Шесть тридцать.

Сердце ёкнуло.

Я быстро собрала вещи, попрощалась с коллегами и вышла на улицу. Вечерний воздух был прохладным, но внутри горело.

«А что, если он не приедет?»

Мысль ударила неожиданно. Вдруг это была просто игра? Вдруг он уже получил то, что хотел?

— Не заставляй себя ждать, — раздался знакомый голос за спиной.

Я резко обернулась.

Денис стоял в паре шагов, руки в карманах, лёгкая ухмылка играла на губах. Сегодня на нём была тёмная рубашка, слегка расстёгнутая у горла. Он выглядел… сексуально, маняще и опасно.

— Я не ждала, — солгала я.

— Врунья, — он сделал шаг вперёд. — Ты считала минуты.

Я хотела что-то ответить, что-то остроумное, дерзкое, но он уже взял меня за руку и потянул к машине.

— Куда мы едем? — спросила я, когда он завёл двигатель.

— Ты боишься?

— Нет.

— Тогда какая разница?

Я промолчала. Впервые не зная, как обличить свои чувства и мысли в слова.

Машина тронулась, городские огни поплыли за окном. Я смотрела на профиль Дениса, на его сильные пальцы, сжимающие руль, и чувствовала, как внутри снова разгорается тот самый огонь.

— Денис, зачем я тебе? — неожиданно для себя спросила я.

Он на секунду перевёл взгляд на меня.

— Потому что так хочу.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который тебе нужен.

Я отвернулась к окну. Упрямый, дерзкий мальчишка, вот только этот мальчишка сейчас выглядел как опытный мужчина, а я рядом с ним чувствовала себя молоденькой студенткой.

Через двадцать минут мы остановились у большого дома на окраине города.

— Где мы? — настороженно спросила я.

— У меня.

Мои пальцы непроизвольно сжались.

— Я не…

— Не бойся, — он открыл дверь. — Я не собираюсь знакомить тебя со своими родителями. Мы будем одни.

Дверь закрылась за нами с тихим щелчком. Я стояла посреди просторной гостиной, ощущая, как сердце колотится где-то в горле. Интерьер был минималистичным: чёрная кожаная мебель, тёмные шторы, несколько картин в стиле абстракционизма. Всё говорило о его характере: холодная сдержанность снаружи и скрытая страсть внутри.

— Нравится? — Денис упёрся бедром в спинку дивана.

— Неожиданно, — пробормотала я оглядываясь.

Он рассмеялся, подошёл так близко, что я почувствовала тепло его тела.

— Чего ты боишься?

— Я не боюсь.

— Лжёшь.

Его пальцы скользнули по моей шее, заставив мурашки, побежать по спине.

— Ты дрожишь.

— От холода, — соврала я.

— Какая же ты врунья, — он наклонился, губы почти коснулись моей кожи. — Ты дрожишь, потому что хочешь меня. Признайся уже наконец.

Я отвернулась, но он поймал мой подбородок, заставив посмотреть в глаза.

— Скажи.

— Нет.

— Скажи, — его голос стал тише, но твёрже.

Я сглотнула.

— Да…

Он улыбнулся, довольный, и резко притянул меня к себе. Его поцелуй был жадным, властным, лишающим остатков рассудка. Я ответила с той же страстью, вцепляясь в его волосы, забыв обо всём.

— Вот видишь, — он оторвался, оставляя мои губы обожжёнными. — Как просто. Стоит только себе разрешить.

Его руки скользнули под мою блузку, тёплые ладони обхватили талию, а большие пальцы провели по рёбрам, заставив меня вздрогнуть.

— Денис… — прошептала я, но он уже прижал меня к стене, пригвоздив своим телом.

— Ты помнишь, как было вчера? — он прикусил мочку уха, и я застонала. — Ты помнишь, как кончала на моих пальцах?

— Прекрати…

— Нет, — его рука резко опустилась ниже, ладонь прижалась к моему животу, заставляя меня выгнуться. — Мне нравится вспоминать тебя такую расслабленную.

Я закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы уже расстёгивают молнию на моей юбке.

— Открой глаза, — приказал он.

Я повиновалась.

— Хорошая девочка, — он улыбнулся, и эта улыбка сожгла последние остатки стыда.

Юбка упала на пол. Его руки скользнули по моим бёдрам, стаскивая трусики вниз.

— Ты мокрая, — прошептал он. — Уже.

Я не стала отрицать. Я сама не понимала, как он так действует на меня, но в его присутствии между ног всегда становилось мокро, трусики промокали мгновенно.

Его пальцы вновь нашли ту самую точку, и я закусила губу, чтобы не закричать.

— Не сдерживайся, — он ускорил движения. — Я хочу слышать тебя.

И я сдалась.

Мир сузился до его прикосновений, до его голоса, до жара, разливающегося по всему телу.

— Денис… я…

— Всё хорошо. Расслабься. Никто не узнает о нас.

Не знаю, повлияли эти слова на то, что произошло дальше, или нет. Но мне стало так всё равно. На чужое мнение, на то, что обо мне подумают. Я просто хотела, чтобы это не заканчивалось. Чтобы Денис продолжал меня ласкать,и я, наконец, получила его всего, хотя бы на пару часов почувствовать и узнать каково — это быть в постели с мужчиной, который возбуждает одним только взглядом.

Его пальцы вошли в меня с привычной уже уверенностью, будто это место принадлежало ему всегда. Я вскинула голову, впиваясь ногтями в его предплечья, чувствуя, как внутри всё сжимается вокруг них.

— Так лучше, да? — он дышал мне в губы.

Я могла только кивнуть, слова застряли где-то в горле, превратившись в прерывистые стоны.

Денис усмехнулся, прижал меня сильнее к стене и внезапно опустился на колени. Его горячее дыхание обожгло внутреннюю поверхность бедра, а затем — язык. Длинный, влажный, бесстыдный удар прямо по самому чувствительному месту.

— А-а-а! — я вцепилась в его волосы, не понимая, то ли оттолкнуть его прочь, то ли прижать ближе и наслаждаться тем, что вытворяет его язык.

Он не останавливался. Ладонь прижала моё бедро к стене, открывая меня полностью, а его рот работал с методичной жестокостью — то широкие плоские удары, то быстрые щекочущие движения кончиком, то сжимающие губы, заставляющие кричать.

— Я… Денис, я не… — бессвязно бормотала я, чувствуя, как тает мозг.

— Кончай, — он вонзил в меня два пальца. — Сейчас же.

Тело взорвалось белым светом. Ноги затряслись так сильно, что он едва удержал меня, продолжая пить мои судороги, пока я не начала слабо отталкивать его голову.

— Боже… боже… — я сползала по стене, но он подхватил меня на руки и за несколько шагов преодолел расстояние до дивана и бросил на него.

Рубашку Денис даже не стал расстёгивать, просто сорвал. Пуговицы с тихим стуком катились по полу. Пряжка на его ремне брякнула, а ремень расстегнулся со зловещим шелестом. Я смотрела, как он спустил брюки вместе с боксерами освобождая напряжённый большой член, от вида которого заныло всё внутри. Я хотела его. Хотела ощутить внутри себя.

— Ты хотела знать, каково это? — он навис надо мной, одной рукой прижимая мои запястья над головой. — Сейчас узнаешь.

Я видела только его глаза — тёмные, голодные — и ощущала жар его кожи, когда он вошёл одним резким толчком. Я ахнула, наслаждаясь пьянящим чувством наполненности. Зажмурилась, привыкая к его размеру, но он не дал времени — начал двигаться, сначала медленно, затем всё быстрее.

— Открой глаза, — хрипло приказал он. — Смотри на меня.

Я повиновалась. Его лицо было искажено гримасой наслаждения, на лбу блестел пот, а губы плотно сжаты.

— Ты… охуенная…такая тугая, как будто для меня…специально, — он прорычал, впиваясь пальцами в мои бёдра.

Я чувствовала, как внутри нарастает новое напряжение, странное и незнакомое — глубже, острее, чем раньше.

— Денис… — шептала я.

— Не сдерживайся, — он резко перевернул меня на живот, приподнял бёдра и вошёл сзади, заставив вскрикнуть. — Кричи, Маша. Кончай. Сколько захочешь.

Его ладонь скользнула между моих ног, большой палец надавил на клитор, и мир снова взорвался. Он продолжал двигаться. Врезался в мою податливую плоть с влажными шлепками. Я зарычала в подушку, чувствуя, как он теряет ритм, его пальцы впиваются в мои бока, а горячее дыхание обжигает спину.