Руки холодил бокал с янтарной жидкостью, которая омывала грани, стоило мне в очередной раз дернуться. Я старалась не поднимать взгляда на Рида, так как прекрасно знала, какие эмоции увижу на его лице.

— Опять сбегаешь от меня в Веспейну? — Он старался не выдать своего смятения, но нотки сварливости все равно проскользнули между слов.

Одного лишь взгляда на черные глаза хватило, чтобы понять, о чем сейчас подумал Рид.

— Уезжаю на несколько дней, чтобы уладить некоторые проблемы, — перефразировала на свой лад, — мне нужно время.

Для чего — было непонятно даже мне. Я не собиралась скрываться от родителей и тем более не желала бросать сестру, но мне был жизненно необходим этот глоток воздуха, чтобы переосмыслить свою жизнь.

— И я хочу попросить тебя присмотреть за моей сестрой. Папа, конечно, облегчил задачу, договорившись с врачом о более длительном ее пребывании в клинике, но и там ее могут настигнуть проблемы. — Меня пробрала дрожь, стоило вспомнить лицо Кемпа.

— Когда ты собираешься в Веспейну? — На мою просьбу Абойс лишь кивнул. Видимо, нервы у мужчины тоже расшалились, ибо в свой бокал он плеснул виски, от которого через несколько секунд остались лишь следы на боках.

С лету ответить я бы не смогла, — пришлось проштудировать несколько сайтов с билетами. Неслыханная удача просто, но на один из рейсов осталось два билета, которые сдали в последний момент. И только заполучив один из них, я ответила Риду.

— Самолет вылетает в полдень, — скосила взгляд на окно и исправила: — если это безобразие сменится ярким солнцем.

Приняв душ, я поспешила в объятья Морфея. Утром мне предстоит отправиться в коттедж родителей, чтобы собрать необходимые для поездки вещи, а еще стоит отправить свое резюме местным редакциям. К сожалению, уровень столичных теперь для меня непостижим. Накидав распорядок дня, я провалилась в мир без единого сновидения, чтобы через пять часов резко подскочить с кровати от противной трели сработавшего будильника.

Натянула на себя вчерашнее платье, на фоне которого девушка, отражающаяся на поверхности зеркала, выглядела бледной молью. Под глазами залегли тени, кожа потускнела, а выражением лица можно было пугать нерадивых детишек.

— В гроб краше кладут, — буркнула хриплым голосом, собирая волосы в пучок. Надеюсь, Джин меня признает, иначе не досчитаюсь чего-нибудь жизненно необходимого.

— Уже проснулась? — спросил у меня больно бодрый Рид, когда я проскользнула в кухню. Специально старалась не шуметь, думая, что он еще спит.

Я молча бухнулась на свободный стул и уставилась на мужчину задумчивым взглядом. Уже успела позабыть, как это — просыпаться позже него и нестись в кухню на запах кофе.

Рид хозяйничал у плиты, ловко орудуя лопаткой. Блины у него всегда получались восхитительными, но переворачивать их пальцами мужчина так и не научился. Залюбовавшись, не сразу заметила, что возле меня поставили кружку с крепким кофе и блюдце с пышущими жаром блинчиками. Стало неловко, ведь это я должна суетиться с утра у плиты…

Вгрызлась зубами в горячий блин, политый сгущенным молоком, и меня сразу же затопила такая ностальгия, что защемило в груди.

— Я забрал твои вещи. Вряд ли тебе понадобится на несколько дней такая сумка, поэтому необходимое выберешь сама. — И так многозначительно прозвучало «несколько дней».

Я из-под опущенных ресниц посмотрела на напряженную мужскую спину. Видимо, мое молчание сочли слишком показательным, потому что Абойс поспешил повернуться ко мне лицом. Темные глаза смотрели так, будто пытались вытрясти из моего тела душу, от меня ожидали хоть какой-то реакции, а я не находилась с ответом, продолжая глупо взирать на теперь уж точно не бывшего парня. Вот только со статусом Рида я так и не разобралась, все было слишком запутанным.

— Кого-то из домочадцев повстречал? — Сделала глоток, но кофе застрял в горле. Меня сковало цепями неизвестности. Услышать ответ было боязно, но я понимала, что от правды не убежишь.

— Только Берта. Старик не спал всю ночь после возвращения твоего отца. Говорит, тот был сам не свой, и что таким он его никогда не видел. К слову, Итан Прайс ничего не рассказал Берту, но старик не дурак — сам сопоставил состояние твоего отца с отсутствием в доме матери. Говорит, что эти двое никогда прежде не ссорились. — Рид старался подбирать слова, чтобы они не звучали излишне резко, но в этом не было смысла, так как мой мир все равно уже рухнул.

Я самолично поставила печать на свидетельстве о разводе своих родителей…

— Не ссорились, — безжизненным тоном подвела черту я, — кто же мог подумать, что их единственная серьезная ссора за двадцать шесть лет брака ляжет над ним надгробием.

— Я уже говорил это, но повторюсь, — Рид навис надо мной, и в нос с новой силой ударил запах жаренного, только никто из нас даже не дернулся в сторону плиты, где уже горел блин.

— Не надо. — Я, собрав волю в кулак, подняла взгляд на лицо мужчины, который из-за меня влез в эту скверную историю, а теперь еще, полагаю, и работы лишился. — Я прекрасно понимаю, что виновата только мама, но легче от этого не становится. Нужно собираться, — произнесла последнее, взглянув на часы.

Я на некоторое время выпала из реальности, в которую меня вернула мелодия вызова. Кажется, у меня сердце в пятки ухнуло, стоило сотовому ожить, но выпрыгнуть из тела оно не успело, — я взяла в руки телефон раньше.

— Алло, — произнесла придушенно и попыталась в сопении признать хоть кого-то знакомого. Абонент высветился ровной линией цифр и в моей телефонной книжке ему места не нашлось.

— Мне удалось выпросить у доктора телефон на пять минут, — протараторила сестра взволнованным голосом. По ту сторону громко пыхтели и елозили по койке, из-за чего создавался эффект потери связи. — Как все прошло?

Сотовый у Данни действительно забрали сразу же, как она поступила в клинику. Ввиду деятельности сестры ее телефон круглосуточно атаковывали, что могло пагубно сказаться на выздоровлении. Общими усилиями врача и родителей девушка была лишена всех гаджетов. Только теперь мне казалось, что мама настояла на этом вовсе не заботы ради…

— Я не знаю, Данни, — сглотнула подступивший к горлу ком и постаралась взять себя в руки. Еще не хватало напугать своим состоянием сестру. — Мы с Ридом ушли из ресторана практически сразу, как отец увидел маму. В коттедж я вчера так и не вернулась, но там побывал Абойс. Он говорит, что папа… — Я осеклась на полуслове, не сумев закончить предложение.

— Он ее выгнал, — сестра не была глупа, поэтому сообразила и без моей помощи, — Ивори, тебе не кажется, что все к этому и шло? Она не могла не знать, к чему приведет ее незаконная деятельность. Эгоистка не подумала о семье. Что теперь делать отцу? Он не может просто пойти в полицию и сдать ее, у него рука не поднимется. И при этом папа будет всегда помнить, благодаря кому я попала в больницу, а идеальная семья рухнула, подобно карточному домику, будто и не было этих неполных тридцати лет брака.

Я не была готова услышать эти слова от Данни, но именно они заставили меня взять себя в руки. Если младшая Прайс приняла случившееся, то хладнокровная я тем более должна смириться.

— Мне нужно улететь на несколько дней. Постарайся не влезть в очередную историю, пожалуйста. Рид последит за тобой, пока меня не будет.

По ту сторону повисла гнетущая тишина, и я уже было приготовилась к очередной отповеди, но девушке вновь удалось меня удивить.

— Ты знаешь, что нужна мне, папе и Риду. Надеюсь, помня об этом, ты не станешь задерживаться в столице. Ив, один раз уже убежала в Веспейну от семейных проблем и парня, который, как тебе казалось, был излишне напорист…

— Я знаю, Данни, именно поэтому заверяю тебя — мое возвращение — дело нескольких дней.

Мы поспешили свернуть разговор, как только на заднем фоне зазвучал голос доктора. Правильнее было бы заехать к сестре в клинику, но мне казалось, что после личной встречи вновь придется собирать себя из осколков.