был перед нами, ярким и значимым.

Я готов был влезть в её мир и позволить ей увидеть мой, открывая все свои тайны, сомнения и надежды. В эту секунду я знал — с этого момента у нас было всё, чтобы построить нечто прекрасное.

Сбежав с того бала, я понимала, что Лиам будет расстроен. Но мне было необходимо разобраться в себе. Я же не могла сказать ему, что позволила подойти к себе так близко только потому, что он был моим заданием? Всё было очень тяжело.

Эта неделя, прошедшая после бала, была для меня временем глубоких размышлений и самоанализа. Я сбежала, потому что понимала, что мои чувства к Лиаму накалились, и это обострило мои внутренние страхи. Я не могла позволить себе поддаться ему, не понимая настоящих причин своего влечения.

Каждый момент, который я провела с ним в саду, теперь казался наполненным двусмысленностью. Как будто в тот миг, когда я открылась ему, я предала собственную задачу. Его обаяние было неоспоримым, но для меня он значил гораздо больше, чем просто мужчина. Он перевернул мой мир, став чем-то неизмеримо большим, чем обычное поручение. Это и давило на мою совесть.

Я все чаще ловила себя на том, что мечтаю о том, чтобы на самом деле открыть ему свою душу. Но как же мне рассказать ему правду о своих намерениях? Не могу же я признаться, что началось это все с тщетного задания, которое мне поручили. Я боялась, что это может навсегда разрушить ту связь, которую мы начали строить.

Я потратила дни, пытаясь сбежать от этой мысли, но чем больше я пыталась игнорировать свои чувства, тем яснее становилась моя настоящая борьба. Лиам стал не просто частью моего задания, он стал той частью мира, которой я действительно хотела бы быть.

Снова и снова я пыталась уяснить, что же для меня важнее: чувство долга или эти, пылкие эмоции, которые я пыталась тщательно скрыть от самой себя? Я не могла пренебрегать своими обязанностями, но понимала, что игра с его сердцем приведет лишь к боли.

Я находилась в своём поместье, когда меня навестил он — человек, который повторял, что я должна втереться в доверие к графу. Икар или Багровая рука.

Когда я увидела его, сердце моё забилось быстрее. Он настоящий мастер манипуляций, всегда в тонусе, с изысканными манерами и холодным взглядом. Он явно знал, как манипулировать окружающими, и это внушало мне одновременно и страх, и интерес. Но самым важным было то, что его цель была очевидна — он хотел, чтобы я сблизилась с графом.

— Элиана, — произнёс он, заходя в моё поместье, разглядев обстановку и повинуясь видению того, что я должна была выполнить. — Я пришёл напомнить тебе о твоём задании.

Я сделала шаг назад, стараясь подготовиться к разговору. Его слова были как нож, вонзающийся в мои уже не совсем определённые чувства. В конце концов, я стремилась понять, что на самом деле важно для меня.

— Я знаю, Икар, что моё задание было важным, — ответила я, стараясь избавиться от чувства вины. — Но за последнюю неделю многое изменилось. Лиам стал... не просто частью плана.

Его взгляд, словно магнит, приковал меня, проникая в самую суть, будто он взвешивал мою волю.

— Это не место для эмоций, — вежливо произнёс он, его тон был холоден, но ненавязчив. — Мы знаем, что это всего лишь игра. Граф не твой друг, он средство для достижения главной цели. Ты должна помнить об этом, Элиана.

Я почувствовала, как уверенность колебалась. Да, я понимала свою задачу, но в последнее время эти понятия начали перемешиваться. Я не могла игнорировать свои чувства, которые начали развиваться к Лиаму.

— Я знаю, — произнесла я, глядя на него с усиливающейся внутренней борьбой. — Но возможно… Я понимаю, что это может оказаться опасным.

Икар рассмеялся, но его смех был полон пренебрежения.

— Опасность — это часть игры, Элиана. Ты должна использовать его чувства, чтобы добиться своего. Запомни, он должен остаться с отделанной и душой, и головой. Не позволяй себе увлечься. Граф — дублирующий объект, а его сочувствующая природа — лишь инструмент в нашей игре.

Я не знала, как и что ему ответить. В голове снова зазвучали слова, которые он произнес раньше: «втереться в доверие». Но в тот же момент я так и не хотела предавать свои собственные чувства. Чего я действительно добивалась? Неужели все эти эмоциональные волнения ради интересов Икара?