— Маша… чёрт…

Он кончил со стоном, вдавливая меня в диван всем весом.

Тишина.

Только наше тяжёлое дыхание и стук сердца в висках.

Денис первым нарушил молчание:

— Ну что, преподавательница? — он провёл ладонью по моей потной спине. — Первый урок усвоен?

Я не ответила. Не могла.

Где-то в комнаты тикали часы, отсчитывая секунды тишины. Я лежала лицом вниз, чувствуя, как его семя медленно вытекает из меня, тёплое и липкое.

Денис первым нарушил тишину. Его пальцы скользнули по моему позвоночнику лениво, по-собственнически, как будто я уже давно принадлежала ему. Прижал к себе на секунду и отпустил.

Тепло его тела исчезло, когда он поднялся с дивана. Я тоже села, чувствуя, как пот медленно остывает на коже. В комнате пахло сексом и нашими телами.

— Водка или вино? — Денис стоял у мини-бара, его спина напряжённая и блестящая от пота. Он чувствовал себя, раскованно находясь абсолютно обнажённым. Уверенный в себе и своей привлекательности. Ни грамма стыда или смущения. Только этот наглый взгляд, который соскользнул с моего лица на грудь. И его член тут же колыхнулся приподнимаясь.

— Водка, — прошептала я, потому что вино казалось сейчас слишком невинным.

Он фыркнул, налил два бокала, в мой добавил лёд и вернулся, сев рядом так, что его голое бедро прижалось к моей ноге.

— Пей.

Я сделала глоток, и огонь растёкся по горлу, заставив, наконец, прийти в себя.

— Ну как? Всё норм? — шепнул Денис.

Голос звучал неожиданно мягко, почти заботливо. Я повернула голову, откинувшись назад. Двигаться совсем не хотелось. Я не узнавал себя. Вот так сидеть голой на диване под пристальным взглядом мужчины было не свойственно мне. Но то ли я так устала, то ли уверенность ДЕниса передалась мне вместе с его спермой.

— Не знаю.

Он усмехнулся, тоже откинулся на спинку дивана и потянулся за сигаретами на столике.

— Честный ответ. Мне нравится. Кажется, ты начинаешь исправляться.

Я наблюдала, как он закуривает, как дым кольцами уплывает к потолку. Его профиль в полумраке выглядел особенно резким: высокие скулы, тёмные брови, пухлые губы, которые только что были везде.

— Ты часто так… — я запнулась, подбирая слова.

— Часто что? — он повернулся ко мне прищурившись.

— Разводишь женщин.

Денис рассмеялся, резко выдохнув дым.

— Во-первых, я тебя не разводил. Ты сама хотела меня. Я только исполнил твоё желание.

— САмоуверенности тебе не занимать, — буркнула я и сделала глоток, который обжёг горло.

— Во-вторых… — он наклонился ко мне, прижавшись голым торсом к моей груди. — Ты не женщина. Ты девочка.

Я толкнула его в грудь.

— Мне двадцать восемь, если ты забыл!

— А ведёшь себя на семнадцать, — он поймал мою руку, прижал к подушке. — Взрослые люди не стесняются своих желаний.

Я хотела возразить, но он перекрыл мои губы поцелуем — медленным, сладким, совершенно непохожим на те животные ласки, что были минуту назад.

— Да и там ты такая узенькая, что я даже подумал, что девственница, — хрипло прошептал Денис, отстраняясь от моих губ.

— Я была замужем пять лет, — ответила, пытаясь скрыть смущение.

— Может, муж любил другую дырочку, — улыбнулся в ответ Денис, — но там ты абсолютно не использована.

Ему нравилось дразнить меня, а я не могла не реагировать на его слова.

— А может просто у кого-то слишком большой размер, — парировала я.

— Ну тебе вроде всё подошло по размеру. Или больно было?

— Нет. Не было.

Его напряжённый член уже прижимался к моему бедру. А я бессовестно хотела его потрогать. Не решалась только потому, что боялась очередной усмешки Дениса.

Мы снова замолчали, будто наши тела общались безмолвно, договариваясь между собой. Мои соски ныли от напряжения. И когда бокал Дениса прикоснулся к к одному из них, я вздрогнула. Подняла голову, посмотрела в эти смеющиеся глаза.

— Я снова хочу тебя, — шепнул Денис. Наклонился к моей груди и резко всосал сосок. Я ахнула. Дрожь пробежала по телу и едва не расплескала оставшуюся водку.

— Дай-ка сюда бокал, — Денис забрал бокал. Вытащил кусочек льда.

Я уже догадывалась, что он хочет делать, но даже не пыталась остановить. Его азарт передался мне.

Кусочек льда скользнул вокруг соска, обжигая кожу холодом. А на смену холоду пришёл жаркий язык, который ласкал и облизывал сосок. Сначала одну грудь, затем другую. Капельки воды стекали вниз по животу, заставляя его напрягаться. Между ног всё горело и требовало внимания. Денис встал передо мной на колени. Раздвинул руками мои ноги и продолжал целовать медленно грудь, спускаясь всё ниже и ниже.

Его губы скользнули по животу, оставляя влажный след там, где только что был лёд. Я впилась пальцами в кожу дивана, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу.

— Денис… — прошептала я, но он уже прижал мои бёдра к дивану, не давая сомкнуть ноги.

— Тише, — он провёл кусочком льда по внутренней поверхности бедра, и я вздрогнула. — Я ещё не закончил.

Лёд коснулся самых нежных мест — лёгкое, почти невесомое прикосновение, от которого всё внутри сжалось. Я застонала, выгибаясь, но он крепко держал меня.

— Холодно? — в его голосе звучала насмешка.

— Д-да…

— Сейчас согрею.

Его язык заменил лёд — горячий, влажный, бесстыдный. Я вскрикнула, чувствуя, как он впивается в меня, как его пальцы впиваются в мои бёдра, не давая пошевелиться.

— Так лучше? — он оторвался на секунду, его дыхание обжигало кожу.

Я могла только кивать, слова потерялись где-то между стоном и прерывистым дыханием.

— Я… не могу… — я задыхалась, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой.

— Можешь,

Денис потянулся за бокалом, сделал глоток водки и вдруг резко наклонился ко мне. Его губы прижались к моим, и я почувствовала на языке вкус алкоголя и… себя.

— Понравилось? — он оторвался, наблюдая за моей реакцией.

Я не ответила. Не могла.

— Молчишь? Значит, надо повторить.

— Нет! — я попыталась отползти, но он легко поймал меня за лодыжку и потянул к себе.

— Ты же сама сказала — у меня слишком большой размер, — он провёл рукой по своему члену, который всё ещё был твёрдым. — Надо проверить, так ли это.

— Денис, я… я больше не могу…

— Врёшь, — он прижал мою ладонь к своему животу, заставляя провести ниже. — Неужели тебе потрогать его не хочется.

И он был прав. Я обхватила его член, провела рукой по шелковистой коже, под которой чувствовалась стальная твёрдость.

— Возьми его в рот, — сказал, глядя мне в глаза, и я будто загипнотизированная подчинилась. Когда Денис встал, я осталась на коленях. Сначала несколько секунд смотрела на крупную розовую головку перед моим лицом, а потом и поцеловала.

Нет, я не была монашкой, и сексом с мужем мы не занимались в темноте, минет иногда я делала ему, когда он просил. Но чтобы я сама хотела приласкать мужа губами, такого не было. Сейчас же я с удовольствием водила языком по его гладкому члену, обсасывала, словно ничего вкуснее не пробовала. Денис разбудил во мне раскованность, я чувствовала себя совершенно по-другому. Уверенно и сексуально. Особенно когда слышала, как он стонет.

— Да, Маша, да. Ты не представляешь, сколько раз я себе это представлял.

Я смотрела на него снизу вверх, не отрываясь, смотрела в его глаза и чувствовала, что открыла маленькую слабость этого нахала. Теперь он не усмехался. Теперь он стонал и терял контроль над собой.

Я лежала, прижавшись спиной к его горячей груди, когда противная трель будильника ворвалась в нашу сладкую полудрёму. Денис недовольно заворчал и крепче прижал меня к себе, словно пытаясь удержать последние крупицы сна.

— Пять минут… — прошептал он, целуя меня в плечо.

Но я уже потянулась к телефону, и моё сердце бешено заколотилось — 15 пропущенных. Все от родителей.