— Нет. Пригород. В город нельзя, на машине поедите. Десять миль всего.

— Хорошо, — отвечаю и на детектива смотрю. Он будто встревожен. И я тоже.

Предчувствие?

Что-то будет.

Точно будет, чувствую я неладное.

Посадка проходит легко. Самолет заглушил. Дверь открывает. Пока вылезаем, машины вдали замечаю. Попали мы.

Идем по полосе.

Не аэропорт это. Просто заброшенный склад и полоса рядом для посадки таких самолетов.

Теперь уже три машины летят. Тревога внутри. Сердце громко стучит, пытаюсь его успокоить.

Джексон сдержан, но напряжение чую. В воздухе закрепилось.

Машины все ближе, детектив к стволу тянется.

— Джексон, не глупи, — говорю парню негромко. Он не сдержан, глупостей может наделать, а нам они ни к чему.

— Это могут быть люди Кабрера.

— Могут, но я везучая. Ты же знаешь. — Улыбкой лучезарной свечу. — Расслабься немного. Вида не подавай.

Идем по полосе дальше в сторону тачки, что наша должна быть.

Машины нас окружают. Из них выскакивают парни. Все с пистолетами.

Я Джексона собой закрываю, слышу, рычит, злится. Но знает, что в меня не станут стрелять.

А в него…

Стоим в центре. По сторонам головами вертим.

Пытаюсь главного вычислить или хотя бы понять, за кого они.

Вперед выходит мужчина. Ровесник отца, может, немного младше.

— Вы кто? — спрашивает и подходит ближе. Вид надменный. В руке пистолет держит.

— А вы кто? — дерзко ему отвечаю. Должна соответствовать здешней фамилии.

— Хм, девчонка-то наглая. Откуда будешь, красавица?

— Мне нужен Мигель Лопес, — говорю еще громче. Вызывающе даже. Парни вдруг переглядываться стали, а мужик передо мной немного напрягся, прищурился. Потом удивленно:

— И зачем он тебе?

— Разговор есть, — отвечаю и на руку мужчины смотрю, что передо мной. Он в майке, плечи оголены. От самой шеи и до запястья его покрывают шрамы.

Ожоги. Сразу кадры в памяти.

Та машина зеленая. Мама сидит, улыбается. Резкий толчок, взрыв, и все в огне, адском пламени.

Жарко, страшно, плачу. Пытаюсь открыть дверь, не поддается. Мамина тоже. Еще хлопок… ужас…

Вижу в глазах недоверие. У всех мужчин. Но Мигель глядит по-другому. Пристальней прежнего. Изучает нас взглядом и сжимает пушку в руках сильнее.

— Не верите?

— Ты хочешь сказать, что ты дочка Гектора? Она погибла в аварии, — заявляет Мигель.

Знаю, что проверку устроит.

И снова воспоминание в голове: слышу мамин крик, сама кричу, плачу. Тянусь к двери, но в салоне уже огонь. Прижимаюсь к родному человеку, а она меня собой закрывает. Тут кто-то стучит в окно, запрыгивает на багажник. Мама меня наклоняет, лицо защищает. Голову прикрыла руками.

Чувствую ее теплые руки — да все здесь горячее. Пламя близко.

Удар, повсюду сыплется стекло. Сильная рука внутрь тянется, хватает меня, а я за маму держусь.

Плачу, не отпускаю. Рука снова тянет, и тут новый взрыв, резко огонь. Пришлось отпустить маму, мужчина сильно тянул. Только вытащил из машины, новый хлопок, прям в спину жар чувствую.

Он по мне хлещет, другие люди подошли и по мне куртками, тряпками… Смотрю на мужчину, а у него рука вся красная, он меня ей тушил.

Спину сводит от боли, глаза щиплет от слез… Засыпаю.

— Не заставляй меня оголять спину при всех, Мигель. Я помню, что это ты меня вытащил из горящей машины.

Мужчина немного медлит. Подходит ближе. Джексон наготове, будто пес цепной.

Вот-вот и сорвется.

— Где Гектор? — Опять тот же вопрос. Он меня преследует.

— В Штатах остался. На связь не выходит, не знаю, что произошло. Жив ли… — Не дает договорить, перебил.

— Хреново это, Абриль. Очень хреново. Тут обстановка — дерьмо еще то. Без Гектора бардак начнется, да уже начался. И раз ты приехала, значит, и в Бостоне жарко стало.

— Не совсем, но… Я могу тебе доверять? — зачем-то уточняю. Никому не могу. Отец твердо сказал.

— А я тебе? — В ответ мне Мигель.

— Маркос сдал меня всем, кому можно. И если Гектор все еще жив, я под прицелом. Никому не могу верить. Вот и приехала… — умолчала про флешку. Доверяю Мигелю, но пока не до конца.

— Тогда лучше не светиться. Садитесь в машину, поедем в безопасное место. — Парни начали залезать обратно, а мы с Джексоном последовали за Мигелем. Залезаем на заднее. — Так зачем ты приехала? — спрашивает Мигель, когда едем по дороге. Куда везут, я не знаю.

— Защита нужна и помощь ваша.

— Хреновое место выбрала, девочка. Здесь положение шаткое. Если Гектор в ближайшее время не вернется, вся власть перейдет к Диего. Уже перешла.

— А вы?

— А что мы? Пока нас не трогают, мы сидим тихо. Но, думаю, скоро отсидка закончится, придется сторону выбирать.

— И чью выберешь?

— Ту, где живой буду. И где семью мою не прирежут за то, что предал. Я думал, это Гектор вернулся, его маршрут. А если я знал, что самолет прилетел, значит, Диего тоже в курсе. Тебе точно не безопасно. Сидела бы ты в Штатах, мне лишняя головная боль.

Еще и копа с собой притащила.

— Откуда узнал, что я коп? — Джексон присоединился к беседе.

— Я вас за версту чую. Да и на лбу у тебя написано — коп.

— Дом отца, там безопасно? — Мне нужно попасть туда.

— Нет. Пустует он. Но думаю, что за ним приглядывают.

— А незаметно можно попасть туда?

— Ночью.

— Значит, ночью и поедем, — будто приказываю. В роль вжилась. Хм.

— Зачем тебе туда? — спрашивает и снова щурится. Оглядывается назад.

— Забрать кое-что нужно.

Мигель не стал больше спрашивать. Лишь посмотрел с недоверием. Я его не виню за это. Он меня не знает и вряд ли доверяет.

Минут сорок были в дороге. Приехали к старому дому где-то в пригороде. Все ветхое, даже убогое. Не дом, а картонная коробка. На улице пекло.

— Заходите. Мы тут обитаем. Шустрее, не светитесь на улице. — Мигель по сторонам головой вертит. Боится.

Внутрь заходим, дом большой. Куча комнат со странным расположением.

— Вон там можете отдохнуть с дороги. Вода есть. Еду сейчас организую.

Коп пусть идет, а нам поболтать нужно.

Джексон нехотя оставляет меня наедине с Лопесом.

Садимся за стол. Воды предлагает. Пью жадно. На улице хуже, чем в преисподней, непривычно для меня.

— О чем поговорить?

— Что там в Бостоне? Гонсалес сдох? — А он посвящен в планы отца.

— Живой. Не вышло у Гектора. После этого он на связь не выходит.

— Ну если Риверо живой, он попытается снова. У него принцип. Всегда таким был. А вот что мне с тобой делать? Диего узнает, всех положит, у него людей много.

— Диего предатель. Предал брата, всю семью. Если его люди узнают…

— Люди кормятся с его рук, только преданные остались. Ты их всех видела. Нас слишком мало, чтобы бодаться.

— Я убью Диего, — говорю с полной серьезностью в голосе.

— Хм, теперь я точно уверен, что ты дочка Гектора. И как, интересно?

— Навещу дядю, а потом башку ему прострелю.

— Он не дурак, первым тебя шлепнет.

— Не шлепнет. Поговорить захочет. У меня будет на руках козырь.

Наступила минута молчания. Мигель будто думает, напряжен сильно. А я смотрю на него. Взрослый мужчина, крупный, мускулистый, несмотря на возраст. Большие черты лица сразу бросаются в глаза. Шрам на губе, будто от острого лезвия.

— Нравишься ты мне, Абриль. Такая же горячая, как отец. Людей я найду, может, с десяток еще. Стволы есть. В особняке мой человек приглядывает за Диего. Может, и прорвемся, но вот выйдем ли?

— Я одна пойду. Отвлеку внимание, а вы тихо внутрь.

— Шаришь в захвате, — ухмыльнулся. Для него будто пустяковое дело, а у меня поджилки трясутся от одной только мысли.

— Немного.

— Может, и прокатит, но не в ближайшие три дня. Праздник там. Свадьба. Дочку замуж выдает.

— Монику? — спросила удивленно. Она же кроха совсем. Или уже нет? Сколько ей? Двадцать, наверное. Как время быстро прошло…