— Маша, — он с хриплым стоном выдохнул мое имя.

Мы рухнули на кровать, его тело прижало меня к матрасу. В комнате стояла тишина, нарушаемая только нашим тяжелым дыханием.

— Теперь поняла, зачем нужно было ко мне приехать? — он провел пальцем по моей спине, оставляя мурашки. — У меня бы не пришлось сдерживаться.

Я не ответила. В голове уже звучал голос разума, напоминая о всех причинах, почему это неправильно. Но в этот момент, в его объятиях, мне было плевать на причины.

— Завтра едем ко мне. Я буду знакомить тебя со своими родителями. И только попробуй сбежать.

Солнечный свет пробивался сквозь занавески, когда я открыла глаза, посмотрела на часы. Уже двенадцать. Рядом спал Денис, его рука тяжело лежала на моей талии, прижимая к себе даже во сне. Я осторожно попыталась выбраться, но он тут же проснулся, крепче обнял и притянул к себе.

— Куда собралась? — его голос был хриплым от сна, губы коснулись моего плеча.

— Уже двенадцать, там Лена, наверное, уже… — начала я, но в этот момент раздался стук в дверь.

— Спящие красавцы, завтрак на столе! — голос Лены звучал насмешливо.

Мы переглянулись. Денис ухмыльнулся и первым встал с кровати, натягивая штаны. Я поспешно надела пижаму, всё ещё чувствуя на коже следы его прикосновений.

На кухне пахло кофе и свежими тостами. Лена, уже одетая, разливала по кружкам ароматный напиток. Её взгляд скользнул по нам, и в уголках губ заплясала улыбка.

— Ну что, помирились? — она протянула нам кружки.

Денис вместо ответа придвинул мой стул вплотную к своему и обнял за плечи. Я чувствовала спиной даже сквозь ткань его обнажённую твёрдую грудь. Лена покачала головой, но в её глазах я заметила что-то вроде зависти.

— Я сегодня собиралась по магазинам съездить, — сказала Лена, откусывая тост. — Нужно кое-что купить. Маш, ты со мной?

Я потянулась за кофе, чувствуя, как Денис трогает мои волосы, от чего по спине волной побежали мурашки.

— Я… я думала сегодня просто отдохнуть. Поваляться в постели и ничего не делать, — ответила я, избегая взгляда подруги.

— А как же наша сегодняшняя встреча? — вдруг сказал Денис, поворачивая моё лицо к себе пальцами.

Я уставилась на него не понимая.

— Мы сегодня едем ко мне, — напомнил он, его глаза стали серьёзными. — Я хочу познакомить тебя с родителями.

Кофе в моей кружке вдруг показался слишком горьким. Я почувствовала, как Лена замерла с тостом на полпути ко рту.

— Серьёзно? — выдохнула я. — А я думала у нас с тобой просто интрижка, — я попыталась пошутить, но Денис даже не улыбнулся.

— Я никогда не шучу насчёт тебя, — он поцеловал меня в лоб, но в его голосе звучала сталь. — Мы выезжаем в два часа. У тебя есть время привести себя в порядок.

Лена резко встала, задев стол.

— Ну, мне пора, — сказала она слишком бодро и словно в насмешку добавила. — Желаю хорошо провести время.

Я готова была её придушить, но Лена на то и Лена. Она всегда была такой. Когда дверь за ней закрылась, в кухне повисло напряжённое молчание. Денис продолжал спокойно пить кофе, его рука всё также лежала на моём плече.

— Ты даже не спросил, хочу ли я этого, — прошептала я.

Он посмотрел мне в глаза, и в них я увидела ту самую опасную искру, от которой у меня перехватывало дыхание.

— Ты хочешь, — просто сказал он. — Просто боишься в этом признаться.

Его губы коснулись моих, перекрывая все возможные возражения. В голове уже крутились мысли, что будет дальше, как примут его родители мой возраст, а если всё действительно серьёзно, то куда это приведёт? Но когда он целовал меня так, ничто больше не имело значения.

Я сидела в кожаном кресле Mercedes, нервно теребя край своего нового платья. Оно было тёмно-синим, строгим, но подчёркивало фигуру — именно то, что я искала после двух часов метаний по магазинам.

«Не слишком откровенно, но и не слишком вычурно», — повторяла я себе перед зеркалом. Каблуки — ровно пять сантиметров, чтобы опять же не выглядеть вульгарно. Духи — лёгкий цветочный аромат, почти неуловимый.

Денис ловко переключал передачи, его сильные руки уверенно лежали на руле. Он выглядел потрясающе в даже в обычной чёрной футболке и джинсах. Я украдкой наблюдала, как солнечные блики играют на его резком профиле.

— Ты скрипишь зубами, — внезапно заметил он, не отрывая взгляда от дороги. Его большой палец провёл по моей сжатой челюсти. — Перестань. Их мнение ничего не значит для меня. Но я уверен, маме ты понравишься.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках.

— А если нет? Твой отец…

— Мне плевать на его мнение, — отрезал Денис, но я заметила, как напряглась его челюсть.

Машина свернула на аллею, окружённую вековыми дубами. Впереди показался особняк в классическом стиле — трёхэтажный, с колоннами и огромными окнами. Моё сердце бешено заколотилось.

— Боже… — вырвалось у меня. Я, конечно, знала, что Денис из богатой семьи, но не ожидала такого размаха.

Денис припарковался рядом с новеньким Range Rover.

— Не волнуйся, — сказал он, задерживая мою руку перед выходом. — Всё будет хорошо.

Мы подошли к массивной дубовой двери с витражными вставками. Ещё не успели открыть дверь, как она сама распахнулась, и перед нами возникло… облако.

— Наконец-то! — зазвенел женский голос, и я разглядела в этом облаке круглое розовощёкое лицо с лучистыми глазами. Мать Дениса оказалась пышной, уютной женщиной в бежевом сарафане, от которой так и веяло домашним теплом.

Она тут же схватила меня в объятия, и я утонула в аромате свежей выпечки и лаванды.

— Какая же ты хрупкая! — воскликнула она, держа меня на расстоянии вытянутой руки. — Дениска, ты её кормишь вообще?

Денис закатил глаза, но улыбнулся.

— Мама, перестань смущать Машу.

Я хотела что-то ответить, но в этот момент из глубины дома раздались тяжёлые шаги. По коридору шёл мужчина — высокий, под два метра, с осанкой военного. Его холодные серые глаза мгновенно меня «просканировали».

— Мой отец, Игорь Сергеевич, — сухо представил Денис.

Мужчина кивнул, едва заметно.

— Добрый день, — процедил он. Голос был низким, бархатистым, но в нём не было ни капли тепла.

Мы прошли в гостиную — просторную комнату с высокими потолками, где всё говорило о достатке: антикварная мебель, настоящий камин, семейные портреты в позолоченных рамах.

— Садись, дорогая, — мать Дениса усадила меня на диван рядом с собой. — Я так много о тебе слышала! Денис говорит, ты преподаёшь литературу?

Я кивнула, чувствуя, как взгляд отца Дениса буквально прожигает меня насквозь.

— Да, русскую литературу XIX века, — ответила я, стараясь говорить чётко.

— Ой, как интересно! — воскликнула мать. — А Денис у нас с детства любил Достоевского!

— Ничего интересного, обычная училка, — отозвался обо мне Игорь Сергеевич и резко добавил, прерывая нашу беседу. — Чай, Ирина!

И тут же в комнату вошла женщина в белом переднике с подносом на руках.

Боже, у них ещё и прислуга, — пронеслось в голове.

Мать Дениса покачала головой.

— Не обращай внимания, — шепнула она мне. — Он со всеми так. Даже с нашим котом.

— Так сколько вам лет, Мария? — спросил он, ставя передо собой фарфоровую чашку.

Комната замерла. Кажется, даже Денис перестал дышать.

— Двадцать восемь, — ответила я, глядя ему прямо в глаза.

Он медленно кивнул, делая глоток.

— Ясно.

В этом одном слове было всё: «Слишком старая для моего сына. Сомнительные намерения. Временная прихоть».

Мать Дениса засуетилась:

— Ой, да что за вопросы! Возраст — ерунда! Главное — чтобы любили друг друга!

Но напряжение уже висело в воздухе. Я взяла чашку дрожащими руками, понимая, что прохладный приём отца — это только начало. И самое страшное было то, что в глубине души я боялась — а вдруг он прав? Вдруг я действительно здесь старая для Дениса?